Чтение онлайн

Но и на этом процедуры не закончились.

Следом за омовением последовал долгий, почти двухчасовой массаж, во время которого я едва не уснула. После него меня снова вымыли. В последний раз натерли каким-то кремом. Затем, одуревшую от духоты, отвели в другое помещение. И вот там-то я, ошалев от свалившегося на меня «счастья», благополучно отрубилась. Под бдительным присмотром Таль, которая честно следила, чтобы мне по недомыслию или злому умыслу не нанесли какого-нибудь вреда.

Проснулась уже под вечер. И… да, вы угадали, меня снова загнали в чан с теплой водой. На этот раз мыть и скрести меня никто не стал, зато вода в бадье оказалась ароматизированной, так что через полчаса я благоухала, как лесной цветок. А еще через полтора часа, когда мне привели в порядок ногти и волосы, испытала еще один шок. Ну как шок… просто увидела одежду, в которой мне предлагалось предстать пред очи своего могущественного «хозяина». Вернее, расшитый золотыми нитями лиф и похабные шортики с кисточками, которые едва прикрывали самое дорогое. Ну и полупрозрачные шароварчики, которые должны надеваться сверху. Видимо, для соблюдения хоть каких-то приличий.

Клянусь, сие полупрозрачное нечто — самое пошлое, что я надевала за всю свою жизнь! Но Таль сказала, что наложницы тут ничего другого не носят, им, мол по статусу положено соблазнять и разжигать в хозяине страсть, иначе раньше времени выкинут на помойку. А вот скандалить у них не было права. Собственно, у них вообще прав не имелось. И именно после этих слов мое терпение окончательно иссякло. Хорошо еще, что Таль успела добавить, что к данному «наряду» полагается плотное покрывало, дабы никто раньше времени не узрел мою неземную красоту. Иначе, богом клянусь, я бы устроила в этом рассаднике разврата полноценную Варфоломеевскую ночь.

Угу, иногда я бываю кровожадной. Но лишь тогда, когда меня доведут до белого каления.

— Спокойнее, — посоветовала Таль, когда выдернула из рук подошедшей служанки обещанное покрывало и со свирепым видом принялась в него облачаться. — Не вздумай демонстрировать норов на людях. Не поймут.

— Тебе легко говорить, — выдохнула я, яростно укутываясь в тряпку. — На тебя такую похабщину не наденут!

— Конечно. Я в понимании местных мужиков вообще не женщина.

— Как я тебе иногда завидую…

Таль удивленно кашлянула, оглядела меня с каким-то новым выражением, а затем неожиданно смягчилась.

— Это всего на несколько дней. Никто не просит тебя ложиться с Рэйвом в постель или ходить перед ним без одежды. Но хотя бы при посторонних… пожалуйста… сделай вид, что ты от него без ума.

Я несколько раз вдохнула и выдохнула.

— Ладно.

— Спасибо, — совершенно серьезно сказала Таль. После чего развернулась к выходу из комнаты, где меня облачали, и добавила: — Скоро нас позовут на ужин. Постарайся морально подготовиться к тому, что будешь изображать наложницу.

— А ты там будешь? — с надеждой вскинулась я. — Ты ведь не бросишь меня одну?

— Не брошу, — после короткой паузы кивнула девица. — Обещаю, что ни на шаг не отойду.

***

Ужин в компании господина Эйрэна, его наложниц, охранников и доверенных слуг оказался самым скучным мероприятием в моей недолгой жизни и самым утомительным времяпрепровождением, какое со мной только случалось. Под унылые трели местного аналога флейты мы… в смысле, я, пять красоток в паранджах и Таль… были вынуждены сидеть в дальнем углу большой комнаты. На мягком ковре. В гордом одиночестве. При этом от нас требовалось только молчать, не отсвечивать лишний раз и время от времени деликатно клевать разложенные на подносе фрукты, пока мужчины… в смысле Рэйв и сам хозяин дома… лениво развалившись на устланном парчой топчане, неторопливо вкушали ароматный плов и с умным видом рассуждали о высоком.

