Чтение онлайн

– Нет, я устала, положительно мне не до выходов по вечерам. В конце концов у меня изжога от маргарина!
– говорила Элеонора, сидя дома в глубоком кресле с прижатой ко лбу рукой.
– Дарья, подай мне соду.

Отпив со страдальческим видом глоток, Элеонора поморщилась и продолжила свои жалобы:

– Я все понимаю, страна наша прекрасная, сплошные памятники старины, но я уже на износе. Неужели у них в Америке все такие живчики.

– Вот, Даша, заварила ты кашу, - вырвалось у меня.

– А давайте я ему скажу, - предложила Даша.

– Ни в коем случае!
– встрепенулась Элеонора.
– Мы же культурные люди! Человек рассчитывает на наше гостеприимство, и поэтому ему должно быть приятно в нашем обществе. Кстати, завтра вечером мы идем в гости к Тишлерам. У Беньямина Тишлера день рождения.

Мне стало не по себе. Их новоиспеченный родственник недавно погиб такой странной смертью, а они устраивают праздники.

– И вы пойдете? Вы же сами сказали, что устали. И потом, они должны были быть в трауре!

– Нет, Валерия, ты все преувеличиваешь. Траур закончился позавчера и Тишлер сбрил бороду. А день рождения у него был на прошлой неделе, Элеонора поднялась с кресла и подошла к окну.
– Они не справляли, чтобы не нарушить траур.

Неужели прошло тридцать дней с того вечера! Время летит со скоростью метеорита.

– А вот и Денис возвращается с работы! Даша, будем накрывать на стол.

За обедом мы спорили о том, удобно это или нет праздновать день рождение через месяц после трагической гибели пусть недавнего, но все же родственника.

– Кого мне жаль, так это тетушек Вольфа, - сказал Денис, сосредоточенно срезая мясо с куриной ножки, - они за ним жили, как за каменной стеной, а теперь агентство "Тодес" разваливается на глазах, я вчера заходил к ним. Старушки грустят, страховки перепутаны. Нет, я обращусь к другому агенту. И ведь не я один...

– Значит, убийца - агент-конкурент!
– невольно вырвалось у меня.

Все, как по команде, повернули головы и посмотрели на меня.

– Ты опять?
– укоризненно заметил Денис. Он лихо расправился с ножкой, оставив на тарелке лишь голую косточку.

– Ищи того, кому это выгодно, - мне не понравился собственный оправдывающийся тон.
– Тем более, что в этом занюханном Кирьят-Шенкине ох как нелегко выжить в условиях жестокой конкуренции.

– Ой, мамочка, тебя послушать, так все лавочники друг друга перерезать должны, - вставила моя разумная дочь.

– Ничего не должны!
– парировала я. У каждого лавочника свой ареал. К ним из другого района за молоком в десять вечера никто не пойдет. Если они и захотят что-либо сделать, так подожгут супермаркет. А от убийства у них клиентов не прибавится...

– Мам! А я вчера мимо "Космоса" проезжала, так он закрыт. Там пожар был.

– Вот, пожалуйста...
– я приняла слова дочери как лишнее доказательство своей правоты.

"Космос", огромный супермаркет, по которому можно было блуждать часами, был построен на выезде из Ашкелона, и с его открытием появилась присказка: "Он сказал: "Поехали!"". Новоявленные Гагарины толпами бродили по суперу, набивая брюхо никелированных колясок разной снедью на неделю.

Там можно было купить все: от хлеба и молока до верхней одежды и компьютеров. Если брать много, то можно было получить ощутимую скидку, подарки и даже выиграть в лотерею полет в Таиланд. Рядом располагалась обширная стоянка и променад с кафетериями. Так что бедным лавочникам, действительно, надеяться было не на что. Мне на память пришел один из романов Эмиля Золя, из эпопеи "Ругон-Маккары" о таком же монстре-магазине, душителе мелкого частника и предметом эротического обожания женского населения Парижа.

Мои размышления прервала Элеонора:

– Валерия, вечно ты криминал ищешь. Причем тут владельцы мелких магазинов? Проводка где-нибудь перегорела или еще что-нибудь прозаическое...

Денис отложил в сторону вилку и улыбнулся:

– Тем более, что Тишлер принимал участие в его строительстве. Тебе это ни о чем не говорит, дедуктивная ты наша?

Это было уже слишком. Я прямо задохнулась от негодования.

– Хватит вам надо мной смеяться! Да, у меня не хватает выдержки не лезть туда, куда нормальный человек носа не сунет. Но я же, в конце концов, оказываюсь права. Ты вспомни!

– Мамочка, да не злись ты так, - Дарья пыталась сбить пламя, - Денис шутит, никакая ты не дедуктивная.

Взрыв хохота потряс нашу маленькую компанию. Элеонора тряслась от смеха, вытирая слезы. Моя злость куда-то испарилась, а Дарья сидела, переводя взгляд с одного на другого.

– Денис, объясни мне, что это вы?

– Все в порядке, Дашка, все хорошо. Мама не дедуктивная, ты права, - он потянулся ко мне и влепил мне звучный поцелуй в щеку.

В разгар веселья в дверь позвонили, и в столовую вошел Суперфин. В руках он держал красочный пластиковый пакет с надписью "Космос". Увидев это, мы снова зашлись от смеха.

– О! Рад вас видеть, - сказал он, недоумевая, что может быть причиной столь бурного веселья.
– Элеонора, у вас божественный цвет лица.

Эдвард порылся в свертке, и на столе оказались баночка красной икры, полоски лосося в вакуумной упаковке, бутылка полусухого вина и роскошная роза. Розу он немедленно с изящным поклоном преподнес Элеоноре.

– Скажите, Эдвард, - осведомилась моя дочь вполне невинным голосом, вы эти продукты в "Космосе" купили?

– Да, - кивнул он.