Скорбь сыновей

Куча разных повозок загружались припасами, скакунами и людом. Гномьи повозки вместе с Торпом-младшим, принцем Королевства Гномов и Огров были весьма небольшими, разрисованными зеленым окрасом, выдавая себя за движущийся куст, дабы ночные твари их не заметили. Другие повозки были эльфьи, зеленоглазый красавец-король Эльфии Тайрисс II Миэрисс отправлялся в столицу, за войском, собственно – эта была общая цель отправлявшихся по домам. Но самой большой сетью повозок был конвой Клетосса Сирросса. Сразу было видно, что искушенный эльф себе ни в чем не отказывает: как и в безопасности, так и в роскоши.

Ридан ровно стоял, опершись о ясеневый столб, рассматривая посетителей таверны «Мудрый лис». Это был самый большой кабак, что он видывал, а ведь Вильгельмаар жил на Островах, островитяне те еще выпиваки.

– Почему здесь нету дебоширов, при таком ассортименте выпивки? – указал головой Рейнериссу принц на три таблички с разными напитками, которые он понять не мог.

– Это не алкоголь. Это чай. А это не таверна, а чайная! – поправил его эльф.

– Странно, Йозо.

– Зови меня настоящим именем… – попросил принц эльфов. – В Эльфии не пьют. Ты что, не знал? – удивился он.

– Впервые слышу, в книгах моего детства эльфов показывали пьющими чаще, чем даже гномов.

– Эльфы не пьют уже две тысячи лет.

– Почему это?

– Две тысячи лет назад, при битве за Пирамиду Конклетуума эльфы победили огромную армию неприятеля-человека. В плен был взят даже сын знаменитого императа…

– Императа? – переспросил Ридан.

– Не перебивай, ты не ребенок! – Миэрис успокоился. – В плен было взято большое количество людей, даже сын императа – Версетуум. Это, кстати, очень важный исторический момент! Переломный ход в завоевательной войне Империи Конклетуума, что послужило ее ослаблением и распадом через сорок пять лет. Так вот, эльфы решили в честь этого нажраться. Какова бы не была их мудрость, а выпить они любили. Только вот не знали, что для охраны людишек потребуется больше человек, чем выделили. В итоге, люди мало того, что сбежали из плена, так перебили и к тому же всю армию Эльфии, и… ее короля.

– Это позор. Прости, но это позор… – Ридан был поражен. Никогда бы он не ждал такого от бессмертных мудрецов леса. – Что за король-дурак?

– Да, прадед мой был идиотом. – Рейнерисс согласился.

– Но ты все же пьешь… несмотря на принципы своего народа. – заметил Вильгельмаар.

– Их сгубил не алкоголь, а нехватка воли, и отсутствие чувства меры. Я пью, но в меру. – завершив рассказ принц выпил всю пинту до единой капли одним залпом.

Двое немолодых мужчин стояли на покачиваемом легким приятным ветерком мостике между эльфийскими жилищами, которые как лозы винограда обвились вокруг секвогиантов.

– А ты ему сказал об этом? – спросил бородатый мужичок в новом пошитом костюме с изысканными золотистыми шелками, пуговицами из драгоценных камней и густо расчесанной бородой.

– Нет, Диего. Еще нет, дружище, – ответил тому Ирганн Крест. – Скажу, как представиться возможность и момент.

– Все слишком просто и быстро произошло, – Диего повернулся с тяжелым взглядом на собеседника. – Все эти пламенные детские речи про друзей и отказ от престола не могли повлиять на таких как Тайрисс Миэрисс или Торп Скаррен. Если Ован Карли сам еще молодой дурак, то эти двое достаточно зрелы, чтобы купиться на такие речи.

– Согласен, – кивнул Крест. – Они заранее выбрали свою позицию.

– Торп-младший действовал так из-за приказа отца. – поделился до-Розонбаум, который долгое время находился у гномов. – А вот что за собой скрывает самый старый монарх Аттонии – Тайрисс – неизвестно.

– Быть может, Гвинн постарался? Он же его советник. – высказал предположение Ирганн.

– Нет. Это вряд ли. Гвинн смог уговорить Райдан-хана и королеву, но Тайрисс II не так прост. У него явно есть свои мотивы.

Рейнерисс вышел из чайной и увидел своего отца в белых легких одеждах; его голову украшали такие же золотые венки по бокам, закрепленные за острыми ушами.

– Я удивлен, что ты до сих пор поддерживаешь этот план. Этот… Союз, эту идею – находил слова к ситуации Миэрис-младший, но отец прервал его.

– Ты помнишь войну с Человеком, сын? – спросил Тайрисс.

– Нет, отец.

– Потому что еще юн, тебе всего триста пятьдесят лет.

– Я за свою жизнь видел много разных войн. С людьми, астарами, квинд’ельфами. А еще я видел самый странный союз – Аттонийская Империя. Все нации были едины. Все стали друзьями. Не было кровопролитий, не было войн на материке. Многие наши предки сочли бы меня трусом и глупцом, но я единственный из них, кто желал вечного мира со всеми. Они же хотели затмить всех или изолироваться. – король закончил объяснять свой поступок и сразу же сменил тему. – Но я не позволял тебе сбегать, меняя свое имя!

– Я не думал, что ты поддержал бы эту идею, с Революцией и вообще.

– Ты не думал. – отец глубоко вздохнул. – Ты никогда не думаешь – вот почему ты можешь променять бессмертие на смерть, глупый мальчишка! – раздосадованный король крепко обнял сына, про себя заметив, что тот уже слегка выше его на несколько сантиметров.

– Ты едешь в столицу?

– Да, в наш добрый Аэферн. Наша армия самая маленькая среди всех других в Аттонии, но зато самая быстрая и ловкая. Скоро грядет война. И не только с Эллом Варатено. Мы должны быть готовы.

Гласс Райтисс одетый уже в новые одежды – темные кожаные штаны и кожаный пиджак, под которым едва было заметно эльфийскую кольчугу погружал на своего коня новое седло, когда Ирганн Крест тихо подошел с другой стороны, однако слух эльфа не подвел.

– Крест, как тебя взяли в ряды СпецОтряда, ты же топаешь как огр? – усмехнулся опытный охотник.

– Зато дерусь я тоже как огр, дружище, – Ирганн закурил трубку, – уходишь?

– Я вызвался сопровождать Совет Неофициальных, мне заплатили и за обратный путь.

– А что потом? Присоединишься к борьбе?

– Друг, мне пятьсот два года, я войн навидался и всегда старался держаться в стороне. Жить-то хочется.

– Такие бойцы как ты пригодились бы нашей Революции.

– «Нашей»? – переспросил Райтисс.

– Да, я не буду стоять в стороне, когда нужен каждый, кто может сражаться, – но Ирганн скрыл свои настоящие мотивы, ответив так.

– Хах, ну моя задача помогать тем, кто забрел в лес. За деньги… кхе-кхе, – улыбнулся седовласый.

Гласс поправил седло, чтобы оно стало ровно на спине своего гордого светлого скакуна «Гаррона», с его правой руки слегка спал рукав, и Ирганн заметил там зарисованную татуировку безлиственного дерева.