Чтение онлайн

Энониец чувствовал себя отрезанным от всего мира. Находясь рядом с мессером Иремом, он первым узнавал бы все, что происходит на переговорах, а теперь ему только и оставалось, что ловить обрывки слухов и гадать, какие из них соответствовали истине. Чтобы чем-нибудь занять себя, Крикс вызывался добровольцем в любые вылазки, совершаемые имперцами из Трохейма. Остальные члены Братства ворчали, что будет просто нелепо сложить голову теперь, когда война почти закончена, но Крикс только отмахивался, или говорил, что кто-то все равно должен ездить в прибрежные деревни за едой - так почему бы и не он?.. Все остальное время Крикс проводил вместе с Лаской, вспоминая тхаро-рэйн - по крайней мере, то, что мог припомнить после тренировок с Астером. А когда Ласка возвращалась к Сайму, он обыкновенно уходил бродить взад-вперед по стене Зимнего города, где раньше выставляли часовых такийцы.

Для своих прогулок Крикс обычно выбирал пустую стену, обращенную на море. Свинцово-серые волны залива и пустынная прибрежная коса были таким тоскливым зрелищем, что вряд ли кто-нибудь стал бы взбираться сюда по крутым каменным ступенькам, чтобы помешать его уединению.

Был почти конец февраля, когда, стоя на башне и сжимая коченеющими пальцами края плаща, чтобы холодный ветер не так быстро пробирался под одежду, Крикс услышал за спиной шаги и раздраженно обернулся. Он уже хотел довольно резко поинтересоваться, с какой стати этот человек идет за ним, но промолчал, узнав мессера коадъютора - осунувшегося, заросшего, однако, без сомнения, вполне здорового. Рыцарь был бледен, темный бархатный колет болтался на его плечах, как будто под ним не осталось тела, но сэр Ирем, тем не менее, знакомо улыбался, щуря на зимнее солнце светлые глаза.

Крикс сделал шаг навстречу рыцарю, но почти сразу же остановился. Подойдя к южанину, лорд Ирем неожиданно взлохматил и без того растрепанные ветром волосы "дан-Энрикса". Несмотря на радость, которую он испытал, увидев коадъютора живым и невредимым, Крикс внутренне ощетинился. Кто дал Ирему право обходиться с ним, как с лошадью или с собакой? И особенно после того, как коадъютор за весь месяц ни разу ни вспомнил о его существовании.

– Рад снова видеть вас живым и невредимым, монсеньор, - сдержанно сказал он.

– В самом деле?.. Судя по твоим заупокойным интонациям, ты предпочел бы видеть меня мертвым, - усмехнулся рыцарь. Но, посмотрев на "дан-Энрикса", продолжил уже без улыбки.
– Думаю, я должен извиниться.

– Извиниться? Вы, мессер?
– переспросил "дан-Энрикс", глядя на сеньора с удивлением, которое он даже не пытался скрыть. Представить Ирема просящим у кого-то извинения было почти немыслимо.

– Да, разумеется. Не будь ханжой. Финн-Флаэн говорил мне, что ты вместе с остальными пехотинцами живешь чуть ли не на конюшнях. Он, похоже, ожидал, что я что-нибудь предприму, а когда я не стал этого делать, почти напрямую обвинил меня в неблагодарности. Но я весь этот месяц наблюдал за тем, как Альто Кейр раздувается от спеси, и готов поспорить: он не потерпел бы, если бы пришлось делиться с кем-то славой взятия Тронхейма. Словом, я подумал, что не стоит сталкивать вас лбами, пока я лежу в постели.

– Значит, вы не посылали за мной только потому, что не хотели привлекать ко мне ненужное внимание?
– скептично спросил Крикс.

Сэр Ирем отвел взгляд.

– Нет, Рикс. Не только.

– Тогда почему?

Лицо рыцаря застыло.

– Я бы не хотел, чтобы ты видел меня в таком состоянии: беспомощным, прикованным к постели. Мне претит, когда на меня смотрят…

– С жалостью?
– ляпнул "дан-Энрикс" прежде, чем опомнился и прикусил себе язык.

– Если угодно, да. Доволен?

Крикс растерянно смотрел на коадъютора, не зная, что ответить.

Рыцарь посмотрел на его вытянувшееся лицо, и совершенно неожиданно для Рикса усмехнулся:

– Забудь. Поговорим о более приятных… и значительных вещах. Прежде всего, мы подписали мирный договор. Война закончена. Мы возвращаемся в Адель.

В Адель!.. К Лейде Гефэйр, Маркию и Юлиану!

– А Лесное Братство?..

– Я не сомневался, что ты спросишь, - вздохнул коадъютор.
– Я уже распорядился насчет них. Каждый получит по семнадцать марок серебром. А если пожелает, то вдобавок к этому может занять любой свободный дом в Тронхейме. Или получить надел земли в Заречье. Полагаю, это будет только справедливо.

Крикс подумал, что сказал бы коадъютор, если бы узнал, что он намерен просить Императора установить в Антаресе власть нового наместника и снизить подати для местных жителей. Скорее всего, Ирем попытался бы внушить ему, что освященная обычаем возможность самому выбрать себе награду вовсе не означает, что он вправе совать нос в имперскую политику. Так что разумнее всего было пока что ничего ему не говорить.

– Значит, ты возвращаешься на Юг, - задумчиво кивнул Сайм, дослушав рассказ Рикса.
– Ну что ж, по крайней мере, я успел закончить… Вот, возьми.

Он положил на стол объемный сверток, перевязанный бечевкой. Плотный и тяжелый сверток глухо звякнул.

– Что это такое?
– с любопытством спросил Крикс.

– Кольчуга Мэлтина. Уверен, Маслобойка захотел бы подарить тебе что-то на память.

Крикс не удержался от соблазна тут же вытащить кольчугу и детально осмотреть ее. Оставшиеся от последнего сражения прорехи в кованой рубашке были тщательно заклепаны, а сама кольчуга - укорочена примерно на длину ладони, чтобы прийтись впору Риксу. Вдобавок ко всему, она была тщательно вычищена и переливалась на свету тусклым железным блеском, будто новая.

– Как тебе это удалось?..
– спросил "дан-Энрикс", не скрывая удивления.

– Не то чтобы совсем уж просто, но, как видишь, все же удалось. Однажды меня будут называть "Сайрем Зрячие руки", - усмехнулся мужчина. На его лице было написано мрачное удовлетворение.
– Поначалу я хотел еще убрать пару рядов колец у ворота, но потом подумал, что в плечах ты скоро станешь шире Маслобойки, так что незачем портить хорошую вещь.

– Сайм, это потрясающе!
– искренне сказал Крикс.
– Я никогда не думал, что ты снова будешь…

Он осекся, опасаясь, что заходит слишком далеко.

– Делать что-нибудь полезное?
– подсказал Сайм, нисколько не смутившись.
– Да, я и сам не думал. Если бы не Ласка…

– Если бы я что?
– осведомилась девушка. Она вошла так тихо, что сейчас не только Рик, но даже слепой Сайрем вздрогнули от неожиданности.

А разведчица вышла на середину комнаты и замерла, покачиваясь с пятки на носок.

– Долго еще ты собираешься от меня бегать, Сайм? Еще чуть-чуть, и я подумаю, что ты просто боишься.