Тоски землистый ликК душе моей приник,И хочется — под корень выдратьИ вытянуть слепой язык.Как фокусник — себя как лентуИз горла вынуть, размотатьИ кинуть воробьям и кошкам,Чтоб им в мороз не голодать.Убийце, вору и поэтуПозволено скинуть плоть.Другое — но только не этоВменяет им в грех Господь.
5
Истерика растетЛистом Раффлезии Арнольди,Мясистым, красным в белых пятнах,И все течение душиЗабито телом ее ватным.Когда же пена с губ сойдетИ слезы схлынут и рыданья,И жизнь омытая в глазах мерцаетИ вот — воскресшую тоскуВновь скорлупою одевает.
6. О КРОТОСТИ — В ЯРОСТИ
Гнев мой сокруши,Ярость — растерзай!Кротости прошу,Кротости подай!Натолки мне в едуЧто-нибудь такое,Чтоб, куда я ни пойду,Кротость шла за мною.Чтоб умчался злобный бес,Стукнувши калиткой,Кроткий — кукла, что в себеОборвал все нитки.Ярость я сожгу дотла,Злобу изувечу,Чтоб, куда я ни пошла,Кротость шла навстречу.
7. БЕЗ ПРИКРАС
IЯ слышу по ночамЧудесный часто звон,Такой примерно — драм —Дрон-дрон-дорон.Обрывки вязнут слов в трясине.На лютне ль звон, на клавесине?Но сразу исчезает он,Как только утра сумрак синийНачнет просачиваться в дом.IIЕще мерещится — две желто-черныхИглы, крутнув, в бока воткнули,И там, где ребра разошлись, —Они столкнулись, заскреблисьНожом о ржавую кастрюлю.На них — в предвестье адских мук —Грехов своих вращаю круг.8Служит крепкими столбамиПраздников круговорот,На которые кругамиКто-то мечет — год на год.Но пылинка — что же блещетПыль от мига Твоего?В каждом атоме трепещетСретенье и Рождество.
9. РОЖДЕНИЕ И ЭКСПЛУАТАЦИЯ ДВОЙНИКА
Сумрак на полусогнутыхПодошел и обрушился тьмой,Где я сижу, обняв колени,Над загнивающей рекой.На горе лиловеет церковь,Сухо скрипит причал,Бас возглашает — Премудрость.Слышится мне — Печаль.Будто сплетясь корнями,Или две карты в руке,Двойник, прорезающий ребра,Рванулся как меч к земле.Наклонилась, почти отделилась,Снова слилась со мной,Но вот, наконец, упалаНа песок сырой.Русоволосая, капли потаНад верхней губой…Что же? Мои заботыБудут теперь с тобой.А я — куда волна стеклянная плыветИ лодка правит без руля,Где Астрахань, а может — Шамбала,Луна дохнёт, как ветер, и несетИ ворошит — не гаснет ли зола.
10. СОМНАМБУЛА
Сквозь закрытые векиВползла в сознанье лунаИ впилась когтями навекиИ даже сквозь солнце видна.Были вроде понятья — совесть и честь,Как заржавевшей краски опилки на дне,Меня манит туда, где покато и жесть,Я не здесь, я давно уж не здесь — я в Луне.Будто слякоть морская,За нею приливом тянусь,А запри меня в погреб,Найду в потолке — не собьюсь.Я — сова, в моих венах дорожки луны,И такими, как я, — твои сети полны,Кто совиный украл зрачок,Чьей крови клубокЗацепила зубами Луна,Кто, как море, послушны,Как ветер, слепы,В полдень —Как в полночь.
8 ЭТАЖ
Я НЕ УНИЖУ СПЯЩЕГО ВО МНЕ
ОГРОМНОГО СИЯЮЩЕГО БОГА
О нет — ты не осудишь строгоЭфемериду на огне.Огромного сияющего БогаЯ не унижу — спящего во мне.
1
Плещет шелковое знамя вкруг кости.Тяжело любовь в себе нести —Латаное платье —На кого-нибудь —А все накинешь.Посредине тела тьмыСердце ткет багровый шелкИ струится холодок.Если в проруби зимыБудешь зол и одинок —Ты к себе как гость приди,Пивом-медом угости,Не на век нам по пути,Гость залетный дорогой,Погостил — и проводиДо кометы золотой.
2. ВОСПОМИНАНИЕ
Внутри утеса городского,В пропасти двораПескарится детский смех,Плещется игра.Жили мы в больших камнях,Голоса в них — свечи в церкви.О поленницы сырые —Это был наш вертоград.Помнишь — Кеннеди с ХрущевымПо Шпалерной быстро катят,Помнишь — лысина на западИ расплавилась в закате.
3
Так сухо взорвалась весна,Уже и почки покраснели,Но выпал серый сирый снегНа день второй Святой недели.Он выпал на грачей суровых,Сидящих твердо в гнездах новых,Он первую ожег траву.Я думала — зачем живу?Все покачнулось будто в вере,Котенок дико завопил,Спускалась чаша будто черепИ Бога Бог в саду молил.И Троицы на миг крылоКак бы подбитое повисло,Ума качнулось коромыслоИ кануло на дно весло.Набухли от воды кресты,Пытались расцвести могилы,Средь плодородной чернотыЯ в синем сумраке бродила.Не все равно ли — сколько жить?Мешок, что шею натирает,Воспоминаний груз вмещает,В шесть, шестьдесят —Таков же он — взгляни назад.То выбросишь, а то положишь,А после потеряешь весь.Жить — чтобы лучше стала я?Но лучше уж бывала я,А после снова, как свинья,В грязи валялась.Себе скажу я в укоризне —Плывет река и лодке плыть.Как утреню — вечерню жизниБез страха надо отслужить.
4
Кружилась тьма кругом глухая,Неслась я в зевы полыньи,И, пролетая мимо Рая,Огни я видела, огни.Крылатый остров тек в сияньи,Никто руки не протянул,И снова — хлюпнула в зиянье,В глухой и беспросветный гул.
5. ОТЗЕМНЫЙ ДОЖДЬ
(с Таврической на Серафимовское)
Внутри Таврического садаПлутает нежная весна,И почки жесткая оградаКорявая листу тесна.Я нахожу себя свечойНа подоконнике горящей,Стучащей пламени ключомТо в тьму, то в этот сад саднящий.Я нахожу себя пылинкойВнутри большой трубы подзорной,К стеклу прилипшей. Чье-то окоЧерез меня бьет взора токомИ рушится в ночные дали.Я нахожу себя у церкви,Среди могил, у деревянной,Все в тучах небеса померкли,Но льется дождик осиянныйОгнями сотен свеч пасхальных,Он льется на платки и плечи,Но льется и ему навстречуДождь свечек — пламенный, попятный.Молитв, надежды — дождь отземныйС часовен рук — детей, старух,И в дверь распахнутую вдругПоет священник как петух,И будто гул идет подземный…
6. ВАРИАЦИЯ
Чтоб взгляд могил был опушенТравой ресниц зеленоватых,Дождь горько рушится — и онКак Бога сын, как сын распятый.А тот, который вверх взовьется,Колосьями растет и вьется,Но хлебом общим испечен.А там, где два дождя сольютсяИ на мгновение прервутся,Небесных струн я слышу звон.