Словоплёт
Шрифт:
– Что ты...
– Я буду здесь сколько понадобится, так что не торопись.
Они сидели так минуту. Другую. От рубашки Шанарана пахло лавандой и чем-то ещё. Никаких склепов и мертвецов. Тепло человеческого тела. Живого чистого человеческого тела. Сантинали закрыла глаза и обняла его здоровой рукой в ответ. Как давно она вот так прикасалась хоть к кому-нибудь?
– Там был страшно, - наконец, пробормотала она.
– Я знаю.
– А когда приходил тюремщик... Он... Мы...- она замолчала.
– Я знаю.
– И я всё ждала, что меня спасут... Но никто не приходил. Это так страшно - когда нет надежды.
– Я знаю, - едва слышно прошептал Ран ей в волосы.
Ей снилось что-то хорошее. Сантинали не помнила подробностей, но ощущение солнца на лице и лета остались приятным послевкусием ото сна. Колдунья улыбнулась своим мыслям - давно ей не снились такие сны. И так уютно... Она резко открыла глаза. На улице стояла глубокая ночь. И Шанаран спал с ней в одной постели обнимая со спины. Одна его рука под её головой, вторая - вокруг талии. И тёплое дыхание на затылке.
Вчера днём она плакала. Долго. А колдун всё так же обнимал её и гладил по спине. Потом она совсем устала и, кажется, заснула. Он так и не ушёл? Был с ней всё это время, как и обещал? Насколько позволяла раненная рука и стараясь не потревожить ша, Сантинали приподнялась на локте. Даже днём в комнате было сумрачно, а сейчас вообще стояла кромешная темень. Что делать? Мужчина в постели - если утром их обнаружат вместе, даже если ничего и не было - ох, какие будут пересуды. Но будить его сейчас? Может, лучше подождать рассвета? Тем более, что Шанарану тоже стоит отдохнуть. Сантинали сжала и разжала кулак, осторожно подвигала плечом. Рука почти не болела. Может, словоплёт мимоходом подлечил её? Магия ша, похоже, не подчинялась обычным колдовским законам, и на адонал ей было плевать.
И что будет дальше? Как она сможет посмотреть ему в глаза после вчерашнего? Он видел её слабость. Какой она после этого сюзерен, защитник?
– Санти.
Всё же разбудила. Королевна замерла не зная, что делать дальше. Мысли Шанарана были полны сонной тягучести. Может, он и говорит сквозь сон, не проснувшись до конца?
– Я здесь.
– Не уходи.
– Не ухожу. Я здесь.
#
Глава 11
Утро застало Сантинали в одиночестве. Постель была пуста, и только примятая вторая подушка напоминала о прошедшей ночи.
В столовой царило удивительное оживление: оказалось, что проводник уже приехал, и теперь все члены экспедиции торопливо заканчивали 'последний цивилизованный завтрак' перед несколькими неделями карабканья по горным склонам.
Шанасаннан щеголял в новой тёмно-зелёной рубашке.
– Давно хотел выяснить идёт ли мне зелёный,– пояснил он свой необычный выбор.
Большая часть воинов уезжала вместе с учёными, но сам начальник стражи, Рейс, и двое его людей оставались с королевной. У Сантинали не было времени остановиться и подумать, пока последний участник экспедиции не переступил порог гостиницы. Но вот, наконец, все уехали, и в гостинице повисла странная, непривычная тишина. Были слышны голоса других постояльцев, где-то стучала швабрами прислуга, но колдунье казалось, что они остались совсем одни. Она замерла посередине опустевшего холла. Что теперь?
– Санти.
Королевна вздрогнула.
– Да?
– Стараясь не выдать охватившего её смятения, Сантинали повернулась.
– Доктор ждёт. Если ты закончила с проводами - пойдём,– Шанаран повернул в одну из дверей, ведущих прочь из холла. Ничто в его поведении не говорило о том, что всего несколько часов назад он крепко обнимал её, а ещё раньше - слушал её сбивчивые рассказы. Может, стоит вести себя точно так же - словно ничего и не было?
– С учётом того, что в рану был занесён адонал... ваши способности к восстановлению просто поражают, - заканчивая менять повязку заявил лекарь.
– Хотя несколько дней вам придётся ещё потерпеть некоторый дискомфорт - но такие ранения обычно заживают несколько недель. Ни в коем случае не перенагружайтесь, не перегревайтесь, не переохлаждайтесь. Старайтесь соблюдать покой, и я уверен, скоро вам вновь можно будет насладиться местными источниками.
Смеркалось. Камни ещё хранили тепло солнца, но ветер уже был слишком прохладным, чтобы чувствовать себя уютно, пусть даже и кутаясь в тёплое шерстяное покрывало. Королевна покосилась на своего соседа: Шанаран спал не обращая внимания ни на надвигающиеся тени, ни на приближающееся время обеда. Вот уже и припозднившиеся купальщики переговариваясь и шурша одеждами прошли по крытой терассе за их спинами, и на сад опустилась та странная тишина, когда дневные звуки уже затихли, а ночные ещё только начинают просыпаться.
– Ран, ужин.
– Мхм...
– не открывая глаз то ли согласился, то ли прочистил горло ша. Прошло всего два дня с тех пор, как они разбудили Ренана, но Ран уже не выглядел похожим на мертвеца. И ни словом, ни жестом, не показывал, что именно он предыдущие полдня и полночи утешал рыдающую королевну.
Сантинали со вздохом поднялась:
– Я иду. Пойдёшь?
Колдун, наконец, открыл глаза и посмотрел по сторонам, словно только что проснулся.
– Ужин?
– Да.
– Пойдём.
Весь день он выглядел несколько рассеянным и неуклюжим, но с учётом всего пережитого Сантинали казалось, что в целом так и надо. В столовой было людно и шумно, но вокруг их столика висела тишина: на места отбывших только утром гостей ещё никого не успели посадить.
– Ран, - наконец, решилась Сантинали после второй смены блюд. Она говорила тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания. Может, стоило подождать, пока они вновь останутся вдвоём, но вдруг ей опять не хватит решимости?
– У меня есть вопрос.