Чтение онлайн

— Глупости. Я вполне могу позволить себе ещё несколько минут. Это не составит мне труда. — Резко присел подле меня и схватил мою голень. Несколько пассов руками.

Решил прекратить разговоры. Вот какой. Ух. Правильно, что меня, глупую, слушать. Всё-таки есть в этом что-то, когда кто-то рядом может сам за меня принять решение. Раньше у нас таким был Хайрад, муж Агнесс. За ним мы были как за каменной стеной. У них с сестрой не всегда, конечно всё было гладко, но решительности и ответственности за всех нас ему было не занимать.

Я старалась не пялиться, но то и дело посматривала на сосредоточенное, такое красивое, мужественное лицо. Гладко выбрит, и волосы такие короткие. Хорошо ему, — не нужно возиться с мытьём и уходом. И руки такие… хорошие. Не так, чтобы красивые, — тут ссадинка, там шрам от пореза. Но ногти коротко острижены и чистые. Граф-то гигиеной не пренебрегает. Впрочем, это я ещё во время комфортабельной поездки на ручках поняла. Есть люди, которые между ванной и духами выберут второе, мой же герой, как и я предпочитает водные процедуры. Гигиена это хорошо. Мистер Леметр говорит, что гигиена — профилактика многих болезней. Этому целителю я привыкла доверять.

— Небольшое растяжение. Я всё исправил. Можете снова порхать на своих каблуках. — Тем временем закончил граф.

Спасибо. Ну чего опять-то так смотришь? Что снова не так?

— Благодарю Вас, лорд Баррэм. — Я встала, чтобы присесть в книксене, а этот … поднялся одновременно со мной.

Мы стояли почти вплотную друг к другу. Неприлично близко. Перестав рассматривать пуговицу на рубашке своего героя я подняла взгляд.

— Я действительно очень Вам признательна. — Проговорила я почему-то тише обычного и наконец сделала злосчастный книксен.

— Не стоит благодарности. И, зовите пожалуйста меня Роберт. Если Вы частая гостья мистера Куперса, то полагаю, что нам предстоит видеться часто.

Долгий взгляд. Как будто ждёт чего-то. А чего? Чаевых?

В итоге так ничего не дождавшись, он попрощался с нами и вышел.

Буквально мгновение я позволила себе постоять.

— Ну что? Мистер Куперс? Что у нас сегодня? — Я вздохнула и развернулась на каблуках, готовая к новым свершениям на ниве мебельного дела.

— Тебе нужно поправить комод миссис Анфитр, там ремонтировали ящики. Да и сверху. Покрасить, поправить. Ты сама сейчас всё увидишь, как посмотришь, утвердим перечень работ по нему. Я займусь новым платяным шкафом. Но сначала кофе. И рассказ о твоих утренних приключениях. Я жажду узнать подробности о твоём знакомстве с Робертом!

Вот же старый сплетник!

Что-то такое, наверное, было написано на моём лице, потому как он добавил.

— А что мне ещё остаётся! Своей-то жизни нет дальше мастерской. Вот и приходится слушать о чужой. — А следом задумчиво. — Есть ещё, конечно, книги. Но в жизни знаешь ли, всё бывает так интересно, как ни один романист не придумает.

— Вот уж чего не знаю, того не знаю. Моя жизнь до недавнего времени особыми интересностями не отличилась. — Пробормотала я себе под нос.

— Говоришь до недавнего времени? А когда всё изменилось? Уж не сегодня ли? — А избирательный у него слух, у этого старого пройдохи.

— Я бы не хотела думать в таком ключе. Что что-то кардинально изменилось. Предпочитаю считать последние несколько суматошных дней досадным недоразумением. — Говорила это я уже находясь за стенкой, колдуя без колдовства над кофе на газовой горелке.

Мы устроились в кресла у витринного окна, которые предназначались для посетителей. Большие чашки, полные горячего кофе, наполняли ароматом содержимого всё пространство вокруг. Солнечные лучи малочисленной компанией проникали только сюда. Этому способствовало окно. Остальное же пространство магазина наполнялось мягким, тёплым светом ламп. Загромождённое, заставленное в казалось бы хаотичном, но таком уютном беспорядке, оно выглядело слегка захламлённым, но таким родным, домашним. К запаху дерева, краски и лака примешался кофейный амбре.

Рассказ не занял много времени. Успокоившись и сделав глоток кофе я смогла спокойно пересказать случившееся. Шла, оступилась на брусчатке, почти упала, проходящий мимо мужчина оказался так внимателен и добр, что во время заметил мой манёвр и не допустил падения, донёс до дома. Всё.

— Думается мне, что шибко много ты утаила. Но это твоё право. Раз нет в тебе жалости к старику, что же поделать. — И нарочито горестный вздох.

— Именно так всё и было! — Возмутилась я.

— Я и не пытаюсь уличать тебя во лжи. Я о ваших танцах, вокруг друг дружки.

— Какие такие танцы? О чём это Вы говорите? — Нет. Я решительно его не понимаю.

— Охи-вздохи, пунцовые щёки, горящие глаза одного и то стыдливые, то любопытные у другой.

О чём мы вообще? Мы об одном и том же говорим?

Глава 3. Роберт.

Все женщины лживые и лицемерные твари! Я ведь никогда в это не верил. Считал, что есть исключения. Наслушался Валаила и Изабель. Наивный идиот! Нужно верить прописным истинам, поколения людей тысячелетиями набивали шишки, чтобы донести до нас, ныне живущих, эти факты.

Это же надо было так восхищаться естественной красотой, неумением жеманничать и кокетничать. Создатель! Представляю, как она насмехалась над олухом, который таскал её на руках, лечил ногу, целовал руку. Я же поверил! Там, в магазине, она вела себя так естественно, на мгновенье мне показалось, что передо мной леди, по ошибке оказавшаяся в простой мастерской.

Так естественно она держала спину, голову. Изящно тянула за ленты шляпы, подала руку для поцелуя, словно опомнилась в последнее мгновенье… Демоны раздери! Даже медведя можно научить танцевать, что говорить о продажной девке! Заработать захочешь, не только леди научишься играть.

Я со злостью сжал повод уздечки Сабкола и тут же, извиняясь погладил коня по холке.

Ещё завидовал соседу. Я ведь, наивный дурак, считал что он ухаживает за такой красивой и порядочной девушкой, что для меня недоступно, как потенциальному отцу будущего мага и графа. Какой же я кретин!

Эту девушку может любой купить за несколько асдов. Даже не брезгует стариком-мебельщиком. Мерзкая дрянь!

А как играла! Как искусно изображала из себя невинность. Краснела, глаза отводила. Сколько мужиков она через себя пропустила? Десятки? Или сотни?