Чтение онлайн

Они вернулись в прихожую, глянув по пути на дисплей: дачу окружало по крайней мере отделение в двадцать с лишним человек. Василий что-то сделал, и унитаз в туалете отъехал в сторону, открыв полуметровый лаз. Один за другим они спустились по лесенке вниз, на глубину в три с лишним метра, согнувшись в три погибели, потопали по узкому ходу в полной темноте.

Ход был прорыт в супесчаном грунте и укреплен деревянными плахами, но за шиворот то и дело падали комья земли и сыпался песок, поэтому, когда Василий остановился, Матвей выдохнул ему на ухо:

— Не мог залить бетоном, лентяй?

Василий фыркнул, ответил шепотом:

— Я не знал, что когда-нибудь поведу здесь сноба. Мы вышли к берегу реки, за проволоку, но если за нами пришли профи, то пост будет и здесь. Когда рвану, не отставай, заплутаешь.

Матвей глубоко вздохнул, напрягся так, что застонали жилы и мышцы, и тихая «молния» ментального разряда пронзила его насквозь.

Время остановилось… или почти остановилось. Область чувствования расширилась многократно, охватила все диапазоны электромагнитного спектра, а также поля биоизлучений и пси-поле, несущее основную смысловую информацию. Матвей увидел Василия — полупрозрачную, будто отлитую из цветного стекла фигуру, увидел пещеру, дверь на запоре, — сместил диапазон. Сфера зрения-ощущения охватила подземный мир, берег реки, близстоящие дома поселка, лес, церковь, опоры линии электропередачи. Красными угольками затлели на этом зелено-коричнево-фиолетовом фоне ауры людей. Трое из них находились совсем рядом, на берегу реки, вооруженные автоматами (Матвей чуял угрозу металла), еще трое шли вдоль проволочной изгороди, отделяющей частные дачи от реки.

— Обложили по полному профилю, — пробормотал Матвей, отодвинул Василия. — Пойду первым, я их вижу. К машине нам не пройти, там их человек восемь.

— Метрах в ста отсюда гаражи, в крайнем стоят мои велосипеды и мотоцикл.

— Вижу. Пошли.

Они закинули сумки с лямками за спины, чтобы не мешали. Дверь, по сути — люк, открылась бесшумно. Матвей выскочил из-под земли, в стене речного обрыва, как чертик из коробки, застав троих вооруженных людей врасплох. Первого он сбил круговым учи-ваза, точнее, сото-шуто-учи, в терминологии русбоя — «шееломом», второго — ударом ребра ладони изнутри наружу, как бы возвращая руку, а третьего — ударом агэ-эмпи-учи, то есть локтем снизу вверх, в подбородок. Все трое послушно легли на песчаный берег речушки… чтобы тут же вскочить, словно удары, ломавшие кости, были для них просто оплеухами. Матвей предпринял еще одну атаку, но с тем же результатом: противник держал удары, как индийские мастера мукки-бази, хотя Матвей был точен и поражал их в нервные узлы. Такие удары обычно приводили к шоку и потере сознания, однако бойцы падали и тут же вставали, как заговоренные, и наступил момент, когда один из них успел дать очередь из автомата. Бой длился всего четверть минуты. Но Матвею показалось, что долго, потому что жил он сейчас гораздо быстрее.

— Это зомби! — крикнул откуда-то сверху Василий. — Бей в голову, иначе задавят!

Свой совет он подкрепил броском сюрикэна, и один из противников Матвея без звука нырнул лицом в песок. Матвей успел удивиться — как это Василий видит в темноте?! — сообразить, что тот надел инфраптон — прибор ночного видения, уйти от второй очереди, прицельной и почти точной — боевики тройки тоже были экипированы инфраочками, — и, автоматически отбив выпад одного из них, в полную силу ответить тычком хитю, травмирующим дыхательное горло и сонную артерию. Оставшегося соперника — зомби, запрограммированного терпеть любую боль и идти вперед даже с пронзенным сердцем, Матвей добил, воткнув ему в темя десятисантиметровый итакэн — сюрикэн в форме пера. Остановился, прислушиваясь.

