Шрифт:
Пролог
12 февраля 786 года .
Система Грейхольм - Тета .
Кораблестроительный комплекс Рейнского Протектората « Гавельхайм ».
Фигура главнокомандующего Вторым флотом, адмирала Филлиппа Штудгарда, неподвижно застыла перед широкими обзорными панелями командного центра верфи.
«Джеймс Т. Батлер», флагманский дредноут второго флота неподвижно висел в пространстве, в пяти километрах от верфей, находившихся на орбите Коргельрата. Единственной «действительно» обитаемой планеты во всей звёздной системе. Лишь расположенный четвёртым по счёту от звезды мир удостоился чести принять на себя поселения рейнских колонистов. Все остальные, как, впрочем, и богатые пояса астероидов между Коргельратом и Маву, третьей планеты системы, служили лишь источниками ресурсов для бесконечно пожиравших их производственных мощностей «Гавельхайма».
Огромный кораблестроительный комплекс, крупнейший в Протекторате, представлял из себя место чрезвычайной важности. Данные о его местоположении хранились в строжайшем секрете. Координаты системы Грейхольм-Тета являлись столь охраняемым секретом, что мало кто из персонала, работающего здесь, знал о том, где именно они находились. Большая часть работающих на верфи людей не имели даже представления о том, где располагалась эта система.
Редким же гости, кому повезло побывать в святая святых военно-промышленного комплекса Протектората, прибывали сюда вслепую. Каждый из них подписывал десятки документов о неразглашении, обещавших самую строгую кару из возможных за разглашения секретных данных.
И на то были причины.
На огромных стапелях, находясь на разных стадиях сборки, застыли корпуса второй серии дредноутов типа «Претор». Настоящие космические гиганты, с длинной корпуса в тысячу сто семнадцать метров, они в скором времени готовились к тому, чтобы пополнить рейнский флот. В данный момент, расположенные на высокой геосинхронной орбите Коргельрата сорок четыре стапеля были заняты полностью, освещаемые вспышками аппаратов молекулярной сварки, габаритными огнями и двигателями транспортных челноков.
И это было далеко не всё. На более низких орбитах располагались сухие доки, где осуществлялась сборка и доводка кораблей более лёгких классов. Линкоры. Линейные, тяжёлые и лёгкие крейсера, эсминцы... Более ста сорока кораблей различных классов на разных стадиях готовности.
Каждый взгляд на это место наполнял Филлиппа уверенностью в себе и в своём государстве. Именно здесь ковалась сила, что в будущем позволит исполниться великой мечте. Превратит грёзы в реальность.
Рейнская Империя.
Филлипп позволил себе несколько мгновений на то, чтобы посмаковать эти два слова у себя в голове. Он никогда не произносил их вслух. Даже человек, задумавший этот грандиозный шаг, позволил себе произнести их лишь раз. И так будет и впредь, пока мечта не станет явной.
Но пока что говорить об этом было прежде временно. Для начала нужно избавиться от всех возможных угроз. Военных. Политических. Социальных. Лишь тогда Филлипп и остальные адмиралы возьмут под контроль всё пространство Союза Независимых Государств, поставив точку в истории этого жалкого, насквозь прогнившего политического образования и открыв перед его жителями дорогу в новое, более светлое будущее.
От созерцания этого рукотворного чуда Штудгарда отвлёк голос капитана Мила Давича. Начальника штаба Филлиппа подошёл сзади, тактично остановившись в двух шагах за правым плечом адмирала.
— Адмирал, «Дамокл» выходит на позицию, сэр. Мы будем готовы к испытаниям через семь минут.
— Прекрасно, капитан, — Филлипп отвернулся от обзорного иллюминатора и последовал в самый центр просторного зала. — Удивительно подходящее имя для корабля, вы не находите?
Давич вежливо улыбнулся.
— Весьма, сэр. Правда, на мой взгляд, «Один» подошёл бы больше.
Штудгард едва заметно улыбнулся, скрыв изогнувшиеся губы под завесой пышных усов.
— Поэтично, капитан. А ведь и правда, весьма подходящее имя. Кто как не хозяин разящего копья заслуживает чести обладать им.
Штудгард остановился у центральной голографической сферы, окружённой двумя десятками человек. Сейчас сюда стекались петабайты информации с устаревшего дредноута предыдущего поколения, ставшего испытательным полигоном для тестирования оружия нового типа. «Дамокл» медленно приближался к позиции для стрельбы в двух с миллионов километрах от пояса астероидов.
Центральная сфера была окружена десятками терминалов, за которыми сидели аналитики бюро кораблестроения, прибывшие сюда для оценки проекта. Среди них можно было выделить четырёх человек. Троих представителей бюро кораблестроения, руководивших комиссией аналитиков и низкого, тучного мужчину в гражданской одежде. Он был единственным из присутствующих, кто не был одет в военную форму.
Гюнтер Гюнше. Генеральный директор «Рейденсбрау» и по совместительству главный инженер корпорации.
Отец проекта «Гунгнир».
И сейчас он о чём-то спорил с высокой и поразительно красивой брюнеткой, обладательницей столь холодных и суровых сапфировых глаз, что казалось можно замёрзнуть, просто посмотрев в них.
Филлипп улыбнулся, вспомнив один из разговоров с этой любопытной женщиной.
— Господин Гюнше, — поприветствовал его адмирал, — аналитик Вьен. Как продвигается подготовка к испытаниям?
— Просто великолепно, адмирал, — Гюнше бесцеремонно прервал разговор с девушкой на полуслове, явно показывая своё пренебрежительное к ней отношение и повернулся к Филлипппу, — мы полностью готовы к тому, чтобы...
— Сэр, — резко прервала мужчину стоящая рядом София. — Как глава комиссии, я настоятельно рекомендую вам отложить испытания изделия.
Штудгард вопросительно поднял бровь и спокойно посмотрел на стоящую перед ним женщину.
— На сколько мне известно, занимавшийся монтажом персонал «Рейденсбрау» сообщил о полной готовности прототипа к испытаниям, — с любопытством в голосе произнёс он.
Гюнше расплылся в улыбке и закивал головой.
— И они полностью правы, адмирал. Обещаю, что вы не будите разочарованы...