Чтение онлайн

Достигнув поперечной улицы, он вновь повернул. Здесь машин было больше, то и дело приходилось обгонять. Саша это делал виртуозно, не снижая скорости. У водителя иномарки так не получалось: я заметила, как на обгоне он стукнул «Волгу», затем «приложил» грузовик… Расстояние между нами перестало сокращаться, но и не увеличивалось.

— А куда мы, собственно, едем? — поинтересовалась я. — У тебя есть какой-то план?

— У вас есть план, мистер Фикс? — немедленно подхватил Саша. Что-что, а играть словами, острить и балагурить он любил больше всего. — Вот у нас, например, имеется замечательный план.

— Какой? Отстреливаться?

— Ну, это на крайний случай, хотя и этот вариант не исключается. Нет, придумаем кое-что более остроумное…

Я заметила, что мы возвращаемся в центр города. Промелькнул пост ГАИ. Я услышала свисток и увидела, как инспектор взмахнул жезлом. Саша не повел даже бровью.

— Что ты делаешь? — удивилась я. — Они же гнаться будут.

— Одной погоней больше, одной меньше — какая разница? — философски изрек мой спаситель. — Лишиться жизни или лишиться прав — что печальней? Хотя для меня второе, кажется, важнее. Ты не беспокойся, мы уже близко.

Мы въехали в узкие улочки старой части города. Здесь стояли дома сталинской застройки — с громадными подъездами, широкими дверями, арками, ведущими во двор… Не успела я об этом подумать, как мы резко свернули и въехали в одну такую арку. И тут я вспомнила, что этот двор проходной, через него можно было попасть сразу на две улицы — параллельную и поперечную.

— Что, будем бежать? — деловито спросила я, уже готовясь открывать дверцу.

— Куда бежать, безумная Елена? — трагическим голосом, явно цитируя какую-то пьесу, воскликнул Саша. — Оставь дверцу в покое. А машину что, бросить? Она мне дороже жизни, моей и даже твоей. Нет, мы пойдем другим путем…

И он направил машину… в парадное, через которое я не раз проходила на другую улицу.

— Куда?! — заорала я, но было поздно — «девятка» въехала в распахнутый проем, лишь слегка царапнув по косяку. В вестибюле, куда мы попали, было две лестницы — одна вела наверх, вторая, коротенькая, всего в три ступеньки, в другую арку — и на выход. Саша быстро подвел машину к ступенькам, резко сбросил скорость, и «девятка» сползла к арке. Еще секунда — и мы были на улице. Как раз в этот момент сзади послышался скрежет раздираемого металла — иномарка, не вписавшись в проем, пыталась выбраться из каменного мешка.

Саша даже не обернулся. С невозмутимым лицом он проследовал поворот, затем свернул еще раз, еще… Я оглянулась — погони не было.

— Ну, куда теперь? — как ни в чем не бывало спросил мой водитель. — Домой пожелаете или куда еще?

— Давай лучше к тебе, — выдохнула я.

Думаю, предложение пришлось моему спасителю по душе. Он молча кивнул и вновь прибавил скорость.

Спустя полчаса мы въехали в спальный район, в котором обитал Саша. После всего, свидетелем чего я стала за последний час, я бы не удивилась, если бы наша «девятка» направилась прямиком в подъезд и вверх по лестнице. Однако Саша смирно приткнул машину у тротуара и направился к заднему бамперу. Только теперь я поняла, почему он не слишком опасался ГАИ — оба номера, и задний, и передний, у него были обильно забрызганы грязью. Под налетом пыли трудно было распознать и цвет машины.

— Может, помоем? — предложила я.

— Зачем? Такую никто не угонит. Думаю, старушка на меня не обидится, — он ласково похлопал машину. — Под капотом-то у нас все в порядке, за этим я слежу. Что до внешнего вида, то мы за ним не гонимся — верно, родная?

Поставленная на сигнализацию «девятка» пробибикала в ответ что-то утвердительное, и мы направились в подъезд.

