Чтение онлайн

Больше не стану плакать. Буду думать только о хорошем, ради своей девочки.

Дмитрий.

Привез Аню к себе домой. Еще месяц назад на этот дом было столько планов, теперь можно о них забыть. Вполне ожидаемо, после того что я сделал, она вообще могла запретить приближаться к ней и уж тем более к ребенку. Но наше общение было довольно сносным все эти две недели, да и оставить ее без присмотра я не мог, поэтому и привез к себе. Создал за две недели максимально комфортные для Ани условия. Сам буду как можно реже попадаться ей на глаза, а когда ребенок родится, Аня придет в себя после родов, тогда смогу ее отпустить. Уже присмотрел квартирку не далеко от своего офиса. Смогу навещать ребенка перед и после работы. А пока никак не мог оставить ее одну.

Как пояснил лечащий врач, причина кровотечений в неправильном уровне определенных гормонов. Сейчас в перинатальном центре все поправили, но все может изменится в любой момент и кровотечение вновь повторится. Не успей я тогда вовремя, она бы ведь не пошла к врачу. Скорую бы не вызвала, да у нее даже телефона не было. Потеряла бы ребенка.

Пока словно повар в ресторане возился на кухне с бульоном и тестом для лапши, позвонила мама.

— Да мам. Привет. Все хорошо. Аня отдыхает пока, все как договорились? Ну все жду тебя с утра, пока, мне тут готовить надо. Целую.

Положил трубку. Мама с отцом как узнали обо всем, так рвались к Ане в больницу, но я запретил им даже звонить. Нервничать Ане тогда категорически было нельзя, а мама наверняка бы не сдержала эмоции. Да и опять бы разворошила все, о чем мы с Аней взаимно молчали. Ко всему прочему еще Кристина, в перерывах между запоями умоляла дать ей Анин номер или сказать адрес больницы. Номер Аниного телефона я удалил с ее телефонной книги специально. Ни к чему им обоим сейчас встречаться. Кристина как узнала что Аня не при чем и о том что она Саше вовсе не сестра, так совсем слетела с катушек. Я перестраховался, упек ее в клинику по борьбе с зависимостями. Пришлось прилично приплатить, потому что брать насильно ее не хотели. Мол сама должна захотеть лечиться. А какое там? Сдохнуть она хотела, а не лечиться.

Попросил маму помочь, присмотреть и поддержать Аню. Ведь совсем одну оставить нельзя, а мне нужно работать теперь на две фирмы. Отец после случившегося тяжело сейчас вникал во все тонкости работы. Толк от него, конечно, был, но основная нагрузка легла на меня. Ко всему прочему, Сашка был приличный раздолбай, и работники его были довольно расхлябаны. Еще предстояло разобраться с Сашиным убийством. Дел по горло, поэтому отмел сейчас все свои сердечные и душевные метания о себе на задний план. Все равно уже не исправить, довольствоваться малым вот теперь мой удел. Главное чтоб у Ани и ребенка все было хорошо.

Когда лапша была готова, накрыл на стол сначала на двоих, потом подумал, убрал свою тарелку и пошел за Аней. Предполагал, что она спит. Сейчас она много спала из-за беременности. Зашел к ней в комнату позабыв постучать, надо бы этому еще научиться. Она действительно спала, прижимая словно ребенок к груди двух собачек. Едва вернул ей эту собаку. Сам не знаю, не хотел отдавать и все тут. Эта лиса тире собака прочно была связана для меня с Аней. Но для Ани она была памятью о маме. Засунул свой эгоизм поглубже в одно место и поставил собачку на тумбу. Надеялся, что эта находка, скрасит для нее неприятный факт необходимости проживать в моем доме.

— Аня. Просыпайся, обед готов. — пока она не проснулась погладил ее по светлой голове.

За две недели в больнице, ее волосы вновь приобрели жемчужный цвет и уже не выглядели соломой, да и на ощупь были мягкие. Аня встрепенулась, открывая глаза, и я поспешил отойти к двери.

— Что? — переспросила меня зевая.

— Кушать иди. Лапша готова. — убедился, что она встает с кровати и прикрыл за собой дверь.

Да уж…тяжко мне придется. Сдерживать свои чувства не так-то и просто. Волна нахлынувшей нежности, которой хотелось окутать Аню, сшибала с ног, поспешил унести эти ноги подальше.

Ты выше, выше лети

Крылья я отдаю

Сердце крикнет прости

Следом шепчет люблю

Чтоб двоим дальше жить кто-то должен уйти

Птиц души распустить, клетки все отворить

Ради будущих дней оставляю тебя

И люблю все сильней, забывая себя

Елизавета Хрипунова "Выше"

Анна.

Из кратковременного сна меня вырвал Димин голос. Его тяжелая ладонь скользнула по волосам, но, когда открыла глаза, он уже стоял у дверей.

— Кушать иди. Лапша готова. — он сказал и вновь скрылся за дверью.

Вернула собак на тумбу, сполоснула лицо и пошла на кухню. Застыла на пороге, меня ждал накрытый на одну персону стол. Развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла на поиски Димы. Нашла его в кабинете, встав в дверях сразу перешла к делу.

— Может ты меня тогда назад отвезешь? Квартира была оплачена на полгода, меня обязаны пустить обратно. — спокойно спросила сидевшего за столом Диму.

Он нахмурился, посмотрел на меня и встав из-за стола спросил;

— Не хочешь есть одна? — замер у стола, словно от моего ответа зависело, пойдет он со мной или нет.

Я утвердительно кивнула.

— Я еще поговорить хотела. — действительно, примерно понимать, что меня ждет и знать точно, это две разные вещи.

— Хорошо. Пойдем поедим, поговорим. — мы пошли вдвоем на кухню.

— О чем ты хотела поговорить Аня? — Дима достал тарелку с лапшой из микроволновки.

На двоих накрывал значит, но потом передумал. Я оттянула момент ответа на вопрос, зачерпнув побольше лапши, набила рот. Долго жевала, отчаянно подбирая слова получше для моего не очень легкого вопроса. Дима же молча ждал, сверля меня вопросительным взглядом.

— Вкусно. Спасибо. — выдавила из себя улыбку.

— Ань давай поговорим? — Дима отодвинул свою тарелку, давая понять, что разговор состоится и заднюю дать уже не получится.

— Да, пожалуй. — отложила ложку, вдох поглубже и на выдохе спросила наконец о том, о чем хотела; — Хочу знать сейчас, на каких условиях я здесь? Можешь говорить честно, не переживай за мое самочувствие, я готова спокойно все принять, а неизвестность меня убивает. — сказала все на одном дыхании и словно на голгофу сейчас шла, в ожидании Диминого ответа.