СЛОМ
Шрифт:
– А-а… Я там немного покопался. Любопытство, знаешь ли, док… А ночью здесь так тоскливо… Ты понимаешь, о чем я?
Перовский вышел из тени, не опуская инъектора.
– Что же любопытного вы там нашли, любезный мой?
– О, одну весьма интересную папочку, док. Из документов которой видно, как ты выбирал себе объект для дальнейшей работы.
Фаер наконец отыскал в стопке из тридцати девяти папок дело Левушкина и открыл его.
– Смотри-ка, док, совершенно чистая энграмма. Ни плюсов, ни минусов. Ни других пометочек. Что бы это значило, а?
– А вы поштудируйте основы физиологии. Может, когда-нибудь и разберетесь.
Фаер кивнул:
– Может, и разберусь. Может, нет. Но в одном я разобрался точно. Ты врал мне, док. Этот сержант Птица не сам умер. Ты убил его. Все равно, что скальпелем пырнул. Только потому, что его сознание больше всего подходило.
Перовский усмехнулся и сказал:
– Вы идиот, любезный мой. Потому что узнали много лишнего. Я предупреждал, что не стоит под меня копать.
– А еще я вырубил твою дурацкую защиту. Знаешь, как? Нет, я не искал излучатель. Я просто перерубил питающий кабель.
– Вы, любезный мой, перевысили меру моего терпения. Вы убили Феликса.
– Убил? Думаешь, это было легко? Ты изуродовал его, док Франкенштейн. Он хотел уйти. А я ему помог.
Перовский поднял инъектор.
– Ну что же. В таком случае, я помогу вам. Японцы отказались от покупки. Я больше не нуждаюсь в услугах такого неудачника.
Раздался хлопок, и оперение дротика, пробившего хитиновый покров, распустилось черно-желтым цветком на рукаве комбинезона киборга. Фаер выдернул его и ядовито заметил:
– Кто из нас будет смеяться последним – это мы еще посмотрим. Повтори эту глупость, док, и я воткну тебе этот самый дротик, сам знаешь, куда.
Перовский вынул обойму и посмотрел на просвет:
– Предусмотрительно. Недооценил я такую возможность. Понятно теперь, от чего умер Феликс…
– Только не строй из себя оскорбленную невинность.
Фаер открыл клетку с крысами, которых напоил подозрительной глюкозой, и вынул их за хвосты. Вися вниз головой, крысы и не думали просыпаться. Фаер сунул крыс обратно, поднял пустой контейнер и бросил его Перовскому.
– Думал застать меня утром, дрыхнущим в отключке на полу? Я далеко не святой, да. Но видит бог, не я первый был Брутом. Прощай, док. Я тоже больше в тебе не нуждаюсь. Охотно бы свернул тебе шею, будь я человеком. Ну, да ничего. Тобой скоро вплотную заинтересуются очень серьезные ребята. Так что, жди гостей. А я ухожу.
Фаер открыл двери в подвальный коридор и помахал на прощание серой ладонью:
– Аста ла виста, док. Аста ла виста.
Перовский, не дожидаясь окончания этой сцены, шагнул в лифт.
– Для гостей у меня есть замечательные сюрпризы,- заметил он сам себе, поднявшись в кабинет.- Пусть являются.
Он быстро прошел к видеофону и набрал номер.
– Дежурный слушает,- отозвались на том конце.
– Генерала мне позовите, любезный,- распорядился Перовский.
– У нас тут еще три ночи, вообще-то. Генерал спит,- ответил дежурный.
Перовский развернул видеофон так, чтобы его лучше было видно, приблизился вплотную и отчеканил:
– Если вы, любезный, не разбудите его через пять минут, завтра будете дежурить там, где в это время уже десять утра!
***
До рассвета оставалось два часа, и прохожих попадалось немного. Некоторые, заспанные, равнодушно проходили мимо, некоторые испуганно прижимались к стенам домов. Были такие, кто спешил к ближайшей видеофонной кабине – из тех, кто опознал виденного в новостях пропавшего киборга. «Наплевать,- думал Фаер, бредя по щиколотку в свежевыпавшем снегу.- Теперь на все наплевать. Меня это больше не касается».
***
– Быстрее, быстрее!- торопил Репьев,- Игорь, не копайся, допивай живей!
– Он же горячий!- отозвался Игорь возмущенно, переливая кофе в пиалу, чтобы побыстрее остыл.
– Три минуты на все про все!- отрезал Иван.- О, дьявол! Это чьи ботинки тут валяются?
– Штольца. Он так и не вернулся за ними,- сказал Олег.
Репьев озадаченно почесал небритый подбородок.
– Вот кто лучше всех спал в эту ночь…
– Надо бы вернуть, а то в тапках пойдет. Игорь, позвони к соседке.
– Угу,- снова полусонно буркнул Игорь, запихивая в себя бутерброд.
Он потянулся к видеофону и вдруг обратил внимание на лежащий рядом флэш-блок. Судя по индикатору, начисто стертый. Игорь выдернул лежащий под ним листок бумаги с четкими карандашными строчками и прочел:
Шелест ветра город будит,
Шевелит огонь свечи:
Что-то будет,
Что-то будет,
Что-то движется в ночи…
Рассекают
Тьму
На части
Чёрной сетью
Провода.
Приближается несчастье,
Надвигается беда.
За спиной
Застыла будто
Тень
Без тела и лица -
То ли чёрта,
То ли Брута,
То ли Гамлета-отца.
Бьётся
В клетке тела
Разум -
Надвигается беда.
Громче,
Звонче с каждым разом
В кухне капает вода -
Переполненная бездна
Пиалы
Дрожит слегка.
Наступает