В Сашиной однокомнатной квартирке, тесно заставленной шкафами с книгами и альбомами по искусству, я бывала не раз. Ритуал наших встреч был разработан. Поэтому я, захватив в комнате кое-какие предметы, направилась в ванную. А Саша тем временем орудовал на кухне, готовя ужин. Готовить он умел неплохо.

Впрочем, он все делал неплохо, а кое-что — просто отлично. В нашем кругу этот выпускник филфака, знаток английской литературы, проходил под кличкой «яичный Шурик». Окончив университет, он столкнулся с тем, что на зарплату учителя жить, а тем более помогать сестре, которая продолжала учиться, совершенно невозможно. И Саша занялся бизнесом. Он перепробовал множество вариантов, пока не нашел не занятую на тот момент нишу — оптовую торговлю яйцами. Он быстро изучил этот рынок и безо всяких бандитских наездов практически монополизировал его — просто вел дело лучше других. Плохо было только то, что интересы бизнеса никак не соотносились с его личными интересами: Саша по-прежнему любил смотреть хорошее кино, читать и беседовать с друзьями, а ему вместо этого приходилось мотаться по птицефабрикам, пить водку с директорами… Он стойко переносил насмешки и колкости, которыми его осыпали друзья (шутка насчет одолжения пары свежих яиц была самой невинной). Да, было еще одно неудобство: почти всеядный Саша терпеть не мог яиц.

Стоек он был и в своих сексуальных привычках. Я точно знала, что мне делать, чтобы моему другу было приятно. Хорошенько помыться, натереться кремом, набор которых стоял на полочке, затем надеть высокие кожаные сапоги и что — нибудь на шею — бусы или колье. Можно еще узкий лаковый поясок — и ничего сверх этого. В таком виде я усядусь за стол, и мы будем ужинать, беседуя на самые разные темы. Сам Саша будет не просто одетым — он наденет свой лучший парадный костюм с галстуком. И никаких раздеваний — в таком виде мы затем и отправимся в спальню. Лишь в полной темноте мой друг согласится что-то снять с себя. Если бы не посещение пляжа, я бы не знала, как он выглядит. Нормально выглядит, скажу я вам. Просто у него такой прибабах. Но если человек мил, порядочен, образован и к тому же готов прийти к вам на помощь в трудную минуту, то можно стерпеть и не такое, не так ли?

Кто же все-таки за мной охотился? Если не Спиридон, не Турок, не Митрохин, не Вязьмикин-младший, не Татьяна Валерьевна, то остается один ответ — настоящие убийцы. Только им выгодно прекращение моего расследования. А значит, я вышла на их след, сама не догадываясь об этом. Когда? Где этот след? Может, пойти поймать черную «БМВ» и спросить: «Ребята, кто вас послал?» Выслушав ответ, не забыть сказать «спасибо»… Нет, а в самом деле: кто?

Я долго думала об этом, проснувшись на следующее утро в постели «яичного Шурика». Сам Шура еще спал. Накануне он, как всегда, был очень нежен, с ним вообще замечательно, но что делать дальше? Можно, конечно, некоторое время пожить у него. До окончания расследования. Но не буду же я неделю ходить в одной и той же юбке! И деньги лежат дома.

Нет, домой заглянуть надо. Но как это сделать?

Мои размышления прервал… Гимн Советского Союза, раздавшийся откуда-то от изголовья кровати! Пока я обалдело таращила глаза, проснувшийся Шурик что-то нашарил на столике, музыка стихла.

— Это же будильник! — объяснил он, видя мое недоумение. — Он у меня музыкальный, кодируемый. Вот я его и закодировал на это самое. Здорово, правда?

— Здорово, — согласилась я. — Так ты сейчас уезжаешь?

— Да, надо катить в одно хозяйство Егорьевского района, договор заключать. Тамошний мужик уважает личное общение, по телефону работать не согласен. Так что поеду. Заодно и твою хату навестим по утреннему холодку. В такое время любая охрана теряет бдительность. Авось проскочим.