Чтение онлайн

В-третьих, обрушение власти в ходе "полосатого рейда" заведомо не может обернуться никаким государствостроительством. Ибо государствостроительством занимаются настоящие пловцы по водам истории, а не специфическая группа в полосатых купальниках.

Часть 4.

Полосатые рейтинги

Когда была наиболее близка смерть НТВ как политической силы? Правильно, после выборов в Думу и выборов президента, когда был развеян миф о непобедимости НТВ, когда поддерживаемые им кандидаты потерпели весьма серьезное поражение. И самая большая угроза состояла в том, что по итогам данного поражения могло возникнуть новое отношение к сущности, именуемой НТВ. То самое отношение, про которое говорится: "Смех убивает страсть".

НТВ правильно поняло, откуда исходит главная опасность, и решило ради своего спасения пойти на риск лобовой сшибки с властью. Власть сделала все, что надо НТВ. То есть пошла на эту сшибку, осуществляя ее по принципу "полосатого рейда". В итоге НТВ имеет самый высокий рейтинг за всю свою историю.

Мне скажут: "А рейтинг Путина? Он ведь тоже очень высок".

Так-то так. Но давайте вспомним самый конец 80-х годов. А также годы 1990-1991. Вспомним это время триумфального восхождения Бориса Ельцина. Восхождения – в стиле все того же "полосатого рейда". Мог тогда какой-нибудь "центр информационной войны" воевать с Ельциным, не теряя свой рейтинг? Нет, не мог. Любая атака против Ельцина сразу начинала снижать рейтинг атакующего, кем бы он ни был. А сейчас? Теперича не то, что давеча. Растет рейтинг лидера и рейтинг тех, кто против него воюет. А почему? Откуда эти полосатые рейтинги?

Вот мы и возвращаемся к той почемучке, с которой начали. И тут у нас опять проблема задействования тех или иных языковых возможностей. Можно, конечно, охарактеризовать данную ситуацию научными терминами (надрыв, невроз, невротический пузырь рейтинга). А можно и совсем иначе, на совсем другом языке. Если Путин – последняя общественная надежда, то вы чего хотите? Чтобы от этой надежды взяли и отказались? И что тогда будет? Ведь легко себе представить, что будет даже не делегирование кому-то другому этой самой надежды, а отказ от надежды вообще. На религиозном языке это как раз и называется ад. "Оставь надежду всяк, сюда входящий". Это надпись на вратах Дантова ада.

Нет, не прост он, этот самый "рейд полосатых". Совсем не прост.

Куда ни кинь, все клин. Всюду вместо пловцов – члены группы в полосатых купальниках. Возьмем Чечню. Там-то что происходит? Говорят, что войска выводят и что теперь пойдут эти самые. ну как там их? Спецоперации что ли?

И ни у кого почему-то не возникает вопрос: "А что, пока войска были, спецоперации проводить было нельзя? Войска, что ли, мешали проведению спецопераций?" Дичь какая-то. "Полосатый рейд", одно слово.

Помнится, как в ходе штурма села Комсомольское ради ликвидации особо преступной банды Гелаева применялось ужас какое оружие. Аж вакуумное. И в самом деле – пламя, гарь. выжженная земля. Погорели куры, козы, бараны, коровы, кое-кто из мирного населения. А Гелаев? Потом смотрю я передачу. по Би-Би-Си, кажется. Гелаев – живой и невредимый – дает интервью, рядом его бойцы, все прекрасно вооружены, настроение превосходное, обещают скоро в Москву добраться. Ну бог бы с ними, с этими обещаниями. Но в пяти метрах от дающей интервью группы – ярко-синяя палатка. Это в условиях полного нашего контроля над воздушным пространством. Вот такой "полосатый рейд".

А через какое-то время слышу я, что "нам не важен статус Чечни." и так далее. И тут же высокое должностное лицо заявляет: "Мы ведем переговоры с бандитами, но не с теми, у кого руки по локоть в крови". Сразу спрашиваешь себя, а покуда должны быть руки в крови, чтобы вести переговоры? Не по локоть, а покуда? Потому что если они вообще не в крови, то и нет бандитов. И кто же эти, у кого руки не по локоть в крови?

Чтобы не было никаких недоумений, высокое должностное лицо прямо говорит: "Мы ведем переговоры с Гелаевым".

Мозг у меня артистический, режиссерский. Страдает переизбытком фантазии. Замкнулся у меня этакий ассоциативный мост (не путать со зловредной информационной компанией). И в нем эта синяя палатка и "руки не по локоть в крови". И возник у меня перенапряг разного рода ассоциаций. И утомился мозг от такого перенапряга. И заснул я. И приснился мне странный, абсолютно фантастический сон.

Будто в ходе спецоперации ищутся некие особо зловредные бандиты. Ищутся, ищутся, но как-то так получается, что один из них живет на даче у ба-а-альшого северокавказского человека в весьма официальном статусе, а другой бандит (сверхзловредный!!!) к первому бандиту на эту самую дачку ездит. Через все мыслимые и немыслимые кордоны и блокпосты. Ну прямо как невидимка. И голос мне говорит во сне: А что, мол? Однажды уже был один "полосатый рейд" под руководством некоего Радуева. Тогда ведь тоже некие невидимки взяли и ушли босиком.

Не хочу я слушать этот голос. Не верю я снам. Но не верить собственным ушам-то нельзя. Про Гелаева и про "руки не по локоть в крови". И глазам своим не верить нельзя, тем самым, что регистрируют синий цвет палатки и, так сказать, все прочее разное.

Хайдеггер говорил: аналитика бытия. Это вам не политическая аналитика. Это другое. Это когда тонкая-тонкая пленка успокоительных видимостей лопается – а под нею бездна несоответствий. Пучина. Воды всеобъемлющие. А по водам кто плывет? Левиафан? Великий бог Посейдон? Да хватит вам!

Плывет корабль из "Полосатого рейса". Плывет десант, двигаясь по направлению к пляжу, где мы нежимся на шезлонгах аналитического комфорта. Плывет та группа – в полосатых купальниках.

Часть 5.

Полосатая борьба с полосатостью

"Путин с помощью тонких политических комбинаций делает еще один шаг в сторону дистанцирования от "семьи"." "Он устанавливает новое равновесие между главными политическими игроками." "Он вводит в процесс. выводит из процесса."

– "Это вы плывете, а я тону".

"Идет борьба между прозападной группой, стремящейся добиться выполнения Россией своих долговых обязательств, и антизападной группой, которая эти обязательства стремится проигнорировать."

– "Хорошо плывут ребята в полосатых купальниках".

Честное слово, порой я даже перестаю отчетливо видеть грань между понятийной зашоренностью, когда полная слепота по отношению к реальному процессу компенсируется бойкостью, с которой тасуется колода псевдополитологических карт, и опасливостью, при которой тасующему колоду исследователю все понятно по поводу того, что действительно происходит, но представляется предпочтительным писать нечто, к реальности никакого отношения не имеющее.