Сохрани, Рубан Катя - читать онлайн

Сохрани

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Impossible

Выправь руки по швам.Недостаточно.Недостаточно.Слово – хлыст.Слово – Бог.Ты послушник его и раб,Демиург поневоле. Держи себя, будь загадочен.Не теряя лица, унеси свои горб и скарб.Нержавейка. Солдат.Недодевочка, платье в клеточку.Поднеси тебе рупор – и рухнет небесный свод.Будь последней живой.Несгибаемой райской веточкой.А забудешь, как быть —неизбежно пойдешь в расход.Поднимись и иди, говорят тебе. Четче, явственнейОщущая себя шестеренкой, под слот шнуром.Здесь тебе не закажут столов, не напишут дарственных.Механизм запрещает добро поощрять добром.Подави в себе боль, от нее – перерыв в вещании.Накрахмаль воротник, чтоб до хруста.Еще.Еще.Не лелея надежд, умерщвляя мечты и чаянья,Дай напалмом огня. И не жалуйся: «горячо».Сладкой патокой в ночь проливается запах святочный.Не дышать перед смертью – приказ на сто лье окрест.Выправь руки по швам. Недостаточно, недостаточно.Отключить в себе это. И сбросить бы горб, как крест.Только время идет, шелкопряд пребывает мастером,Только тянут струну, а струна ведь должна звенеть.Вот вставай и иди, птичка Феникс, герой блокбастера.Горб-то сбросить легко.Тяжелее – нести уметь.

Ночное

… Еще не поздно.

Прости меня…

Рашалекс

В ту ночь, когда стихи умрут во мне,Ты отвернись, пожалуйста, к стенеИ в сумраке смотри цветные сны,Пока я бьюсь на кончике блесны,Пока кружусь на лезвии огняИ некому молиться за меня,Пока у мертвых птиц горят шасси…Пусти меня. Прости меня. Спаси.Больная, в полувыцветшем пальто,Я к Гаутаме еду на метро.В конце тоннеля, беден, полупьян,Меня встречает голый Бхагаван.Один, без Бхагавати. Он – бобыль,Он с ног моих отряхивает пыль,Он говорит: «Уста мои вкуси».Верни меня. Прости меня. Спаси.Мне видится, пока стою в дверях,Как вздернулась русалка на ветвях,Как море из ее раскрытых губЛазурью проливается на труп.Гниющий труп на кончике блесны.А ты смотри, смотри цветные сныи отвернись нечаянно к стене,Когда мои стихи умрут во мне,Когда они свинцом наполнят грудь,И я вспорю ее, чтоб отдохнуть.О Ты, иже еси на Небеси,Прости меня.Прости меня.Спаси.

Женщина-сизиф

День уходящий, зачти мне мои труды.Я замыкаю фигуры стола и стулаВ многоугольник любви и тоски.Еды,Пищи духовной и пыли, что в дом надулоВетром попутным.Вскипающее шоссе.Вне отпусков громыхают мосты и рельсы.Мы погребли тишину. Да и Бог бы с ней.Музыка мертвых, пролейся живым.Пролейся.Жатва грядущая – дымка и купорос —Ты не сулишь мне ни отдыха, ни ответа.Петь похвалу урожаю, что не пророс —Благослови, чтобы завтра я сделал это.Пусть надо мной ключевой из твоих фигурТлеет голубка – дебютное оригами:Рисовый пепел слетает на абажур —Дай не поверить, что это случится с нами.Что это мутное видится вдалеке?День наступающий. Выход один —дотронься.Это не буря. Не пятна на белом солнце.Это всего-то ржавчинана зрачке.

И чем тебе сейчас не рождество

И чем тебе сейчас не рождество:Вишневый снег, сменяясь тополиным,Когда-нибудь закончится,Но несегодня.Приветливо распахнутая дверьТревогу отделяет от улыбки.Секунда – и меняется в лиценевротик.В парадной, отряхнувшись от дождя,От пыли отдышавшись, тень входилав прозрачный куб и справа от тебяложиласьи слушала, как сумрак наплывал,А сон шептал, склонившись над подушкой,Что каждый, каждый зиму пережилотдельно.Что если я погибший голиаф?И камни подобравшие давиды,Убив однажды, сотню раз убьютво имябессмысленности фресок на стенах,Бездумного кромсания молитвы.Не уходи, покуда мир и светбытуют,Покуда за изменчивым ночнымВ хрустальной лодке следует дневноесветило, а в чулане есть зернодля мыши.Найдешь ли что-то лучше темноты,Что тень перерождает в человека,И лучше зим, что мы переживемобычно.

Предпасхальное

Н.Р.

