Чтение онлайн

Складывая веер, Мара обратилась мыслями к Айяки. Никогда еще страх за него, оставшегося дома без материнского присмотра, не был таким жутким. До сих пор она надеялась, что за морем можно будет оказать военную помощь Ксакатекасу в какой-нибудь важной операции и единым махом пресечь вражеские вылазки на границе. Теперь стало ясно, что дело обстоит куда серьезнее. Она не успевала домой даже к осеннему севу. Ее охватили мрачные предчувствия. Но высказывать свои опасения вслух было не принято.

Когда караван благополучно перестроился и тронулся в путь, Мара захотела узнать о наиболее значительных приметах здешнего края. Кевин тоже не пропускал ни слова из того, что рассказывал один из лучших разведчиков Ксакатекаса, знавший все названия горных вершин, плато и долин.

Для знакомства с этой неприветливой местностью времени оказалось предостаточно. Недели и месяцы от одного налета до другого тянулись томительной чередой. По вечерам Кевин приходил в походный шатер Мары, сшитый из нескольких слоев дубленой кожи, но при этом поражавший роскошью внутреннего убранства.

– Кто идет?
– спрашивал часовой у входа.

– Это я, - коротко отзывался Кевин.

Часовой убирал копье, преграждавшее доступ в шатер, и Кевин, согнувшись в три погибели, нырял под низкий полог.

Внутри шатер был перегорожен на несколько комнат. Сюда не проникала пыль пустыни. С верхнего каркаса свисали шары-светильники работы чо-джайнов. Вдобавок к этому главные покои освещались факелами, укрепленными по углам. Ковры, подушки и покрывала образовывали причудливую палитру красок и оттенков.

Эти цветные квадраты могли бы навести на мысль о шахматной доске, но Кевин, как ни старался, не мог уподобить Игру Совета шахматной партии. Цуранские представления о чести казались ему слишком запутанными, чтобы разложить их на логичные, последовательные ходы. Зато тактика кочевников выглядела вполне осмысленной. Кевин наблюдал за ними уже не один месяц. Разбойничьи вылазки совершались по большей части ночью и почти всегда без шума. Видимо, враги поставили своей целью взять измором армии Ксакатекаса и Акомы, перемежая решительные нападения со зловещим бездействием. Налеты планировались с таким расчетом, чтобы держать караван в постоянной боевой готовности.

Силы Ксакатекаса были рассредоточены для охраны многочисленных мелких обозов. При поддержке Акомы властитель Чипино надеялся нагнать страху на кочевников и заставить их отойти от границы. Однако из этой затеи ничего не вышло - враждебные вылазки только участились.

Месяц за месяцем ничего не менялось. У Кевина чесался язык высказать свое мнение: эти налеты не случайны. Подтверждением тому мог бы служить его личный военный опыт. Но цурани не щадили пленных мидкемийских офицеров. Опасаясь за свою жизнь, он ни за что не признался бы в своем благородном происхождении.

Сбросив башлык и сандалии, чтобы слуги очистили их от пыли, Кевин, ступая босыми ногами по коврам, вошел в главные покои. Мара сидела рядом с Люджаном, рассматривая начерченную на песке схему боевых позиций.

– А, вот и ты, - подняла голову Мара.
– Мы обсуждаем перемену стратегии.

Мидкемиец заинтересовался. Опустившись коленями на подушку подле чертежа, он внимательно изучил расположение желтых и зеленых флажков, обозначающих позиции Ксакатекаса и Акомы. Войска были сосредоточены вдоль рек, перевалов и горных теснин. Здесь враги получали возможность передвигаться без всякого шума: лишь по чистой случайности часовой мог бы заметить движущуюся тень в отблеске луны или звезд. Даже нечаянный скрип гравия заглушали порывы ветра. Кинжалы кочевников, хоть и не выкованные из металла, перерезали горло в мгновение ока.

– Мы хотим лишить их съестных припасов, - объяснила Мара.
– Попросту сжечь все склады. Ты тоже можешь высказать свое мнение, ведь эти места нам всем одинаково мало знакомы.

Кевин облизнул пересохшие губы. Изучив песчаную карту, он заподозрил, что неприятелю только это и требовалось: выманить их на открытую местность.

– Госпожа, еще раз предлагаю не устраивать никаких вылазок против кочевников. На их стороне преимущество: они знают эту землю как свои пять пальцев. Пусть они подходят к нам вплотную - и встречают смерть на остриях наших копий. Тогда с нашей стороны практически не будет потерь.

– Сражаться в обороне - позорно, - одернул его Люджан.
– Чем дольше госпожа будет находиться вдали от своих владений, тем большей опасности будет подвергаться Айяки. Если промедлить еще одну смену сезонов, то положение властительницы в глазах Совета и в глазах богов совсем упадет. Войско - это не стадо квердидр, которое тупо ждет, когда его перережут.

– В таком случае мое мнение никому не нужно, - с горечью сказал Кевин.
– Я твердо уверен, что действия кочевников не случайны. Вы с этим не согласны...

– Да ведь это дикари!
– не выдержала Мара.
– Они покушаются на наши рубежи, чтобы грабить плодородные земли. С чего бы вдруг кочевники стали объединяться против хорошо вооруженной армии, готовой к их вылазкам? На что им надеяться?

Кевин не обиделся на ее резкость. Месяцы, проведенные в пустыне, не прошли для Мары бесследно. Она уже почти год не видела сына. Торговые баржи, которые ежемесячно прибывали в Иламу, доставляли послания от Джайкена, но до сих пор управляющий ни словам не обмолвился о каком-либо нападении на поместье. Оставив лучших воинов для охраны земель Акомы, Мара прибыла в пустыню с частью своего гарнизона, чтобы оказать поддержку Ксакатекасу и сразу вернуться домой. Но кампания по эту сторону Моря Крови, как назло, затягивалась; ей было не видно конца.

– Надо выяснить, где кочевники прячут запасы провизии, и сжечь все дотла, - решительно повторила Мара.
– Иначе мы до старости будем скитаться по этой злополучной пустыне, а ведь нам еще нужно поквитаться с Минванаби.

На этом военный совет закончился.

Разведчики собирались прочесать равнину за пять дней, но отсутствовали целый месяц. Кочевников не так-то просто было выследить среди зыбучих песков и каменных завалов. Воины цурани высматривали костры - в безлесной пустыне для обогрева и приготовления пищи использовалось масло или привозной уголь. Бросаясь туда, где поднимался дымок, они успевали застать лишь холодное кострище с обгоревшими костями, да изредка - след от шатра или черепки разбитого кувшина. Кочевники надежно прятали свои запасы.