Альтер, правда, изрядно удивил меня тем, что прекрасно вписался в окружающую обстановку. Красные атласные шаровары вкупе с белоснежной рубахой невероятно ему шли. Вернувшиеся на место золотые браслеты загадочно поблескивали в свете горящих вдоль стен сотен свечей. Растрепанные черные волосы смотрелись на редкость эффектно. А расслабленная поза и эротично расстегнутый ворот делали его похожим на самого настоящего султана, пресыщенные очи которого то и дело с ленцой оглядывали ожидающих его внимания жен.

Ну, в смысле, «жена» у него была пока одна. И та, не слишком довольная своей ролью. Но, хвала небу, до нас мужчины не докапывались. Тем более, не похвалялись друг перед другом нашими достоинствами. Вернее, если они и похвалялись, то я этого не понимала. Но по крайней мере сравнивать нас вживую, поставив рядком и приказав снять покрывала, никто не посмел.

О чем они говорили, я не знала, а спросить у Таль не рискнула. Но судя по некоторым знакам и изредка бросаемым в нашу сторону взглядам, хотя бы иногда речь все же шла о женщинах. Причем по мере того, как лениво возлежащие на топчане господа прикладывались к содержимому своих кубков, эти взгляды становились все более заинтересованными. А после того, как плов в большом блюде закончился, а кубки окончательно опустели, господин Эйрэн довольно хлопнул себя ладонью по бедру, поднялся с топчана и, поманив унизанным золотыми перстнями пальцем одну из наложниц, с блудливой улыбкой на губах удалился из комнаты.

— Кажется, нам тоже пора, — шепнула Таль, когда альтер тоже поднялся и выразительно на меня посмотрел.

Оставшиеся не у дел наложницы быстренько ретировались. Однако слуги из комнаты никуда не делись. И два полуголых темнокожих здоровяка с ятаганами на поясах… те самые, что бдительно стерегли входную дверь… тоже. Так что, когда альтер сделал недвусмысленный жест, я тоже встала и плавно скользнула в его сторону. Перехватив его насмешливый взгляд, снова почувствовала раздражение, но потом решила: нет уж. Если ему кажется, что это забавно — посмеиваться над тем, что мы поменялись ролями, то давайте-ка мы лучше сыграем в эту игру вдвоем. Поэтому вместо того, чтобы просто поклониться, я бухнулась перед альтером на колени и, ухватив его ладонь, принялась с придыханием лобызать нервно дернувшуюся кисть.

— О, великий и могучий султан… гроза пустынь и покоритель женских спален… — забормотала я приторным голоском, не забывая при этом постоянно кланяться. — Как же там дальше-то было? А, вспомнила. О, рахат-лукум моего сердца… кусок халвы, застрявший в глотке, и бедренная кость барана, которую ты сегодня позабыл обглодать до конца…

—Инга! Мать твою за ногу, что ты творишь?! — Рэйв снова дернулся, словно получил пощечину, а я злорадно ухмыльнулась.

— Изображаю твою преданную наложницу. Что? Не нравится? А вот терпи… хм… хозяин. Держи, так сказать, фасон.

К счастью, наличие плотного покрывала избавило меня от необходимости слюнявить чужую руку. Но делать вид, что я страстно ее целую, оно совсем не мешало. Как и открыто злорадствовать при виде ошарашенной физиономии альтера. Правда, Рэйв быстро опомнился, и его лицо снова приобрело надменное выражение. После чего он жестом велел мне подняться с колен. Так же молча указал на выход, где, как вскоре выяснилось, ждал Кин. И, гад такой, успел по-хозяйски шлепнуть меня пониже спины, прекрасно зная, что прямо здесь и сейчас я ему не отвечу.