Чтение онлайн

Я стою напротив камеры на фоне стенки с смотрю в камеру. Внешне спокоен и меня трясет. Как там получается, что я стою тут. Вот ду ю сей?

Бас рвет меня и рождает.

Под первый удар я отталкиваюсь ногой и еду на скейте, камера отворачивает меня по окружности, город, город, огни. Город, огни, мои спокойные слезы, моя злость и уверенность. Моя удары по рабочему. Рабочему. Вокруг клавиш. Туру-туру. Туру. Я плыву вперед по городу. Уверенно рассыпаясь на части, держа в себе веру в лучшее, веру в нас.

Каминг он ту зе лайт зе дей ви гат

Мени мунс зет ар дип эт плей со а

Кип ан а он зе шедоу смайл

Ту сии ворэ вас ту сей.

Меняется все. Сквозь все.

Ю эн на бот ноу

Ливи финг маст го эвей

А вот ду ю сэй?

Меняется все. Сквозь все.

Спининг нот зет из он май харт излайк а

Бит оф лайт ин а точ оф дарк ю гат

Сник атак фром зе зо-ди-ака

Бат ай си йор файер спааааарк.

Ит зе бриз энд го

Блоу май блоу энд го эвей

Вот ду ю сэй?

Ееееее.

Я лежу на полу прислонившись к твоей голове. Я молчу, вы поете. Я смотрю, вы поете. Ты любишь, я смотрю. Глаза в глаза. Сквозь все.

Ю донт ноу май майн

Ю донт ноу май кайн

Дарк несесетиес а парт оф май дизаайн

Эннд

Тел зе ворлд зи айм

Фаллинг фром зе скай

Дарк несесетиес а парт оф май дизаайн

Камера далеко. Я танцую на парапете моста в пальто. Может это и не я, видно, что это я только по очертаниям моего тела. Танцую. Танцую в бас. В себя. Во веки. Пальто как продолжение моего тела, моего тела, меня, тар-тар, как вы инструментами так, меня рвет кусочками в тот момент, когда я собираюсь. Фоны меня на фоне стен. На фоне стен. На фоне стен. Мое лицо на фоне стен. Мое туловище на фоне стен. Мой я на фоне стен. Глаза в глаза.

Стамбл доун ту зе паркинг а лот ю гат

Ноутайм фор зе афтер троугхт зэай лайк

Айсрим фор зе астронавт

Велл зетс ми лукинг фор вии.

Все меняется. Сквозь все.

Торн зе корнер энд

Файнд зе ворлд энд шойор комэнд

Плейинг а хэнд.

Все меняется. Сквозь все. Меня рвет на куски в комнате. Рвет на куски в комнате. Я стою в комнате глаза в глаза. Голова идет ходуном. Ходуном стоят ноги. Руки стоят в карманах.

Ю донт ноу май майн

Ю донт ноу май кайн

Дарк несесетиес а парт оф май дизаайн

Эннд

Тел зе ворлд зи айм

Фаллинг фром зе скай

Дарк несесетиес а парт оф май дизаайн

***

Стул себе и стул. Как вы его видите? Голубоглазый, зыркий, ничуть на стул не похожий, потому что вы не знаете, как выглядит стул.

***

Вбирая в себя тебя и других, я превращаюсь в тяжелую сопричастность, черную дыру, высосавшую из себя свет, и уменьшенную безликую точку. Зеркально впитывая в себя все, я лишь отражаю зеркальную сторону иллюзорности моего я. Создавая вас по образу и подобию, вкладывая внутрь человекоподобных тел человекоподобные души, я копирую свет, отложенный в черный непрозрачный пакет, копирую свет, бурлящий свет, отделенный от тьмы, переворачиваю зеркало, сам переворачиваясь, стою на месте, искажая вселенную. Индивидуальность, рожденная потоком звездных лучей, плоскостью цепкой накладывается на планеты. Цвета играют, все останавливается, больше ничего нет, только я, разрешенный всеми и всем. В моей позиции я могу разрешиться или не рождать. Если я не рожаю - я остаюсь один. Если я рождаю - я остаюсь один, но создаю иллюзию своего неодиночества. В этом и заключается наша общая скука. В этом и плавает наш рассудок. Всеобщая мировая шизофрения одного. Раскрытие пеленок, счастье, мировая вечность, слова как междусловья, вдыхаю воздух, пропитанный человеческими телами, выдыхаю воздух, пропитанный человеческими телами. Рождается и рождается и перерождается. Без настоящей смерти.

