Чтение онлайн

– Просто дельфина нужно услышать!

– Услышать?

– Да! – Светлана раскраснелась, а Мячик отчего-то снова молчал. – И если это получится, тогда вы непременно станете друзьями, как я и Мячик!

Титов улыбнулся.

– Славное имя. Светлана, ты всё ещё ребёнок и это замечательно! А как думаешь, взрослый человек в силах «услышать» дельфина?

– Взрослый?..

– Да, к примеру, такой как я?

– Я... – Светлана задумалась, припоминая всё то, что ей рассказывал Мячик.

«Светлана, ты снова на грани!»

– Да... Ой, нет! Нет, не сможет. Можно только в детстве! Я не знаю, отчего именно так... Честно!

– Всё в порядке, Светлана. Я всё прекрасно понимаю. Да и поздно уже верить в сказки – моё время ушло. Хотя...

– Что «хотя»?

– На старости лет в мою дверь всё же постучалась ещё одна бесконечная история.

– Как это?

– Знаешь, Светлана, мне кажется, порой мы и сами не можем поверить в то, что спустя десятилетия после того, как угасло на задворках воспоминаний детство, свет вновь освещает наш уходящий в небытие путь.

– И что же это за путь? – Светлана невольно подалась вперёд, волнуя воду бассейна. – Вы о нём хотели со мной поговорить?

Титов горестно вздохнул.

– Да, о нём. Но потом я узнал, что за страшная беда настигла тебя. Признаться, даже не знаю, как теперь быть... что говорить, чего ожидать от тебя в ответ... Так или иначе, раз уж я всё равно здесь, конечно, расскажу.

– Пожалуйста! Мне очень интересно! К тому же, это должно отвлечь от неприятных мыслей.

Титов снова вздохнул.

– Светлана, я собираюсь открыть новый мир. Если не целиком, так хотя бы часть. Но даже эта крохотная крупица ничто, по сравнению с тем, что получит человечество в случае удачного завершения запланированной экспедиции! Правда есть один непонятный вопрос – почему «система» выбрала именно тебя? Расскажи мне об этом.

– Хм... Я поняла. Вы хотите знать, как я поняла дельфина?

Россия. Екатеринбург. «Поступок».

Александр Сергеевич отложил письмо в сторону, ухватился трясущимися пальцами за подбородок, посмотрел в серое окно – на небосводе вот уже вторую неделю скапливались косматые тучи.

«Будто чего замышляют...»

– Папа, а может это просто чья-нибудь шутка?

Александр Сергеевич вздрогнул, тут же отыскал взглядом усталые глаза дочери.

– Анна, бог с ним, с письмом. Всё равно это не обсуждается, да и куда я сам, на старости то лет, впрягусь? Хожу-то, вон, еле-еле. Да и Алька...

Анна приподнялась со скрипучей больничной койки, склонилась над тумбочкой, коснулась фотокарточки сына.

– Алька тут такой ошарашенный получился, – она улыбнулась, неуловимым движением руки смахнула невольную слезу. – Это было на второе сентября, когда он только в первый класс пошёл.

– Ну да, как же такое забыть, – Александр Сергеевич улыбнулся, косясь на фото внука, – малыш в сереньких брючках, блестящих башмачках, тщательно выглаженной рубашке, на кармане которой уже зияет пятно от пролитых чернил, держит в руках пухленький рюкзачок, а личико... – Он-то думал, что каждый день, как первое сентября будет, а тут уроки задавать стали! И смех и грех.

– Ох, Алька-Алька... – Анна прикоснулась почти прозрачным пальцем к плотно сомкнутым губам недовольного сынишки, прочертила по щеке, глянула в прищуренные глаза и на сведённые брови. Казалось, миг, и изображение на фотокарточке непременно оживёт, начнёт оправдываться, одновременно пытаясь определить по выражению лица матери, что той уже известно, а что сегодня можно и утаить.

– Сорванец самый настоящий растёт, – Александр Сергеевич отвернулся и глянул в окно. – Совсем погода испортилась. Наверное, тепла больше не увидим.

Анна кивнула, снова села на кровать.

Уныло скрипнули пружины.

– Наверное... – Она помолчала, потом нерешительно прошептала: – Папа...

Александр Сергеевич обернулся.

– Я, вот, думаю, может, тебе всё же съездить, поговорить с этим Титовым?.. Пока тут ничего плохого не случилось. Потом ведь не до разъездов будет.

Александр Сергеевич резко поднялся с табуретки, подошёл к прячущей глаза дочери, склонился, взял за ледяную руку.

– Анна, ты это о чём? Брось! Слышишь меня?! Прекрати себя накручивать! Изведёшь ведь так сама себя.

– Папа, не надо, – Анна высвободила руку и серьёзно посмотрела в глаза отца. – Я давно уже разобралась со своими чувствами. Это не истерика, я просто хочу быть уверенной, что после моей... что когда вы останетесь вдвоём с Алькой... вы не будете ни в чём нуждаться. А у этого человека есть деньги – много денег, которыми он намерен поделиться!

– Но ты ведь сама только что сказала, что это может оказаться шуткой!

– Может, – Анна облизала пересохшие губы, нервно забегала зрачками по крашеным стенам палаты. – Но с той же долей вероятности, это может оказаться правдой!

Александр Сергеевич покачал головой.

– Нет, только не в этом мире.

– Что не в этом мире, папа?

– В этом мире ничто не даётся просто так, Анна. За всё нужно платить.

– Нет, – Анна отрицательно качнула головой. – Просто за всё нужно бороться.

Александр Сергеевич вздрогнул. Положил руку на колено дочери.

– Знаешь, Анна... давно уже собирался тебе сказать, но всё как-то не решался. Потому что знал, что это спровоцирует у тебя слёзы, а мне от их вида совсем не по себе делается. Но оттягивать и дальше, просто бессмысленно. Анна, твой Алька... – Голос предательски дрогнул, и Александр Сергеевич невольно умолк.

Анна усмехнулась.

– И что он натворил на этот раз?

– Разве ты плачешь, когда он что-нибудь натворит? – Александр Сергеевич покачал головой. – Ничего он не натворил.