Чтение онлайн

– Сестра Канута и епископа Нильса?
– даны переглянулись, затем отступили на шаг.

– Нильс епископ?
– спросила я удивленно, уже убравших мечи чужаков.

– Да, в последней битве он лишился глаза и руки. И потому ушел в монахи, возглавил монастырь в Эсроме.[3]

– Бедный Нильс...

Всё что я смогла сказать удаляющимся данам и задумалась.

У главной двери, что вела в дом, раздался шум и я вздрогнув, посмотрела на Магнуса. Он тут же подбежал и проговорил:

– Софья иди в дом. Не ровен час беда случится, спрячься.

Мальчишки окружили меня, и я под их защитой, забежала за угол, чтобы пройти через дверь. в женскую часть дома.

Открыв дверь, я услышала, как за спиной кто-то проговорил:

– Хорошо Сверкер, я обдумаю, - этот голос показался мне смутно знакомым.

Я удивилась, ведь кроме Кнуда и Нильса, я не разговаривала не с одним человеком на языке данов. В смутном ощущении чего-то непонятного, закрыла дверь и задвинула засов.

[1] Описание шлема - взято с описания "Шлем Ярослава Всеволодовича"— древнерусский шлем, датируемый второй половиной XII — первой половиной XIII века. Хранится в Московской Оружейной палате. Предположительно шлем с кольчугой были брошены Ярославом Всеволодовичем(сыном Всеволода Большое Гнездо) при бегстве с Липицкой битвы(междоусобная битва князей русских) 1216 года в 20 верстах от неё. Надпись на шлеме свидетельствует, что он принадлежал Феодору — таково имя князя Ярослава в крещении. Предположительно, он оставил кольчугу и шлем, чтобы они не препятствовали бегству. Как сообщает Лаврентьевская летопись, потерпев поражение, князь Ярослав бежал в Переяславль, куда прибыл на пятом коне, загнав четырёх. Его брат Юрий прибыл во Владимир на четвёртом коне«в первои сорочице, подклад и тыи вывергл». Ярослав Всеволодович будущий отец Александра Невского.

[2] Обратите внимание у викингов мальчики становились мужчинами с 12-16 лет, во многих случаях и раньше. Поэтому не удивляйтесь, что ровесники Софьи (ей 12 лет) или мальчики чуть постарше 14 лет, могли иметь мечи и вступить в бой с более старшими.

[3] Нильс - брат Кнуда V, по мнению Х. Олрика возможно он также известен как "ярл Нильс", что около 1158 года умер, как монах в Эсроме.

ГЛАВА 12 ВСТРЕЧА

Сигтуна, Швеция. Весна - лето 1152 года

Два дня пока в доме чужаки, я не высовывала нос из женской половины. Мне было любопытно, но всё же я понимала, что это никому не понравится. Мать, все эти дни недовольная ходила, что ей так было не по душе, я не догадывалась.

На третий день, во дворе наступила тишина и я решила, что даны ушли. Тихо, чтобы никого не разбудить, то было раннее утро, проскользнула через дверь и направилась к тайному лазу, через ограду города.

Никем не замеченная, я вскоре уже бежала по лесной дорожке к нашей с друзьями полянке. Там ждет меня упавшая в грозу осинка, на ней мы обычно и собираемся.

Сидеть долго мне не хочется, но к моему удивлению никто не приходит. Скучая, смотрю по сторонам, и вдруг невдалеке. через овражек, замечаю несколько первоцветов, они не яркие, но такие нежные.

Вскочив с березки, забываю про всё на свете и бегом, через этот самый овражек, направляюсь к цветам. И только я выскакиваю на верхушку оврага, рядом раздается лошадиное ржание, а мимо чуть не сбив меня пробегает олень.

Я замираю от страха и почти не дыша смотрю во все глаза, на приближающегося всадника.

Он несётся на меня, а я будто маленький птенчик, вся сжалась и смотрю на морду коня.

Она, это самая морда замирает у моего лица.

И тут же раздается громкий голос сверху:

– Мальчишка, ты лишил меня добычи! Шведы все такие глупые?

Я с испугу часто-часто моргаю, и никак не могу придти в себя.

Всадник в это время спускается с коня и подходит ко мне, произнося при этом:

– Ты цел?
– он говорит на шведском, и я не сразу соображаю, кто стоит передо мной.

– Цела...- произношу и поднимаю на него глаза.

Всё ещё часто моргая, я замираю глядя на него.

– Вальдемар?!
– в моем возгласе и вопрос, и утверждение, настолько я не ожидала его увидеть здесь.

– Сонька?
– он искренне удивлён.

– Как ты здесь оказался? Я так рада встречи...- я приближаюсь к нему и исренне улыбаюсь.

– Пришёл с ....
– смотрит на меня и добавляет.

– Ты с данами пришёл, что ли?
– догадываюсь я.

– Да, я один из них, - он не сводит с меня глаз.

– Ты дан?
– я удивлена.

– Да. А как ты здесь оказалась Сонька?

– Так я с Резехой пришла. При ней я, знаешь же она жена Сверкера?
– пытаюсь я объяснить, но не напугать его своим происхождением.

– Ты при ней?
– он так и смотрит на меня, глаз не сводит.

– При дочери её...

Надеюсь не оттолкнуть его своим статусом, мне его дружба очень важна.

– Сонька, как же ты выросла, - он улыбается, и эта улыбка меняет его, будто это другой человек.

– Вальдемар, как я рада свидится, - я тянусь к нему и обнимаю за пояс, до плеч то мне и не дотянуться.

– Что же ты такой вымахал, как гора прям, - тараторю я от волнения и нахлынувших чувст.

Тут же ощущаю, как Вальдемар каменеет, даже дыхание у него прерывается. Он отступает на шаг и я невольно отпускаю руки.

– Ты Сонька выросла...- произносит чуть севшим голосом.

– Ты тоже, даже дотянуться не могу, - смеюсь я.

И вновь, как в недавнем прошлом, мы без умолку болтаем, обо всём и не о чём.

Нам всегда интересно вместе, за разговорами мы совсем не замечаем прошедшего времени и происходящего вокруг.

А в это время со стороны лесной чащи к нам приближались всадники, один из них выкрикнул:

– Вальдемар!!!

В этот миг я очнулась, и повернула голову. Один из приближающихся был мой отчим, не заметить это я не могла. Оставалась надежда, что за широкой спиной Вальдемара он меня не заметит.