По берегу приближалась еще одна группа зомби численностью в пять человек, а на речном обрыве Василий вел бой с тремя боевиками, бежавшими к ним со стороны дачи. Треск очередей напомнил бой октябрьских переворотов всех времен: казалось, в атаку идет целая рота автоматчиков.

Матвей выпрыгнул наверх, снова подчиняясь ускоренному ритму жизни, метнул в набегавшего зомби сай, попал точно в лоб, сбил с ног второго и с выплеском энергии вогнал ему в висок «кулак демона», сломавший височную кость. Василий достал третьего автоматчика, махнул рукой вправо — туда, мол, перескочил изгородь и понесся огородами. Матвей легко обогнал его, первым оказался возле гаража.

Спустя пару минут они мчались на мотоцикле («Харли-Дэвидсон-99») по берегу, потом между боксами лодочной станции, вдоль забора, по поселку и наконец вырвались на Кольцевую автодорогу. Вел мотоцикл Василий.

— Куда теперь? — крикнул Матвей в спину товарища.

— А хрен его… — откликнулся тот. — Если уж они узнали об этом моем схроне, то даже не знаю, где нам укрыться хотя бы до утра.

Нигде, хотел сказать Матвей, но передумал. Рассказывать о «монархе тьмы» он тоже не стал, обстановка неподходящая, зато вспомнил, что недалеко расположен дом Горшина. Стоило попытаться спрятаться там. Если «монарх» вычислит и это прибежище, они ничего не потеряют, а главное, не подвергнут опасности близких людей, друзей и знакомых.

— Сворачивай на Энтузиастов, — прокричал он на ухо Василию. — В Измайловском лесопарке живет один мой приятель, едем к нему.

Василий молча добавил газу, и мотоцикл превратился в ревущую черную, без огней — фар они не включали — торпеду.

Уже рассвело, и жилище Горшина предстало в ином свете, чем ночью.

Матвей и Василий сидели в глубоких креслах в гостиной Тараса и пили кофе. Они уже успели принять душ, обследовать квартиру и теперь отдыхали, поглядывая друг на друга и на интерьер. Матвею все время казалось, что сидят они на камнях над пропастью, что со всех сторон их окружает космос, а сверху — или снизу, не разберешь — на них смотрит безглазое равнодушное Нечто…

Однако остальные чувства не подтверждали внутреннего впечатления, и Матвей в конце концов сумел отстраниться от ложной памяти, рождающей галлюцинации.

Атмосфера дома Горшина действовала и на Василия, но он держался достойно и не задал ни одного вопроса, считая, что в свое время получит все объяснения.

Удивительные вещи начали происходить после их бегства, еще когда они только подъехали к дому на мотоцикле. Горизонт на востоке уже побледнел, но было еще недостаточно светло, чтобы ориентироваться свободно. Однако стоило беглецам приблизиться к воротам дома Тараса, полускрытым кустами сирени, как одна из створок вдруг на мгновение вспыхнула желтым светом и в ней сформировался прямоугольный проем, как бы приглашая войти.

Приятели переглянулись, Матвей первым шагнул в проем, жестом приказав Василию остаться. Но опасностью во дворе темного, без единого проблеска света в окнах дома не пахло, и Матвей вернулся, чтобы помочь товарищу закатить мотоцикл.

Вторым чудом был прожектор, осветивший их у порога дома, прожектор странный, вспыхнувший пронзительным фиолетово-синим светом. Дверь после этой вспышки отворилась автоматически, так же автоматически вспыхивал свет в коридоре, в прихожей, на кухне и в комнатах — когда они входили туда. Однако хозяина дома не было, глубокая тишина подчеркивала таинственность его жилища и порождала глухую тревогу, слегка рассеявшуюся только после душа и завтрака. Оба чувствовали себя не в своей тарелке, хотя и по разным причинам.

— Кто он? — Это были первые слова, которые произнес Василий после прибытия в дом, имея в виду хозяина.

— Человек Внутреннего Круга, — сказал Матвей, забавляясь выражением лица Василия.

Бывший ганфайтер вытянул губы трубкой, задумчиво уставился на собственные ноги. Матвей улыбнулся, но с объяснениями не спешил.

— Вероятно, это что-то связанное с закрытой сектой. — Василий поднял взгляд: — Ты тоже человек этого… Круга?

Матвей покачал головой:

— Не сподобился.