Чтение онлайн

– Ты хоть понимаешь, что ты натворил?! – прогрохотал начальник тёмного контроля. – В нашем районе отродясь такого никто не совершал! Ты нам всю репутацию испортил своим светлопроступком!.. – Далее последовал ряд непереводимых ругательств.

– Да-с, да-с, преступление налицо! Не по-гадски получилось, не по-гадски, – поддакивал второй зам начальника, стоявший по левую сторону от трона в облике летучей мыши с бараньими рогами и копытами на нижних конечностях.

– Но у меня есть это… как его… смягчающее обстоятельство – я действовал в состоянии раздражения и гнева, я не мог себя контролировать! Я был в состоянии аффекта! Ведь потом я даже пнул кота ногой! Я же его вытащил из лохмотьев, только чтобы он не мешал мне спа-а-ать! – заныл ГэХа.

– Самооправданьице – это мерзостно, это по-гадски, – снова заговорил второй зам и что-то зашептал главному моллюску.

Тот утвердительно кивнул верхней частью с глазами.

– Его греховность постановил: «Исключить тёмного объекта ГэХу из отряда грехосборников за нарушение антизаповедей – второй и четвёртой. Назначить на испытательный срок длительностью один земной год в отдел грехопоследствий».

Летучий баран захлопнул папку с делом. ГэХа хотел ещё что-то возразить, привести доводы в свою защиту, но один из ледяных охранников выкинул его из зала в открывшийся люк.

По толстой вонючей кишке ГэХа летел минут десять. От виражей его уже начало подташнивать. Вдруг кишка резко закончилась, и телепузик плюхнулся в капсулу адских мучений (так минус-фемтообъекты называли прибор насильственного изменения облика). ГэХа съёжился, закрыл глаза и широко открыл рот, чтобы как можно громче кричать.

Обслуживатели жуткого прибора откусили рогатому объекту уши телепузика, поставили взамен уши от летучей мыши и выкинули в другую длинную кишку. Пока летел, ГэХа ощупывал себя. Вроде больше ничего не пострадало. Голова гудела, в висках стучало, но было терпимо.

– Фу-у-у-у! – вырвалось у него в момент приземления в канализацию.

Обрадовавшись, что так легко отделался, ГэХа сразу полетел на службу, дабы чего ещё непредвиденного не свершилось.

А глаза тем временем посветлели ещё на тон. Он пострадал за доброе дело.

Первым назначением ГэХи стала старушка Варвара семидесяти лет. Каждый вечер она спускалась со второго этажа на скамейку около подъезда погулять с подружками и перемыть косточки всем жильцам дома, родственникам и знакомым. Сплетни скатывал в крупный моток и уносил собиратель словесных грехов. А грязную жижу грехопоследствий, которая капала изо рта бабуськи, приходилось собирать ГэХе.

Он метко кидался жижкой в жителей дома, в родных и близких старушки, во всех тех, кто упоминался в «беседах». Попадая на людей, жижа вела себя как кислота, прожигая естественную защитную фемтооболочку человека. Через такие прорехи тёмные объекты третьего и четвёртого уровней получали возможность влиять на здоровье клиента: запихивать за защитный барьер болезни и недомогания, воспаления и даже устраивать переломы – всё зависело от размера образовавшейся дырки. Конечно, фемтооболочка имела свойство регенерации и постепенно восстанавливалась, но на это требовалось время: день-два, неделя-полторы, а то и месяц. И пакостники иногда дважды успевали заразить человека одним и тем же вирусом.

Конец ознакомительного фрагмента.