Чтение онлайн

– Гвендаль здесь?
– удивилась Ирмел, - Значит, он нашелся?

– Вон он, - Юн обернулся и указал на Чародея, идущего с Ильей и Кадо через двор к замку, - Он обязательно что-нибудь придумает. И еще сюда скоро должны приехать Тарилор, Вернигор и Нок, а с ними Южная Колдунья. Все вместе мы как-нибудь продержимся.

Гвендаль и мальчики тем временем подошли и поднялись по лестнице наверх. Аген и Энгварт шли с ними.

– Приветствую, госпожа Ирмел, - сказал Чародей, подходя к хозяйке замка, - И прошу прощения за то, что не отправил сына сразу к вам. Обстоятельства этому помешали.

– И ты будь здоров, Гвендаль Рено, - ответила Ирмел, обнимая Юна за плечи, - Я ни на что не сержусь и рада вас видеть. Хотя вы приехали в недобрый час.

– Уже знаю, - кивнул Гвендаль, - Ваши воины рассказали обо всем. Надеюсь, ваш муж выздоровеет.

Сумерки тем временем сгущались все больше. Последние яркие полосы света погасли на западном горизонте, и равнина скрылась во мраке.

– Тьма наступает, - сказал Аген, всматриваясь в даль за крепостными стенами, - Скоро они придут.

Ирмел крепко стиснула пальцами плечо Юна. Илья и Кадо встревоженно переглянулись.

– Вот и хорошо, - сказал Гвендаль.

Его слова ошарашили всех. Илья, Кадо и Юн с матерью воззрились на Чародея в немом изумлении. Аген и Энгварт в свою очередь обменялись обеспокоенными взглядами.

– Долгая дорога помутила разум дорогого гостя, - осторожно предположил седовласый Аген, - Что ж хорошего в том, что на нас надвигается враг, противостоять которому у нас не хватит сил?

– То и хорошо, что он надвигается, - пожав плечами, невозмутимо ответил Гвендаль, - Значит, ждать долго не придется. А насчет сил, не беспокойся, достойный муж. Их хватит.

Это заявление было воспринято, как хвастовство чокнутого волшебника. Илья не удержался от улыбки, когда увидел, как Энгварт за спиной Гвендаля выразительно покрутил пальцем у виска. Но по глазам Чародея Илья понял, что тот задумал нечто серьезное и опасное, и сердце его сжалось от тревоги за дядю.

– Не будем медлить, - оглядев двор, где кипели приготовления к битве, сказал Гвендаль, - Пусть ваши люди займут места на стенах на всякий случай.

– На всякий случай?
– не веря своим ушам, переспросил Аген.

– Поддержка оружия нам не понадобится, - ответил Чародей и обратился к Ирмел, - А вы, госпожа, ступайте в дом к мужу и возьмите мальчиков с собой.

– У нас тоже есть мечи!
– возразил Кадо.

– Они вам не понадобятся, - с усмешкой повторил Гвендаль, - Но если хотите, можете остаться.

– Я тоже не уйду, - сказала Ирмел.

– Хорошо, - кивнул Гвендаль, - Тогда наденьте на головы зимние шапки или что-нибудь еще поплотнее. И ваши воины, Аген, пусть сделают тоже самое. Это важно.

– Наденем подшлемники на меху, - послушно молвил Аген, но по его лицу было видно, что он считает Гвендаля окончательно спятившим.

– Раз все всё поняли, тогда за дело, - сказал Гвендаль и пошел к лестнице, намереваясь спуститься вниз, - И опустите подъемный мост.

– Зачем?
– удивился Аген.

– Чтобы я мог выйти за ворота, - лаконично объяснил Гвендаль и спустился во двор.

– Что он задумал?
– с беспокойством спросил у Ильи Юн, наблюдая, как Чародей идет через двор к воротам замка.

Кадо тем временем вытащил из своей торбы зимние шапки и передал их друзьям.

– Кажется, я знаю, - проговорила Ирмел, и в ее голосе прозвучали восхищение и ужас одновременно.

Солнце скрылось окончательно, и наступила ночь. Холодный ветер нагнал тучи, за ними скрылись луна и звезды. Непроглядная тьма пала на землю, а с ней опустилась гулкая зловещая тишина. Обитатели Китара прислушивались с замиранием сердца к этой темной тишине. Воины Агена поднялись на стены. Лучники притаились на башнях. Служанка принесла Ирмел лисью зимнюю шапку и, повинуясь ее приказу, поспешно ушла обратно в замок. А Ирмел с мальчиками осталась на площадке перед входом. Они стояли вчетвером и тщетно вглядывались во мрак за стенами Китара. Так прошло около получаса, и вот в звенящей тишине вдруг раздался низкий и протяжный вой волка. Этот вой подхватил целый хор волков.

