Чтение онлайн

— Задержан Мазут… Прокурор области настоял… — объяснил Агаев. — В тайнике, рядом с его «козлятником», вблизи метеостанции, обнаружили пистолет и патроны… Там же нашли бинокль и фотоаппарат Пухова… Такие дела. Я решил, что лучше будет, если ты узнаешь обо всем непосредственно от меня…

— Разрешите? — секретарь внесла на подносе чай, печенье, сахар, постелила перед каждым салфетку, поставила чашки с блюдцами.

— Спасибо, Тамара… Кудреватых — директор Сажевого комбината… У нас ведь все мнят себя крупными специалистами по борьбе с уголовной преступностью… Уже звонил Первому, катит на тебя бочку. Но ты не бери в голову. Ты новый человек тут! Мало ли что случается… Пей! — Агаев разлил по чашкам чай.

— И где сейчас Мазут? — Тура осторожно взял свои чашку и блюдце.

Все в кабинете Агаева было утонченное, подобранное со вкусом. Вот и эта посуда… Часть дорогого сервиза…

— В Красноводске. В следственном изоляторе. Довиденко решил отправить его отсюда подальше.

— Он арестовал его?

— На четырнадцать суток…

— Интересно, откуда к Довиденко поступили сведения? — спросил Тура.

— Я с ним не разговаривала. Вообще, мы не очень ладим. Ему бы только подмять нас под себя… Скорее всего, был анонимный звонок…

Саматов допил чай и рывком поднялся.

— Я еду в прокуратуру.

— Ничего, Тура, — Агаев проводил его в приемную. Офицеры, ждавшие в приемной, сразу поднялись при их появлении.

— Скоро тебе будет легче. По моим сведениям, тебе дали зама. Он уже едет.

— Зама? — переспросил Тура. — И кто он?

— Твой земляк напросился. Силов. Майор Силов. Знаешь? Как он?

— Силов? — На душе у Туры потеплело. — Хороший мужик…

К прокурору области Саматова в кабинет не впустили — попросили подождать.

Тура с минуту хмуро ходил из угла в угол, потом решительно направился к двери.

— Туда нельзя! — пискнул помощник за столом. Но Тура был уже у областного прокурора.

Как и перед тем, на кладбище, Довиденко выглядел недовольным, весьма высокомерным.

Прокурор находился в кабинете один. Он хмуро взглянул на вошедшего.

— У меня нет сейчас времени разговаривать… Зайдите к кому-нибудь из замов. — Подумав, он добавил: — экспертиза подтвердила: Пухов убит из пистолета, который изъяли в тайнике у Мазута. Скажи спасибо. Сейчас бы вы бегали, как бобики…

— Меня интересует только: от кого был сигнал?

— Аноним позвонил. Из автомата, — он поднялся, позвонил секретарю — тот сразу вошел. — Я в обком…

Довиденко вышел, оставив Туру в кабинете.

Машину Тура вел сам, рядом сидел Хаджинур.

Серое, затянутое низкими облаками небо неслось им навстречу. Степь вокруг проживала свой самый счастливый — медовый месяц, вся она была темно-зеленой, покрытой фиолетовым цветом верблюжей колючки.

Впереди показалась метеостанция.

— Вон козлятник Мазута, — показал Хаджинур.

Они подъехали. Прибитые «заподлицо» доски образовывали глухой забор, достаточно высокий. На калитке висел замок. От метеостанции к «козлятнику» тянулись электропровода.

— Сделано фундаментально, — заметил Тура.

Их успели заметить. От метеостанции потянулась делегация: жена Мазута, малюсенький, смуглый до черноты человек — Бокасса, которого Тура уже видел во время осмотра трупа Пухова, знакомый тоже казах в галифе — Адыл, он и сейчас был выпивши. А, может, так и не протрезвел с того дня… Мальчик в коротких шортах с маленьким магнитофоном на шее и еще много детей — мал-мала-меньше.

— Начальник, ну, как там он? — спросил Бокасса, крохотный «мальчик-дедушка». Он вел рядом велосипед. — Живой? — На лице его плавала та же, что и в прошлый раз, когда Тура увидел его впервые, странная гримаса — то ли печальная улыбка, то ли счастливый плач. — Как? Как? — он наступал с беспечной опасной шуткой сумасшедшего, и Хаджинур принужден был ответить ему:

— Отойди, Бокасса, не путайся под ногами!

Карлик тотчас же забыл о своих вопросах. Он присоединился к детям, став между мальчиком с «вокменом» — самым крупным из детей, которому Бокасса доходил головой до плеча, и самым меньшим.

— Ну, как он? — повторила жена Мазута, здороваясь. — Живой? Передачи принимают?

— Должны принимать, — сказал Саматов. Она кивнула.

— Легко сказать — «принимают»… Я поеду, а с ними как? — она показала на детей.

— Хорошо, — сказал Тура, — соберите ему что-нибудь, мы захватим.

Она невнятно поблагодарила. — Это его «козлятник»? — Саматов показал на забор.

— Его.

— Вы покажете нам? Ключи есть?

— Отдали после обыска, — она полезла в карман широкой, как у цыганок, юбки. — Вот.

— А где они тут тайник нашли? — спросил Тура.

— Какой уж там тайник!

Не говоря больше ни слова, жена Мазута обошла изгородь — сбоку, со стороны моря, с несколькими досками, лежал камень, она нагнулась, откатила его. Тура и Хаджинур подошли ближе. Под камнем была не очень глубокая ямка. Дно ее устилал песчаник.

— Это? — Тура удивился.

— Да.

Они еще постояли. Потом женщина открыла замок, втроем они вошли в маленький огороженный со всех сторон дворик.

В глаза бросилось множество ящиков, разбросанных вокруг. В середине двора стоял домик или сарай. Саматов заглянул внутрь, кроме стола с чурбаками вместо стульев и верстака с инструментами он увидел еще маленький телевизор.

— Не надо было вам Мазута тогда отпускать с Осыпного, товарищ подполковник… — пожалел задним днем Хаджинур. — Он же сказал, что не будет жаловаться. Подумаешь, пару раз получил по шее! Что сгоряча не бывает… Сделали бы обыск, нашли бы тайник!

— Не знаю, Хаджинур. Может статься, что мы бы тогда ничего и не нашли… — заметил Тура. — Все это странно. Пистолет. Аноним…

— Думаете, Мазуту его подбросили?

— Я думаю, браконьер нашел бы лучшее место на Берегу, чтобы все это спрятать.