Соединение Миров
Шрифт:
Посмотрел на женщину. Она лукаво улыбалась. Подумал, что это сон.
– Нет!.. Это не сон… Это твоя реальность… и моя. Мы её уж много тысяч лет из наших жизней создаём.
– Зачем?
Женщина аж замерла от моего вопроса.
– Как зачем? Это ж наш дом.
– А-а-а! – опять глупо произнёс, не понимая ничего. Оглянулся, пытаясь дом увидеть, но не увидел – увидел метрах в тридцати ручей. Он весело журчал. Вот тут-то понял, что всё вокруг другое, не то, что было раньше. Скорее всё кругом было из моей мечты, точнее – нашей мечты – моей и моей супруги на земле.
– Выходит, я для тебя не значу ничего? Ты любишь не меня, а лишь мою одежду…
– Одежда – это что?
– Это Лира – твоя жена, вернее жена того тебя, где человеком ты рождён.
– А ты не человек?
– Я Лира – человек! А ты Олег. А здесь пока не человек… и человек, быть может.
Я посмотрел на женщину вдруг не глазами зрелого мужчины, а взором юности самой.
– Как звать тебя… не человек и человек, быть может?.. – ко мне веселье, юмор тонкий возвращался.
– А забыл?
– Забыл… – но я всё вспомнил. Звали её Заря.
– Заря меня зовут.
– А-а-а! А я Закат?
– Нет! Ты свет зари.
– Твой свет?
– Да.
И тут я вспомнил, что на коленях всё ещё стою. Даже смутился чуть, понял, что я в другой реальности совсем. Быстро встал, взял её за руки нежные, и грубо, как мне показалось, привлёк её к себе и заключил в объятия.
– Зорюшка любимая моя!.. Почему же раньше так чётко всё не проявлялось? Всё было, как во сне.
– Ты к Олегу сильно прикипел, бывало, уходил в него почти совсем.
– А ты что делала?
– Я плакала.
Это удивило меня даже, я всё ещё не проявился полностью, точнее, всё ещё больше был Олегом, что на земле.
– А что плакала то? С Лирой слиться что ли не могла?
– Не всегда она меня пускала, ей часто очевидность застилала сердце пеленой обмана.
Вспомнил я и то, что Лира плакала всегда, когда я говорил об этом. Мне хотелось очень, чтобы Заря и Лира были всегда вместе и везде – не только в грёзах, но и в очевидности земной. Часто мираж земных проблем ей не давал Зарю в себя пускать. Вот та и плакала – не Лира, а Заря. Но!.. зато когда Заря вдруг набирала силу в Лире, та становилась, как ребёнок дивный – весёлой, озорной чуть-чуть и нежной, нежной, как сама Заря. И в ней кипела радость и любовь сама. А я тоже хорош, вместо того, чтобы помочь, пытался волей заставить её быть не Лирой, а Зарёй. И у меня, как у Олега, это получалось грубо.
– А чё ты слушала её?
– Нельзя, насилие богопротивно.
– Ничё, я не сильно церемонился с Олегом.
– Вот-вот, то он и попадал всегда куда-нибудь – то пить начинал, то гулять, как кот весной, то что-нибудь ещё…
– Что-нибудь!.. – передразнил, – зато сейчас хорош, дом себе построил, не пьёт и… г-м… не гуляет, как кот весной, пишет книги, в саду копается с любовью в сердце. Вон цветы кругом цветут с весны до самой поздней осени.
– До поздней осени-и… – теперь она меня передразнила. – Что бы делал ты без Лиры и без детей, которых…много…
Я вдруг понял, что мы спорить начинаем, а так и до чего-нибудь дойти недолго. Не верилось, конечно, что в этом мире это возможно, но спросил:
– В этом мире всё стерильно?
Засмеялась Зорюшка.
– Ты действительно не помнишь?
– Нет, не всё, Олег своим рассудком память застилает чуть.
– А разве ты можешь строить идеальный мир?
– Вообще-то я стремлюсь. Только ведь жить в раю мне скучновато что-то. Или может я придумал всё себе?
– Нет, не придумал. Здесь у нас есть всё – богатство, изобилия, романтика, любовь и радость, но и страдаем иногда, и даже плачем…
– Это ты плачешь, вместо того, чтобы смеяться. Даже не знаю, от чего больше – от радости или от огорчения.
Заря хотела отстраниться от меня, обидевшись на грубые слова, но… передумала. Я же стал чувствовать, что что-то делаю не так. Обнял её, прижал, а далее… стоим, как клён с берёзкой, хоть и на берегу одном.
– А дом у нас здесь есть?
Засмеялась Зорюшка, как колокольчик зазвенел в мелодии природы.
– Рассветик, мой любимый! Ты что, действительно забыл? Ведь здесь сначала строим всё и создаём, а лишь потом всё опускается на землю в мир проявленный, и как осадок, а не как реальность. Там грубость материалов не даёт, как здесь.
– Тогда веди, что-то проголодался я. – действительно почувствовал чуть голод.
Засмеялась Зорюшка опять.
– -----------------------------------
Я еле-еле поспевал за ней. Заря легко бежала... будто плыла.