– Оборотни, - одними губами прошептал Илья.

Он почувствовал, как от этого тоскливого и голодного воя страх холодной волной прокатился по спине.

– Целая пропасть оборотней, - прошептал Аген, стоявший на стене над воротами.

И сейчас же тьма ожила и задвигалась, зазвенела оружием и кольчугами, зашумела шагами множества ног. От этой поступи дрожала и гудела земля. За стенами в темноте слышался неясный гул. Но это были не голоса, а скорее глухое алчное рычание. Невидимая рать злобных созданий ночи надвигалась на замок быстро и неумолимо. Илье захотелось бежать к воротам и удержать Гвендаля, чтобы он не выходил наружу, но Ирмел крепко взяла его за плечи и не пустила к лестнице. Гвендаль тем временем спокойно стоял у выхода.

– Ты в самом деле собираешься выйти туда?
– даже не пытаясь скрыть страх, спросил Аген у Чародея, склонившись к нему со стены.

– Опустите мост и приоткройте ворота, чтобы только я мог протиснуться, - ответил Гвендаль.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - вздохнул старый воин и крикнул своим людям внизу, - Открывайте!

Заработали рычаги, заскрипели цепи, мост медленно опустился. Ворота приоткрылись, и из них наружу хлынул узкий поток света от костров и факелов. Он озарил колышущуюся бесформенную массу серо-черного цвета, тускло блестящую чернеными доспехами, скрежещущую острыми клыками, горящую сотнями злобных красных глаз. Она сгущалась по ту сторону крепостного рва и немного отхлынула, когда свет упал на нее. В луче света на мосту появился Гвендаль. Он вышел из ворот и остановился прямо напротив передних рядов вражеской армии. Все, кто видел это со стен, из окон замка, с площадки перед дверями, похолодели от ужаса и не могли двинуться с места. Ворота со стуком закрылись за спиной Чародея, и он остался один на один со свирепой толпой нелюдей, лишенный пути к отступлению. Илья опять рванулся вниз, но на помощь Ирмел пришел Кадо, и они вдвоем удержали его на площадке. Армия тьмы тем временем опомнилась от изумления, вызванного дерзким появлением Гвендаля. По рядам вооруженной до зубов нечисти волной прокатился кровожадный рев. Илья зажмурился и стиснул зубы. Колдовской камень на его груди метался из стороны в сторону и дрожал мелкой дрожью. Аген, в ужасе глядя вниз, отдал приказ лучникам стрелять во тьму наугад, и в воздухе замелькали горящие стрелы. Свирепый рев усилился, темная масса покатилась ко рву, в воздух взметнулись мечи и копья. Тогда Чародей вместо того, чтобы отступить назад к воротам, сделал шаг вперед навстречу беснующейся и орущей толпе. Он медленно, точно во сне, поднял в воздух руки. Внезапно земля закачалась у всех под ногами. Воздух стал густым и тяжелым, точно налит был свинцом. Над башнями замка, над верхушками деревьев Зеленолесья, над равниной поплыл голос Гвендаля. Он звучал, точно стопудовый набатный колокол, рокотал, подобно гулу подземного вулкана, собирающегося вырваться на поверхность потоком раскаленной лавы.

– Vai tabani, zuni i wii, asti i narni! Ie mi amien i portodeo mor a mi ei!
– от этих слов кровь застывала в жилах, кружилась голова и подгибались ноги.

Несколько воинов на стенах потеряли сознание и упали. Ирмел, с трудом держась на ногах, жестом показала мальчикам, что они должны закрыть руками уши и без того защищенные зимними шапками. А Гвендаль все повторял и повторял странные чарующие и страшные слова. От них ветер загудел за стенами Китара, тьма стала расплываться, как горячий воздух, идущий от костра. Вихрь безумной силы всколыхнулся, оторвавшись от распростертых в воздухе рук Гвендаля, и, не причинив вреда замку и его защитникам, налетел на армию темных сил. Черной тучей взлетели на воздух сотни закованных в доспехи чудовищ, замелькали в облаках мечи, копья, стрелы, плащи и шлемы, щиты и боевые топоры. Дикий вой подняли оборотни, громко визжали гоблины, и ревели тролли. А потом вихрь умчал их всех далеко за горизонт и сбросил в глубокие воды Глантара. Лязг оружия, яростные и испуганные вопли - все стихло вдали. Ночь окуталась внезапной тишиной. Никто из обитателей Китара не мог поверить, что все позади. Воины на стенах, лучники на башнях, Ирмел, Кадо, Илья и Юн - все стояли, глядя в ту сторону, куда умчался бешеный ураган, и не решались вздохнуть.