Компьютерная анимация из которой нет выхода. Огромное количество безразличных возможностей, если смотреть на возможности с точки зрения конечного хотя бы чего-то. Смешно говорить о компьютерной анимации, даже не программируемой, песочнице, созданной и пересозданной мной. Эти рассуждение ни к чему не приводят, ничто не успокаивает меня, ничто меня не лечит, только движение. Внимая движению я забываю о абсолютности. Абсолютность забывает обо мне и ты встраиваешь и становишься становишься становишься явным неигровым персонажем, не главным героем, не историей поиска или возвращения, ты становишься деревом в сюжете, небом в песне, любовью, ботинками, рогами, криком. Сквозь пронизывает все вокруг и переворачивает твое восприятие. Немо медлит, велит, ты стоишь на мосту и немой крик и немой крик и немой крик и не мой крик. Зауживая слова, зауживая мысли и чувства, я сегодня вышел из дома и выбросил тело на улицу.

Создавая театр на крови, я отдаляюсь от сущего. Я кручу шестеренки, встраивая в них свое тело. Никакого панка, только ты двигаешься, только ты думаешь, только ты рок, только ты так и можешь. Варианта два. Два варианта. Варианта два. Два варианта. Или ты живешь. Или ты не живешь. Но это один вариант. Ничего не меняется. Выбора нет. Потому что выбор создаешь ты. Но кто поставил меня перед этим выбором. Кто залез в меня и поставил меня перед этим выбором. Моя бледная скука.

На улице ветер. Люди разбредаются по сторонам. Здания сжали улицу по бокам, выхватывая в себя неигровых персонажей, с которыми ты можешь быть связан по сюжету или можешь быть не связан. У тебя есть люди главного квеста, у тебя есть навыки и задания, твой внутренний джойстик или клавиатура влево и вправо, ты идешь влево или вправо. Всего лишь вслепо или вправо. Вперед или назад. Выбрать задание. Купить сахар. Джойстик вперед. Ноги идут. Тело твое идет, сахар лежит на полке в магазине. Найти его, встать на кассу, купить, положить сахар в рюкзак, рюкзак закинуть на плечи, иди домой, задание выполнено, когда положил сахар на стол, дополнительное задание - открыть пакет, насыпать сахар в сахарницу, пакет с оставшимся сахаром спрятать в кухонной тумбочке сверху справа от раковины. Плюс некое количество опыта и сладкий чай вечером, если ты захочешь, как победа и результат. Задание выполнено. Сам придумал, сам решил. Главный герой с главным сюжетом.

***

Возникая утром, я здороваюсь. Привет тебе, привет себе, привет тебя, привет себе. Привет всем нам и привет всем вам. Когда прикасаешься - идут буквы. Заточенные, злые, лепестки букв, мышечные, не спазмы, слова крутим, как хотим, что такое язык, твой, язык, мясной, очевидно, в рифму, мой, рой, землю, снова ты, снова я, песня моя, песня твоя, что это за текст, кому он нужен, кому он нужен, где твоя уверенность, кого он спасает, какое там удушье, все мы горим, все мы горим, я стою, а все мы горим.

У Соркоша создавалось ощущение, что опустошая себя, он опустошается полностью. Вдохи не помогали, выдохи не ломали центр, ноги как оставались ногами, так ими и были. Туловище. Голова. Соркоша голова была в воздухе сверху, а тело внизу. Рамки сна и закона не давали в момент проститься, раствориться. Соркошу одновременно нравилось и не нравилось. Стена холодная, чужая, не твоя, но такая родная, единственная. Такой метод самоубийства его привлекал отчасти, потому что был усредненным безумием, великим свершением, поступком, а не медленной скользкой и трусливой эвтаназией. Не только ты уходишь в мир, но весь мир уходит со скоростью вдоха в твою голову, переворачивая, кровь разбрызгивая, смотри, мозги, плача, рифмы эти ебучие меня заебали, голову об стену, как вы велели, как вы обещали. За стеной что-то есть, главное, что нет этого. Сквозит насквозь вселенная, улица разрастается площадями, мелкими магазинчиками, телами, руками, пылью, мусором, солнцем.