Чтение онлайн

Примерно через час упорных расспросов она с восторженной улыбкой отвернулась от двух дородных джентльменов, рассказавших ей о распорядителях скачек и их роли в проверке победивших лошадей.

– Распорядители все равно ничего не скажут: не трудитесь и спрашивать.

С трудом подавив вопль, она едва не отскочила… Он буквально навис над ней! Сердце укатилось куда-то в пятки; пришлось немного подождать, прежде чем оно успокоится.

И все потому, что его дыхание чуть пошевелило крошечную прядку у нее на виске.

Прерывисто вздохнув, она подняла подбородок и обожгла его смертоубийственным взглядом.

Но он широко улыбнулся.

Ей очень хотелось смахнуть слезу… но она удержалась. И эта его улыбка казалась искренней, чистосердечной.

– Вы подслушивали. Протянув руку, он сжал ее ладонь.

Она понятия не имела, почему даже не пытается вырваться и убраться от него подальше.

Он положил ее руку себе на рукав.

– Вчера я сказал вам больше, чем следовало. Вам слишком легко досталось это знание. Если желаете узнать побольше, придется поработать.

– Вчера я даже не была…

Она осеклась. Взглянула на него.

Он перехватил этот взгляд, вернул его с понимающей, слегка надменной улыбкой. Она посмотрела вдаль. Пусть вчера она не пыталась выманить у него сведения, все же он сам сказал ей кое-что. Вполне намеренно. Неужели действительно готов выдать секреты в обмен на…

В таком ли она положении, чтобы игнорировать предложенную сделку?

Но едва музыканты заиграли вальс, он крепче сжат ее руку и повел в центр зада.

– Пойдемте танцевать.

Она слегка пожала плечами, радуясь, что можно оттянуть неприятный момент, и тут же оказалась в его объятиях.

Он стиснул ее пальцы; теплая твердая ладонь легла на талию. Прис судорожно втянула в себя воздух, ощутила внутренний трепет, но тут же решительно взяла себя в руки. Устремив взор в какую-то точку за его плечом, она старалась сосредоточиться на танцевальных па, понимая, что все бесполезно.

Он без всяких усилий кружил ее по залу, и ощущение счастья захлестнуло ее. Жар разливался по телу.

На очередном повороте их глаза встретились. И снова манящая, обольстительная, но искренняя улыбка словно лишила ее рассудка.

Она не могла отвернуться, освободиться из сладкого плена, выпутаться из чувственной паутины, в которую превращался танец.

Темные глаза медленно теплели, словно его снова втянул водоворот бурного желания. Прис задыхалась от счастья.

Кружилась голова, нервы были на пределе. Как тогда в лесу когда он первый раз поцеловал ее.

Должно быть, в ее лице что-то мелькнуло: недаром его взгляд остановился на ее подрагивающих губах.

Он пробормотал что-то тихо. И вместо того чтобы освободить ее, только крепче сжал руку и оглядел зал.

Она облизнула губы. Похоже, сегодня ее мозг работал чрезвычайно медленно. Прис подозревала, что если бы он функционировал нормально, она давно попыталась бы сбежать. Что-то удерживало ее рядом с человеком, которого она считала олицетворением опасности.

– Сюда, – велел Диллон, беря ее под руку. Леди Фаулз увидела, как они танцевали, и, благосклонно улыбаясь, вернулась к разговору. Хорошо, что мисс Даллинг так независима: никто не поднимет брови вслед удалявшимся из зала молодым людям.

Но вместо того чтобы направиться к террасе, как остальные парочки, он вывел ее в коридор, где не было ни души.

Диллон бывал у Кершо с раннего детства и хорошо знал все уголки дома. Редко посещаемая оранжерея в конце коридора, подальше от бального зала – идеальное место, в котором можно без помех ухаживать за мисс Даллинг…

Ведя ее по коридору, игнорируя слабое: «Куда мы?» – он остановился перед стеклянными дверями оранжереи, широко их распахнул и втащил ее внутрь.

– Мистер Кэкстон…

– Диллон. Если мы собираемся убеждать друг друга, это лучше делать наедине и при этом обращаться друг к другу по именам. – Продолжая вести ее между густыми зарослями, он обернулся: – Как вас зовут?

Она нахмурилась, сощурила глаза, но все же буркнула:

– Присцилла.

Его губы насмешливо дернулись.

– А как вас зовет брат? – неожиданно спросил он и, не дождавшись ответа, предположил: – Прис?

Она не стала ничего отрицать. Только растерянно огляделась, сообразив, что из коридора их не видно и вокруг – ни души.

Здесь не горели лампы, но лунные лучи проникали сквозь стеклянную крышу, создавая нечто вроде неверного освещения. Прис посмотрела в сторону сада, темневшего за стеклянными стенами, но экзотическая растительность скрывала и их. Прис строго свела брови.

– Мистер Кэкстон, не знаю, к каким методам «убеждения» вы собрались прибегнуть, но я все же попросила бы проводить меня назад в бальный зал.

Очевидно, пожатие руки не произвело ожидаемого действия. Диллон вздохнул, отпустил ее руку, потянулся к Прис и рывком привлек ее к себе.

Она, охнув, упала ему на грудь. Ему не было нужды смотреть в широко раскрытые изумрудные глаза, чтобы понять, какой пожар желания немедленно охватил ее. Этот пожар сжигал и его.

Сцепив руки кольцом, прижимая ее к себе, он наклонил голову и завладел полуоткрытыми губами. Пробился языком в пещерку рта и стал исследовать, завладевать, завоевывать, дразнить, пока ее руки не запутались в его волосах. Губы отвердели, тело напряглось, языки встретились: огонь и страсть.