… и вот он снова кипарис

в саду небес

Елена Шварц

Видишь бабушка берегинюшка дверь в оградкедля дюймовочкиСтарая влезешь и взятки гладкиБудто там и жила на гранитовой крошке теньюНа калитку крючок под косынкою спрячу темяСхороню схороню так вернее чем просто прятатьНа зеленое платье черемуха ягод ляпнетРасскажи берегиня кротова моя невестапочему ты одна и прокисшее тилитестомежду тоненьким папой и может быть толстым дедомтухнет банкой эмалиМы красили до обедаВстали устали а ты говоришь есть нечегоПочему земляника с могилки отмеченаКем отмечена привидением что лиСтарым больноОткуда у маленьких взяться болиНаклоняешься трогаешь ландышиспят под ними твои малышии чьи-то еще наверное червяковыеТвои-то иссохлись а эти совсем как новыеИссушает не солнце напитывает не дождьтак однажды и ты уйдешьРаздерут полоумного дыбой из кипарисаа душа кипарисова в сад не отходит быстрои чья-то еще наверное человечкинаВот мы встали устали а есть-то пожалуй нечегоКак порубят черемуху в пятницу на бедутак однажды и я уйдуМолодые на убыль болезные на убоймертвых красили шли домойНа кладбищенских травах настоян дурманный ветерЧто ворона носила во клюве чернявым детямПесню мышку скорлупкуДорожка вилась чистаи бежала вода с креста

Цикл «Имена»

I. Яблоки

Зимой, Мари, какие яблоки?Горчащий пластик, спелый воск.Как не имелось жизни в яловых,Так ниоткуда не взялось.Хрустальной веткой пала молодость:Ее разбили дикари.Ты о любви со мной безмолвствуешь,Так хоть о лжи поговори.Чем пахнет дом: едой, пожарищем?О ком колышется трава?На фото я, скажи, жива еще?Зачем я там еще жива?Зачем мелькаю перебежкамиВ углах кирпичных? Место естьТому, кто дружит с Белоснежками,Рожая гномов – в двадцать шестьУже седьмого. Время трудное,И мы с тобой – ему под стать:Друг друга кормим изумрудами,Но пустословим. И – бежать.Уже отчаявшись попробоватьАпорт, что хрусток и трескуч,Я унимаю стынь утробную,Я запираю дверь на ключИ глажу тумбу прикроватную,Приобретая жалкий вид.Пылает яблоко закатноеИ снег над городом горит.

II. Inabbat

Помню, как грела Луна Козерога,В городе били в набат.Город пылал, и ему стало смогомИмя твое, Инаббат.Как ни лечил я ожоги и боли —Стало больней во сто крат.Раны кровили, и было им сольюИмя твое, Инаббат.Рогом бараньим, чужим в этих землях,Свой украшаю халат.Где оброню на беду свое семя,Где обрету Инаббат?В смуглой ли жрице, в посланнице норда?Север кровав, я богатВзглядом горячим, жестоким и гордым,Взглядом твоим, Инаббат.В лунной долине под цветом жасминаСны над просящим летят.Здесь уловимо, едва уловимоИмя твое, Инаббат.Здесь ты плясала над лентой арыка,Но уничтожен твой сад.Только раскаты звериного рыка,Только зола, Инаббат.Где мой оазис, молочный ягненок?Как мне вернуться назад?Как принужденно выводит ребенокИмя твое, Инаббат.Как неестественен отблеск агата —Черное небо-быльё.Поздно вплетать в свою жизнь, Инаббат,Имя твое.

Inabbat (каз.) – 1.уважение, почтение;

2. совесть, честь, стыд.

III. Virginia

Прозрачный вечер тонет в серпантине,Как тонут в первозданной пустотеГлаза и лица. Выцветшая глина,Ты упадешь на белую постельИ маленькой рукой, почти что детской,Нащупаешь невидимую дверь —Кусочек сна, полученный в наследство.Все кончится, Вирджиния, поверь.И то, что раньше было не по силам,По силам не окажется вдвойне.Куда ты шла, кого ты здесь любила,Точнее, очаровывала…Нет,У господа не лопнут перепонки:Качнутся мягко бусы облепих —И ты родишь красивого ребенка,Вирджиния, избавясь от иных.Молочный лоб и щеки в струйках крови(подай нам, вечный, хлеба с молоком).И нечисть запоет у изголовья,И ангел вострубит особняком.Ребенок побежит по чистой луже,Споткнется об искусственный цветок,Окажется разбужен как задушен.На смену небу грянет потолок,И что бы с нами ни происходило —Все кончится, Вирджиния. Взгляни:На водах азоического НилаКачаются покойники и сны.

IV. Милая Эн

"Всплывают тьмой изъеденные лица…"

Елена Шварц

"Жри снег."

(с)

Я восхожу на сцену.Здесь, помню, стрелялся Треплеви, говоря фигурально, убил завкафа.Ветер настойчиво бархат кулисы треплет —Здесь мы лакали шампанское, ели Кафкупоедом зверским, с неистовой жаждой знаний,не понимая, что знание в этом видебудет убийственно.Время пришло – устали.Милая Эн, я нисколечко не в обидеза пустоту,от которой нигде не скрыться:тут бесполезно менять города и страны.Вот я взлетаю угрюмой калекой-птицей,Внутренний город томится на дне кармана,Жаждет – наружу, сквозь темя, ростком лаванды…Мы через время утонем в цвету, сестрица.

Конец ознакомительного фрагмента.