Чтение онлайн

Не дожидаясь вопросов и замечаний, Долмур повернулся к родственникам спиной и активировал цепочку заклинаний, которые так старательно подготовил незадолго до этого.

В воздухе посреди комнаты появилось окно, довольно высоко над полом. Все Радужные Драконы прекрасно знали это окно — украшенное драгоценными камнями круглое окно в кабинете Долмура, выходящее в сад. Вернее, это была точная магическая копия того окна. Сотворенное волшебством сияющее окно стало быстро увеличиваться и вскоре достигло размера в два человеческих роста.

Через это окно Долмур показал родичам то, что увидел сам. Во всех подробностях, которые смог запомнить, от внезапного всплеска черноты, разлившейся по небу, и оглушительного громового раската до гигантской Змеи, у которой из пасти свисали человеческие тела. Змея подняла голову, сверкнула клыками и ринулась вниз…

Кто-то из девушек ахнул, а Эрит смертельно побледнел и вздрогнул. Трое братьев Долмура тоже побледнели.

— Это Великая Змея, верно? — спокойно спросил Арондор.

Долмур кивнул.

— Да, это она. Не иллюзия, не какой-нибудь фокус — и это не просто огромное чудовище. Это самая могущественная волшебница из всех, которые когда-либо существовали в Дарсаре. И вполне возможно, что она по-прежнему способна использовать все свои заклинания. Нам, всем Радужным Драконам, даже если мы по-дружески заключим в объятия Клетларсов и Ярлтауэрсов и будем творить заклинания совместно с ними… — Долмур выждал, пока молодежь выскажет свое возмущение и недовольство по поводу сотрудничества со злейшими врагами семейства, потом продолжил: — …всей нашей совместной колдовской силы не хватит даже на то, чтобы не просто повредить Змее, а, скажем, хотя бы привлечь ее внимание. Она способна уничтожить нас в мгновение ока.

— Значит, получается, в Аглирте нам больше делать нечего? И в Силптаре, наверное, тоже? — злобно сверкнув глазами, спросила старшая дочь Итима, кажется Маерла. Да, именно так ее и звали. — Почтенный дядюшка, не собираешься ли ты использовать это… это чудовище как предлог, чтобы держать нас здесь взаперти, чтобы вы, старшие, могли за нами присматривать? Чтобы вы еще сотню раз могли рассказать нам страшные истории о том, что случилось с нашими матерями, из-за того, что они вас ослушались и ушли от вас?

— Нет, Маерла, — печально ответил ей старейший из Радужных Драконов и одним движением руки убрал магическое окно. — Нет, я не собираюсь этого делать.

— Маерла, сейчас не время для… — пробормотал Итим, пытаясь ее успокоить.

— Нет, отец! Я больше не намерена молчать! Как сказал дядя Мултас, когда отвлек нас от очень милой демонстрации заклинаний, — это очень важно! — Девушка резко повернулась к Долмуру, длинные волосы волной рассыпались по ее плечам. — Тогда, почтенный дядюшка, — она произнесла это так, что обращение прозвучало почти насмешкой, — чего именно ты от нас хочешь добиться?

— Я прошу всех вас, молодых, не делать глупостей, не рисковать попусту своими жизнями — а если вам придется умереть, я хочу, чтобы вы умерли не бесцельно и с достоинством, — ответил Долмур, пристально глядя племяннице в глаза.

— Умереть с достоинством? — переспросила она, слегка озадаченная. — Ты говоришь это так, будто всем нам придется умереть чуть ли не завтра утром!

Долмур пожал плечами.

— Возможно, не завтра утром, а через несколько месяцев.

— Когда это?

— Когда Змея решит явиться сюда.

Хозяин «Доброго ветра» еще раз посмотрел на нее задумчивым, оценивающим взглядом. Оратли поняла, что сейчас он снова спросит, почему она не возражает против намеренно завышенной цены, которую он назначил за то, чтобы так поспешно уплыть из Силптара.

Да, он действительно направился к ней. На этот раз Оратли не отвернулась. На свете есть так много мест, куда можно отправиться на таком хорошем корабле, как «Добрый ветер», — особенно когда тебе нужно, чтобы хозяин корабля убедил своих самых горячих матросов держаться подальше от тебя и двух твоих слишком уж красивых дочерей.

Ветер в открытом море дул сильно, но ровно. Корабль плавно покачивался на волнах. Прекрасная погода для морского путешествия — даже облака летят высоко, и нет никаких признаков надвигающейся бури. «Добрый ветер» быстро идет на юг, к Телну. Коэлортар давно скрылся за кормой, а впереди, вдали, уже показался зеленый берег Элгарта.

— Приятно видеть вас на палубе, госпожа Оратли, — осторожно начал капитан Телгаерт. — Большинство из тех немногих пассажиров, которых я взял на борт, сидят в своих каютах и прижимают к носу букетики трав — вы понимаете, что я имею в виду.

Оратли улыбнулась.

— Да, господин, я понимаю. Но пока плавание проходит весьма благополучно, — она намеренно позволила ему заметить оберегающий жест, который принято делать в таких случаях на море, чтобы удача не покинула корабль, — и я, и мои дочери бесконечно благодарны вам за то, что вы взяли нас на корабль так поспешно и без предупреждения.

Телгаерт посмотрел на море и пожал плечами.

— У меня была свободная каюта. — Стараясь не смотреть на нее, он осторожно заметил: — А вам, как мне показалось, было очень нужно покинуть Силптар, и вы так спешили…

Невысказанный вопрос повис в воздухе. Оратли мысленно улыбнулась, вздохнула как можно незаметнее и расправила плечи. Пришло время объясниться — все равно придется, рано или поздно.

— Господин Телгаерт, — решительно начала она и положила ему руку на плечо, чтобы капитан повернулся к ней лицом. Потом, отступив назад, Оратли сказала: — Я вижу, вы обеспокоены и нуждаетесь в объяснениях. Скажу вам прямо — я и мои дочери не сбежали от жестокого мужа, меня не обвиняют и не подозревают ни в каком преступлении — ни в убийстве, ни в краже, ни в чем-нибудь еще… И вам достаточно внимательно посмотреть на лица Мелейры и Талас, чтобы убедиться, что обе они действительно мои дочери. Я не убегаю от хозяина или от кредиторов. Никому в Силптаре нет никакого дела до того, что я уехала. И я не какая-нибудь принцесса инкогнито, не чудовище, меняющее облик, и не колдунья. Я даже не молодая, пресыщенная благородная дама, которой захотелось повидать мир и поискать приключений. Я не ищу ни пропавшего мужа, ни спрятанные сокровища и не собираюсь становиться пираткой. Я не собираюсь даже насильно затаскивать вас в постель.