Чтение онлайн

Она вытерла перчаткой глаза, оставив на щеке темное пятно. Злость вспыхнула, словно спичка. Я обхватила себя руками и почувствовала, как ногти впиваются в кожу сквозь фланель.

– О чем вы, черт возьми? Я не преследовала Анну! – огрызнулась я. – Это вам не шуточки! Люди умирают! Уже нашли десять трупов, и неизвестно, сколько их еще будет!

По лицу и рукам стучал град. Я его не замечала. Слова Жанно привели меня в бешенство, и я выплескивала все беспокойство и боль, которые накопились за последние недели.

– Дженнифер Кэннон и Амали Привенчер учились в Макгилле. Их убили, доктор Жанно. Но не просто убили. Нет, этого оказалось недостаточно. Какие-то чудовища натравили на них животных и наблюдали, как рвется кожа, как скальп вминается прямо в мозг.

Я продолжала, уже не в состоянии себя контролировать. Проходившая мимо пара ускорила шаги, несмотря на скользкий тротуар.

– В нескольких километрах отсюда вырезали и изуродовали целую семью, пожилую женщину застрелили в голову. Дети! Они убили двух младенцев! Восемнадцатилетнюю девушку разорвали на части, запихнули в чемодан и утопили прямо в нашем городе. Они мертвы, доктор Жанно, убиты группкой сумасшедших, которые считают себя образцами морали.

Мне стало жарко, несмотря на леденящий холод на улице.

– Вот что я вам скажу. – Я подняла трясущийся палец. – Я собираюсь найти этих самодовольных злобных ублюдков и отправить куда следует, не важно, сколько хоровых мальчиков, или наставников-консультантов, или почитателей Библии мне придется запугать. Включая ваших студентов! И вас тоже!

В темноте лицо Жанно казалось призрачным, размазанная тушь превращала его в жуткую маску. Левый глаз скрывался в тени из-за комка краски, от чего правый выглядел неестественно светлым.

Я опустила палец и снова обхватила себя руками. Я столько наговорила. Взрыв эмоций сходил на нет, и я начинала дрожать от холода.

Улица опустела и притихла. Слышалось только мое яростное дыхание.

Я не знала, что услышу в ответ, но совершенно не ожидала последовавшего вопроса.

– При чем здесь это?

– Что?

О чем она?

– Библия и мальчики из церковного хора. Почему вы их упомянули?

– Потому что, по-моему, в убийствах виновны религиозные фанатики.

Жанно оставалась абсолютно спокойной. Когда она заговорила, голос был ледянее ночи, а слова заморозили меня сильнее, чем ветер.

– Вы слишком далеко зашли, доктор Бреннан. Остановитесь, пока не поздно. – Бесцветные глаза буравили мое лицо. – Если вы будете настаивать, мне придется принять меры.

По аллее прополз и остановился позади моего дома автомобиль. Когда он свернул на улицу, фары широкой полосой осветили здание и лицо Жанно.

Я напряглась и еще сильнее вонзила ногти в кожу.

О Боже!

Дело вовсе не в тени. Правый глаз Жанно неестественно бледный. Брови и ресницы, освобожденные от макияжа, сверкнули белизной в мимолетном луче.

Жанно, наверное, что-то заметила по моему лицу, потому что подняла шарф выше, повернулась и спустилась по лестнице. Она не оглядывалась.

Когда я вернулась в дом, на автоответчике мигала лампочка. Райан. Я трясущимися руками набрала его номер.

– Жанно замешана в деле, – не теряя времени, сообщила я. – Она приходила ко мне и убеждала прекратить расследование. Похоже, твой звонок ей не понравился. Послушай, когда мы во второй раз ездили на остров Святой Елены, ты заметил мужчину с белой полосой?

– Да. Щуплый парень, худой как щепка, высокий. Он приходил поговорить с Оуэнсом, – подтвердил Райан усталым голосом.

– У Жанно такая же депигментация, такие же глаза. Сразу непонятно, потому что она подкрашивает ресницы и брови.

– И на волосах такая же белая полоса?

– Точно не знаю, может, она красится. Слушай, эти двое, наверное, родственники. Такая странная аномалия не может быть просто совпадением.

– Брат с сестрой?

– Я тогда не особо обращала внимание, но, по-моему, парень со Святой Елены слишком молодой для отца и слишком взрослый для сына.

– Если она с Теннессийских гор, генетические варианты ограничены.

– Очень смешно.

Мне не до грубых шуток.

– Там есть целые кланы с одним набором генов.

– Я серьезно, Райан.

– Ну, знаешь, одинаковые полоски на разных особях. – Он передразнивал Джеффа Фоксворти. – Если твоя полоска такая же, как у сестры, значит, ты можешь быть...

Полоски. О чем-то они мне напоминали.

– Что ты сказал?

– Особи, так называемые...

– Да прекрати наконец! Мне кое-что пришло в голову. Помнишь, как охарактеризовал посетителя отец Хайди?

На линии повисло молчание.

– Он говорил, что парень напомнил ему скунса. Проклятого скунса.

– Черт. Может, папаша вовсе не старался приукрасить?

В полицейском кабинете надрывался телефон. Никто не отвечал.

– Думаешь, Оуэнс отправил в Техас Полоску? – спросил Райан.

– Нет, не Оуэнс. И Катрин, и старик говорили о женщине. Я думаю, это Жанно. Наверное, она руководила представлением отсюда и отдавала указания своим приближенным в каждой из общин. Еще Жанно скорее всего набирала людей в кампусе через какие-то семинары.

– Что еще по поводу Жанно?

Я рассказала ему все, что знала, включая ее обращение с ассистенткой, и спросила, что он выяснил в разговоре с Анной.

– Немного. Она порядочно скрывает.

– Может, Анна принимает наркотики?

Телефон снова зазвонил.

– Ты там один?

За исключением телефонных трелей, в полицейском кабинете не было слышно ни звука.

– Всех отпустили из-за жуткого шторма. У тебя все в порядке?

– В каком смысле?

– Ты что, новости не слушаешь? Снегопад спутал все карты. Аэропорт закрыт, по большинству менее важных дорог не проехать. Провода ломаются, как сухие макароны, на южном побережье темно и холодно. Отцы города начинают беспокоиться о стариках. И мародерах.