Чтение онлайн

Виноградову приходилось участвовать в уличных перестрелках, и он не раз видел собственными глазами, как выглядит попадание пули в бетонную кладку или в каменную стену. Кроме того, он прекрасно понимал, что в подобных ситуациях одним выстрелом дело никогда не ограничивается — поэтому, не заботясь о чистоте своего гардероба, упал и перекатился через левое плечо, уходя с предполагаемой линии огня под прикрытие памятника.

— Твою мать!

Последнее время Владимир Александрович не любил, когда в него стреляют.

Судя по всему, огонь велся откуда-то справа. И дистанция, видимо, была довольно приличная! По идее, профессиональный снайпер не станет суетиться и после первой же неудачи менять оборудованную и просчитанную огневую позицию.

То есть следовало замереть и не высовываться.

Пока Владимир Александрович, на свое счастье, находился в относительной безопасности, но печальный опыт подсказывал — время стрелков-одиночек прошло еще задолго до убийства Кеннеди. Как правило, у организаторов и исполнителей подобных мероприятий имелось в запасе несколько страховочных вариантов.

Так. Допустим, сейчас кто-то невидимый анализирует ситуацию. Потом принимает решение и отдает команду… Точно! Со стороны общественной парковки послышалось нарастающее, противное рычание моторов.

Ну что же, как говорится: лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и потом раскаиваться!

Тем более что при определенном раскладе раскаиваться будет уже некому… Виноградов напружинился, чуть отклонился в сторону и в коротком прыжке, отдаленно напоминавшем полет валькирии, преодолел открытое пространство, отделявшее его от ближайшего дерева.

Если Владимир Александрович не ошибся в расчетах, то теперь он окончательно выпал из поля зрения снайпера. Впрочем, даже если ошибся — упрекать себя за это осталось совсем недолго.

Теперь предлагалось на выбор: бежать, петляя, куда глаза глядят, через парк, под прикрытием редкой осенней растительности, или же двинуться прямо — навстречу рычащей все громче смертельной опасности.

Логика подсказывала первый вариант, но в играх без правил на нее полагаться не стоило…

Поэтому перепуганный до полусмерти Виноградов кинулся напрямик. Краем глаза он засек двух стремительно приближающихся по аллее, вдоль озера, мотоциклистов — до передних колес их огромных, оставляющих за собой облака бензиновой вони, «харлей-дэвидсонов» или «ямах» оставалось всего несколько десятков метров.

— Мать твою чтоб!

Пуля снайпера, понадеявшегося на стандартную логику жертвы, чуть-чуть запоздала. Насквозь прошив крону дерева, с которым только что поравнялся Виноградов, она ушла куда-то дальше, в траву.

А несостоявшийся покойник уже нырял куда-то, головой вперед, и вслед ему неслись глухие похлопывания пистолетных выстрелов — пока огонь велся не слишком прицельно, но от души…

Видели бы сейчас адвоката Виноградова его клиенты! Владимир Александрович привалился спиной к стволу дерева и притих. Это вам не популярная телевикторина, минуту на обдумывание никто не даст! Пора как-то разрешать ситуацию…

Стрелок с винтовкой был уже не опасен — все-таки парк и какие-никакие, но зеленые насаждения. Мишень уже не видна, а вести огонь наугад он не станет: мало ли кто еще из случайных прохожих гуляет в зоне необъявленных военных действий. Что касается парочки мотоциклистов на аллее, то, прежде чем бросить своих двухколесных друзей и пуститься в погоню по зарослям, они должны будут непременно связаться с начальством…

Поэтому — вперед!

Владимир Александрович заставил себя встать с земли и, то петляя, то пригибаясь, двинулся в сторону каких-то служебных строений, расположенных совсем неподалеку от злополучного памятника и отделенных от остальной территории парка невысоким забором с аккуратно подстриженной изгородью из колючих кустов. Возле изгороди были припаркованы сразу две автомашины: пятиместный легковой «вокс-холл» с частными лондонскими номерами, а также аккуратный темно-зеленый грузовичок с желтыми отличительными сигналами и эмблемой Королевской парковой службы.

Значит, где-то поблизости должны находиться и те, кто на этих машинах приехал…

В данный момент его совсем не тревожили сакраментальные вопросы бытия, вроде «кто и зачем пытается его убить». Значительно больше Виноградова интересовало, сколько у них человек и насколько серьезно эти люди подготовлены.

Впрочем, судя по тому, что Владимир Александрович был пока жив, некоторые шансы оставались.

— Тяжело в лечении — легко в гробу! — попытался подбодрить себя Виноградов.

Сзади послышался треск и топот — мотоциклисты явно ездили намного лучше, чем ходили пешком. Очевидно, команду спешиться они получили, но, будучи детьми каменных джунглей города, среди реальных зарослей ориентировались из рук вон плохо.

Как назло, в поле зрения Виноградова по-прежне-му не наблюдалось ни одного человека, к которому можно было бы обратиться за помощью. Или хоть, попытаться привлечь к себе внимание…

Да что же они тут, все вымерли, что ли? Надо было, наверное, как-то пробираться в направлении площади Гайд-Парк-Корнер и кафе на берегу озера — там-то уж точно всегда шатается куча народа.

Неожиданно перед Виноградовым возникло открытое, просматриваемое насквозь пространство: аккуратный газончик и подстриженная, чуть ли не выбритая, цветочная клумба. Правда, немного подальше виднелась довольно широкая улица с нескончаемым потоком автомобилей.

До них бы только добраться…

Ну что же! Не мы первые начали. Адвокат Виноградов прижался спиной к стволу какого-то дерева и замер в ожидании преследователей.

С первым из них он расправился довольно легко, хотя несколько нервничал из-за потерянной в последнее время спортивной формы. Со вторым получилось еще проще — два выстрела, почти в упор, из поднятого с земли пистолета с глушителем.

Владимир Александрович отер пот со лба и проверил трофеи. В одном магазине оставалось всего два патрона, в другом — три. Плюс у каждого по патрону в патроннике. Виноградов перезарядил все в один пистолет, а другой сунул обратно, в остывающую руку незадачливого мотоциклиста.

Интересные были ребята…

Дома, в России, Владимир Александрович без тени сомнения посчитал бы покойников герными, то есть выходцами с Кавказа или, может быть, из Закавказья. Но здесь они вполне могли сойти и за уроженцев какого-нибудь британского доминиона: носатые, среднего роста, с черной щетиной на смуглых щеках.

По законам жанра следовало стянуть с одного из убитых кожаную куртку, переодеться, поднять с земли очки, откатившиеся в сторону, и для полного сходства повязать на макушке разрисованную черепами косынку — бандану. Затем лихо вскочить на бесхозный «харлей-дэвидсон» и на полном газу миновать все кордоны, пока враги сообразят, что к чему…