Чтение онлайн

Монстр задумался, выбирая себе имя. Коротко кивнул.

— Вот и хорошо, — сказал Никлас. — Теперь тебя будут звать Ульвхедин.

— Ульвхедин звучит как-то очень драматично, — вмешалась Виллему. — Пахнет горькой травой, пустынной местностью и язычеством. Подходит как нельзя лучше.

Монстр приподнял верхнюю губу и зашипел на нее, оглядывая своими желто-зелеными глазищами. Он сидел на траве, обняв колени руками.

Доминик поднялся, делая знак монстру сидеть:

— Я здесь самый старший и самого высокого ранга. Так что я и окрещу тебя.

Вынув меч, положил его на плечо «пленника».

— Теперь тебя будут звать Ульвхедин из рода Людей Льда. Больше никто не назовет тебя чудовищем.

Он не стал добавлять «Именем Отца и Святого Духа…» Эти слова как-то не звучали. Он также не посмел принести воды и окропить им голову монстра. Все это могло вызвать ненужный гнев.

Виллему и Элиса были полностью поглощены церемонией, хоть она была совершена не по правилам. Они боялись вздохнуть. Были счастливы.

Никто не знал, что думает крещеный обо всем этом. Именно в этот момент они услышали звук множества копыт со стороны Нурефьелль.

— Опять капитан Несносный со своими кнехтами, Доминик. Нам некогда выяснять с ним отношения.

— Они, верно, сдались, — сказал Никлас.

— Возможно. У нас нет времени выяснять. На коней!

И тут случилась катастрофа.

Никлас помог Элисе взобраться на лошадь. Потом он прикрутил свой бесценный сундучок к крупу лошади — так, как делал всегда. Вскочил на лошадь, думая, что Доминик доделает необходимое. И поскакал вперед. Он всегда ехал впереди.

Прикручивая сундучок, он поспешил. И сундучок упал. Никлас ничего не почувствовал. Зато увидел Ульвхедин.

Элиса никак не могла прикрутить свои пожитки, и Виллему допустила фатальную ошибку. Не думая ни о чем, она вскочила на свою лошадь. Женщина привыкла ездить одна. Доминик тоже ничего не заметил и поскакал за женой.

Осталась одна Элиса. Гость должен был сесть на ее лошадь. Чудовище — или как его теперь звали — Ульвхедин — вскочил на круп лошади сзади нее, и они понеслись.

— Нет, господин Чудовище, не этой дорогой!

— Это тебя не касается!

И вдруг оказалось, что он может управлять лошадью без проблем. И ехал он за всеми совсем по другой причине.

Погнав лошадь в лес, он скоро исчез из виду.

Ошибка была замечена почти сразу же, но за этот короткий промежуток времени лошади ускакали довольно далеко.

— Никлас! Подожди! — закричал Доминик. Никлас повернул лошадь:

— Боже мой, что вы наделали? — воскликнул он, увидев, что Доминик и Виллему сидят каждый на своей лошади.

— Мы все торопились. Надо срочно вернуться назад, к остальным.

— Скорее в лес, быстрее! — закричала Виллему. — Кнехты приближаются.

И они поскакали назад, пробираясь меж елей.

Кнехты гурьбой промчались мимо, словно привидения. Скоро затих топот их копыт.

— Тут никого нет, — удивленно воскликнул Никлас.

— Они, должно быть, спрятались. Вперед! — скомандовал Доминик.

Никлас не смог сдержать крик:

— Сундук! Его нет. Пропал! Я, должно быть, потерял его!

Они вернулись к реке.

Пусто. Не было сундучка и там, где они только что сидели.

— Элиса! — кричала Виллему. — Мы здесь!

— Элиса! — вторили ей мужчины.

Лес стоял темный и молчаливый.

Они переглянулись в полном отчаянии.

Они потеряли свое сокровище. Потеряли сундучок со всеми лекарствами. Но худшее из всего, что могло случиться, случилось: они потеряли маленькую, доверчивую Элису!

Ветки сосен били Элису по нежному личику. Они ехали по направлению к Драмсэльва. Позади нее сидел полузверь-получеловек и правил лошадью. Она была занята главным образом тем, чтобы удержаться на лошади.

Хоть Элиса воспитывалась в Линде-аллее, она не обладала той проницательностью и способностью мыслить самостоятельно, что было характерно для Людей Льда. Элиса думала и чувствовала сердцем.

Ситуацию, в которой очутилась, она не могла осмыслить полностью. Теперь она разрывалась между преданностью Людям Льда и внезапно возникшей привязанностью к человеку противоположного пола. В отчаянии она безуспешно пыталась связать оба эти чувства воедино.

Ей было так хорошо с ним, когда он лежал без чувств тогда, в горах. Для нее была привлекательной каждая черточка его лица. Элиса пыталась понять и простить грубость его манер. У него была тяжелая жизнь. Таким он родился. Ему никто не помогал.

Чувство симпатии к чудовищу должно было выдержать тяжелые испытания!

Иногда он просто пугал ее своими огромными размерами, неотесанностью и желтыми, коварными глазами, в которых отражалось то равнодушие, то презрение. И в то же время в ней пробуждались нежные чувства, любовь, желание помочь. Все же страх преобладал. Страх — и в то же время неосознанное желание увидеть его улыбку, обращенную к ней. Мечта, далекая от действительности…

Лес становился все гуще, лошадь шла медленнее. Элиса была совсем сбита с толку. Теперь ей уже не нужно было держаться изо всех сил, чтобы не упасть, и она начала обращать внимание на другие вещи. Тесно прижавшись к ней, сзади сидел мужчина. И не какой-нибудь… О, нет!

Элиса была воспитана строго и всегда держалась от парней на расстоянии. Ей это удавалось без особого труда, ведь она еще никогда не была влюблена! А сейчас… Она и сама не знала, что за чувство ее посетило. Околдована, привязана… Такие чувства испытала однажды Силье по отношению к Тенгелю. Но в Тенгеле было много хорошего. В Ульвхедине из рода Людей Льда — ничего. Разве что понимание животных.