Скиннер
Шрифт:
– Он считывает чертеж и высылает своих маленьких строителей.
Но даже это предполагало оборудованное новейшей техникой медицинское учреждение.
– Да, тебе следует находиться в резервуаре, чтобы система работала правильно.
Кич кивнул женщине, и она скрылась в зарослях у начала мыса. Он не сразу смог понять, почему это так его обеспокоило, как вдруг его отвлек другой голос:
– Почему у тебя должна быть другая жизнь? Он обернулся и увидел Корбела Фрейна.
– Кто ты такой, чтобы задавать подобный вопрос? Фрейн пригладил усы.
– В справедливом и беспристрастном мире любой имеет право задавать вопросы.
– Только не ты, потому что я давно убил тебя. Переместившийся из галлюцинации в воспоминания Фрейн выглядел глубоко оскорбленным.
ПАРАМЕТРЫ ФУНКЦИЙ ВНЕ ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛОВ: ОШИБКА ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОГО ДАТЧИКА.
Кич встал, прижимая устройство очистки к животу.
– Мне потребуется помощь, – произнес он вслух.
– Не самое любимое развлечение.
Неужели это Фрэнсис Койан – молодой атлет с улыбкой на лице? Совсем не похож на того Фрэнсиса, которого он видел в последний раз.
– Для помощи нужны друзья. Он не верит в друзей. Афед Римск. Кич узнал только голос, потому что лицо вернувшегося из небытия врага было съедено кислотой, которую он ввел ему в кислородный баллон.
– Ложь, вы все мертвы.
– На самом деле и ты должен быть таким. – Корбел Фрейн погрозил ему пальцем. – Я имею в виду, как долго все это продолжается, уже семь веков? Ты сошел с ума – сколько жизней уже унесла твоя вендетта?
Кич махнул на него серой ладонью.
– Ты не можешь так думать! Решение принимаю я! Он уже хотел выкрикнуть эти слова еще раз, но вдруг понял, что находится на берегу в полном одиночестве.
– Дерьмо, – пробормотал он и посмотрел на два зеленых индикатора на устройстве очистки.
«ПОВТОРИТЬ СООБЩЕНИЕ ОБ ОШИБКЕ», – отдал он команду.
ПАРАМЕТРЫ ФУНКЦИЙ ВНЕ ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛОВ: ОШИБКА ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОГО ДАТЧИКА.
В его органическом мозгу, использующем эмоциональные эмуляции ИР, возникло ощущение, словно его тело покрылось холодным потом.
«ПОДРОБНОСТИ».
После получения ответа ощущение не исчезло.
КАПИЛЛЯРНАЯ БЛОКАДА ОРГАНИЧЕСКОГО ГОЛОВНОГО МОЗГА / СВЕРТЫВАНИЕ БАЛЬЗАМА / ВОЛОКНО ВИРУСА А1 / КИСЛОРОДНОЕ ГОЛОДАНИЕ – 3.
«ПОДРОБНОСТИ СОСТОЯНИЯ В ДАННЫЙ МОМЕНТ».
НОМИНАЛЬНОЕ.
Прижимая к себе старательно очищавшее его тело устройство, Кич вернулся к скутеру и сел, прислонившись к нему спиной. Он был близок к инсульту, насколько это было возможно для ходячего трупа.
Под многими слоями времени и чудовищных преступлений находилась прежняя личность, которая пришла бы в ужас, узнав, кем стала Фриск. Что же, сознавать это доставляло определенное удовольствие, даже более сильное, чем сама погоня.
Древний прадор, первенцем которого стал Эбулан, утверждал, что человеческое мясо приобретает особую пикантность после продолжительных страданий. Поэтому людей, принудительно выращиваемых на мясо, умерщвляли при помощи специально разработанного медленного и мучительного процесса. Укрывшись от погони в Третьем королевстве, она и Джей удовлетворяли свои низменные инстинкты в загонах и на бойнях, но лишь до определенной степени. Принудительно выращенные люди, к сожалению, не обладали жизненным опытом, чтобы в полной мере понять ужас своего положения.
Потом, после ухода Джея, Фриск продолжила получать удовлетворение подобным способом, но делать это становилось все труднее, потому что использование в пище человеческого мяса вышло на Прадоре из моды. Выращенных с этой целью людей становилось все меньше, и иногда проходило несколько лет, прежде чем она переживала чувство садо-сексуального облегчения. Женщина и раньше пыталась использовать «болванов», но никогда не достигала оргазма.
Так случилось и на этот раз. «Болван», как и следовало ожидать, абсолютно равнодушно относился к тому, что она с ним делала. Фриск скоро поняла, что это занятие совершенно бессмысленно, но не могла удержаться от того, чтобы довести его до конца. По инструкции модуля раба у «болвана» возникла эрекция, и он начал совокупляться с ней, пока она резала и обжигала его. «Болван» когда-то был древним хупером, и ожоги быстро покрывались коростой и заживали, а кожа на нанесенных ею ранах затягивалась, как масляная пленка на воде, но особенно ее бесило то, что выражение лица его не менялось, как бы жестоко она с ним ни обращалась. Как хорошо было в прежние времена!
– Отойди к двери, – велела она.
«Болван» послушно слез с нее и выполнил приказ. Лежа на спине, Фриск вспоминала, в какие игры она играла с Джеем, крики боли и наслаждения, разносившиеся по загонам, невыразимое наслаждение, которое они испытывали, наблюдая за любимой игрушкой, которая вдруг понимала, что стала ненужной, а впереди ее ждут мучение, смерть, потом – поглощение прадорами. При помощи особых лекарств и методик они продлевали жизнь таких существ на несколько дней, даже целиком сняв с них кожу. Счастливые дни, ушедшие навсегда…
– Оставь меня, – приказала она «болвану» и перевернулась на живот, когда за ним закрылась дверь.
Скоро она вернется в обитаемое людьми пространство и не будет испытывать недостатка материала для удовольствий. В основном, она будет использовать хуперов, но хуперов разумных, которых все-таки можно заставить страдать, несмотря на их выносливость. Женщина отдавала себе отчет в том, что ее возвращение на место совершения самых чудовищных преступлений было связано не только с Джеем или Кичем, а в основном вызвано скукой и потребностью.
Почувствовав движение на ноге, Фриск перевернулась на спину и прихлопнула одну из блох, которыми кишел корабль. Надевая защитный костюм, она пыталась представить себе будущее, в котором она могла бы в полной мере дать волю своей порочности и видеть реакцию на нее. Женщина пыталась насладиться мыслями об этом, но скоро ее воображение иссякло, и интерес пропал. Это стало еще одной причиной гнева.
– Просто придется над этим поработать, – сказала она, вставая, но ее слова словно были поглощены холодной атмосферой корабля.