Чтение онлайн

Но внезапно имя раздалось где-то в глубине её души.

Дыхание у Клео остановилось, когда она вспомнила признание Люции в тот день, когда они вместе блуждали по городу.

"Хранитель Алексиус посещал мои сны. Он обещал навестить меня снова после того, как я проснулась, но я больше не видела его".

– Клео? – Ник коснулся её руки. – Ты побледнела. Что-то не так?

Она встретила его обеспокоенный взгляд, а улыбка медленно появлялась на её лице.

– Я хотела знак? Тот, что дал бы мне надежду? Думаю, он только что прошёл через эту дверь.

Глава 19

Люция

Оранос

Король с радостью согласился, чтобы Алексиус помогал Люции овладеть её элементалями.

Тем не менее, Люция почему-то не поняла, что это решение приведёт к настоящим урокам, рассматривая его как оправдание для того, чтобы Алексиус остался во дворце.

Изначально, ещё в Лимеросе, Магнус пытался помочь ей с магией, помогал использовать магию воздуха, чтобы поднимать что-то тяжелее цветов, вызывать магию огня, дабы совершать что-то сильнее, чем зажигать свечи. Несмотря на все её трудности с братом, он был первым, кто помог ей принять растущие силы, не считать их злом, как это было с ведьмами, которых казнили за преступления. И за это она была навеки благодарна ему.

Недавно король выпустил обвиняемую ведьму из подземелья, надеясь, что она поможет его дочери контролировать собственные силы.

Но ведьма была плохой наставницей. Она была до обиды слаба и легко испугалась от магии Люции, которую та призвала без усилий. Это было её концом.

Алексиус казался совершенно другим. Как бессмертный, он был создан из магии. Даже в своей смертной форме он был её воплощением, хотя с готовностью признавал, что магия, которую он может вызывать, блекнет в свете элементалей Люции, и она полностью доверяла ему. И отец тоже.

Они с Люцией провели целый день занятий, от рассвета до заката, в покоях Люции, отодвинув мебель и ковры к стенам, чтобы освободить достаточно места для свободного передвижения по гладким мраморным полам.

Как и Магнус, Алексиус помогал Люции поднимать предметы магией воздуха и устраивать небольшие пожары. Она пользовалась магией воды, чтобы создавать лёд, и земли, когда надо было исцелять умирающие растения.

– Я могу исцелить ногу, - сказала она ему, заметив, что он слегка прихрамывал после своего прибытия. – Мне попробовать?

Алексиус провёл пальцами по ткани брюк.

– Это невозможно, боюсь… Это ранение можно исцелить так же, как ранение смертного… Магия Земли – магия исцеления, и ты потратишь на меня слишком много, - он улыбнулся ей, пытаясь унять ужас. – Всё в порядке. Есть много неприятностей после покидания святилища. Это одна из них. Я в порядке, обещаю.

– Я не понимаю. Я хочу попробовать! – настаивала она.

– Очень хорошо, моя упрямая волшебница. Пробуй, - он задрал штанину и размотал бинты. Люция вздрогнула, увидев рану на его прежде безупречной золотой коже. Она пожала плечами на своё удивление и сосредоточилась, направляя столько магии земли, сколько могла, в рану, как она сделала, когда исцелила Магнуса после его отвратительного ранения во время осады.

Но пусть у неё и получилось с Магнусом, не вышло с Алексиусом. Она пыталась, пока не почувствовала, что совершенно опустошена.

– Хватит, принцесса, - он наконец-то поймал её за запястье. – Это итог нашего урока – ты не можешь выиграть каждый бой.

Больше всего её раздражал этот провал. Она ненавидела рану Алексиуса и свою слабость, то, что не могла облегчить его боль. Это был конец вчерашних уроков, она настолько истощилась, её ум наполнился темнотой, что после магии её тело так болело… Она хотела спать неделями.

Тем не менее, её голова кружилась, а она удивлялась реальности Алексиуса, тому, что он перед нею во плоти. Настолько, что когда она лежала в постели, глядя на шелковый балдахин над головой, поняла, что не спросила у Алексиуса ничего о… совсем ничего. Они не говорили о её уроках и о том, что она обещала показать город… И она поклялась исправить это на следующий день.

Он прибыл после её лёгкого завтрака чаем и фруктами. Слуга, что уносил поднос из её покоев, смотрел на неё с Алексиусом с любопытством, и Люция быстро отпустила его, запирая дверь.

Он посмотрел на неё.

– Ты выглядишь… определившейся сегодня.

– Да, - кивнула она. – Ты встречался прошлой ночью с отцом?

Король настаивал, чтобы ссыльной Хранитель докладывал всё ему после каждого занятия. Он, вероятно, хотел наблюдать за уроками лично, но Люция не согласилась бы на это. К счастью, он ещё не предлагал.

– Да, я сказал ему, что его дочь отлично справляется и что ему следует гордиться, - он ходил по большой комнате, бросая взгляд на кровать с балдахином, туалетный столик для чтения, посмотрел в арку слева, на открытые балконные двери, что позволяли проникать сюда солнечному свету и воздуху. – Мы сегодня вновь будем работать здесь, но завтра, думаю, следует провести урок на свежем воздухе, чтобы быть ближе к природе. Ближе к элементалям.

– Что с Миленьей? – спросила Люция.

Он застыл на месте и удивлённо изогнул бровь.

– А что с ней?

– Она с тобой связалась?

– Да. Она посетила мои сны вчера вечером впервые с того момента, как я покинул Убежище. Ей было приятно узнать, что я уже здесь и встретился с королём. И с тобой, конечно же.

Когда она отыскала Алексиуса в городе, он не говорил, чтобы посланником другой прекрасной бессмертной, связанной с её отцом. Алексиус сказал, что ушёл, чтобы быть с нею. Потому что любил её. Когда он признался в истинной цели своего прибытия королю в тронном зале, она была захвачена врасплох и не знала, как должна себя чувствовать.