Чтение онлайн

– Ну, мы же договорились встретиться, - вздрогнув, промямлил парень.

– Договорились мы о встрече на южной стороне города, а ты примчался к северной. Я не верю в совпадения. Не верю, - продолжала давить она, сменив улыбку на серьёзный взгляд.

Блондин заёрзал на месте, потупив взор, и девушка, поймавшая его на этом, вздохнула.

– Я позволил себе лишнего, прости. Я переживал, а потому воспользовался магией отслеживания. Я просто хотел убедится, что ты дойдёшь без проблем… Честно, - Раймонд выпалил всё и сразу, виновато смотря в пол.

Само собой, Окане не было это по нраву. Ей было противно то, что сказал сейчас старый друг, и благодаря этому признанию она поняла, какая между ними разница: никогда бы девушка и не подумала такого сделать.

– Раймонд, - она не знала, как его отругать и как ёмко выразить все свои чувства.
– Ладно. Пожалуйста, не делай так больше.

– Я больше не посмею, честно, - закивал головой «обвиняемый», на что Окане лишь поджала губы. Безусловно, она верила ему, вот только проверить чистоту слов не могла. Девушка не заметила его магии в тот момент, и это несколько напрягало: казалось, друг что-то скрывает от неё и сейчас.

Дверь дома хлопнула, оповещая о чьём-то возвращении, и, отбросив всякие подозрения, Окане моментально сорвалась с места, поспешив встретить хозяина дома.

– Мастер!

– Я дома, - хмуро произнёс тот, разуваясь.

– Как дядя Балам?

– Отлично. Тех двоих накажут, так что не переживай, - мужчина потрепал её по голове и повернулся к Раймонду.
– А теперь, пожалуй, займёмся тобой.

– Только не перебарщивай, - жалобно попросила девушка, предчувствуя непростой разговор.

– Как будто такое когда-то было, - забурчал Мастер в бороду.

– Лина.

– Ну, он-то не девчонка.

– Не девчонка, - подтвердил Раймонд.

– Значит, от пары вопросов с тобой ничего не случится, - усмехнулся учитель, занимая место Окане. Атмосфера на кухне была давящей: ещё свежо было в голове свидетельницы будущего диалога воспоминание о том, как Лина добрых пару часов ревела после допроса Мастера… Конечно, Раймонд реветь не станет, но видеть его расстроенным тоже очень не хотелось, и девушка поспешила налить Мастеру чай, чтобы хоть как-то постараться «разрядить» его настрой.

– Итак, продолжим наш прерванный разговор. Когда ты познакомился с моей дочерью?
– каждое слово «дознавателя» источало холод, оказывало давление. Он будто напирал одним лишь тембром голоса, но Раймонд всё игнорировал, мягко улыбаясь.

– В детдоме, - опередила Окане, и, сев рядом с ним, вступила в диалог.
– Он был тем, кто воспитал меня и других детей. Он учил нас, кормил, одевал!

– Ты тоже сделала многое, - парень легонько накрыл руку собеседницы своей.

– Вот значит как… И когда же произошло волшебное воссоединение старых друзей?
– Мастер хмурился и явно язвил.

– Совершенно недавно. Я встретил её на улице, и это было сродни чуду. Раньше я искал её по всем школам, но никто об Окане будто и не слышал. Чем больше я получал отрицательных результатов поиска, тем более боялся, что она умерла… И, если совсем уж честно, сегодня должна была случиться наша вторая встреча, - на этот раз Раймонд опередил подругу, и той оставалось лишь краснеть от того, как слащаво всё описывал «допрашиваемый». На первый взгляд, это даже сработало, и Мастер успокоился… Но только на первый взгляд. Она ошиблась, а мимолётное спокойствие было ничем иным, как затишьем перед бурей.

– Думаю, ты понимаешь, что Окане ещё несовершеннолетняя девочка, - завёл мужчина издалека.

– Мне самому всего семнадцать, - усмехнулся Раймонд. Он тоже ещё не подозревал, куда потянется нить разговора.

– Тем более. И, думаю, ты понимаешь, что отношения романтического характера…

Договорить ему не дало резкое восклицание ученицы, что стала за этот миг поистине пунцовой от возмущения.

– Мастер!

– Вам двоим рано переходить черту друзей. Ладно Окане, ведь ей пятнадцать, но тебе-то почти восемнадцать лет, и я знаю, как сложно в таком возрасте сдерживать себя…

– Учитель!
– девушка вскочила на ноги, злобно сверля мужчину взглядом, но даже это нисколько его не остановило.

– Как ты понимаешь, я не хочу…

– Отец!

Этот крик отчаяния был страшнее пощёчины, ведь так Мастера она называла крайне редко, и оба они прекрасно знали сокровенный смысл этого слова. В фиолетовых глазах возмущённой девушки читалось: «не смей, ты мне не отец» - и выражением именно этих слов взгляд и являлся. Мастер всё равно хотел было продолжить, но прежде, чем он произнёс хоть слово, Окане выскочила из-за стола и скрылась в своей комнате, демонстративно хлопнув дверью. Улыбка Раймонда спала.

– А просто попросить её выйти Вы не могли?
– спросил тот, отпивая чай.

– Тогда бы она подслушала нас. Ну что, поговорим теперь серьёзно?
– произнося это, Мастер усмехнулся. Ему было интересно наблюдать, как маска собеседника раскрошится от «серьёзного разговора».

– Если Вы всё ещё про наши отношения, то я лучше Вашего понимаю, что Окане не готова. Сейчас ей нужен друг и соратник; кто-то, кто бы её понимал. Но в момент, когда она задумается о любви, я буду рядом и буду готов к ухаживаниям, - спокойно ответил парень.

– Вот именно это меня в тебе и напрягает. Ты можешь стать тем, кто будет её тормозить. Не говоря уж о твоих грязных уловках… Окане наверное уже спросила, да? Ей наверняка было интересно, как ты её нашёл. Мне же можешь не объяснять, я не слепой, - мужчина внимательно смотрел в глаза парню; не с намерением запугать того, но постараться понять, что у него на уме.

– Вам этого не понять, - Раймонд усмехнулся, потирая большим пальцем чашку, - но я всё же объясню. Окане вас любит - даже это возмущённое «отец» было проявлением любви. Наша любовь с Окане отличается, от любви обычных детей. Нами движет страх потери. Когда-то нас выбросили, и с детства нам приходилось эту любовь зарабатывать, прикладывая больше усилий, нежели остальным, тем кто получал любовь с пелёнок, за так. Просто потому что они родились, их любили, а нас ненавидели. Для них мы - не более чем мусор, ведь за спиной у нас никого нет. Разве что редкие люди, добрые к нам, да мы сами. Мы есть друг у друга, и мы - семья. Конечно терять тех кого мы любим, не хотим. Окане боится этого больше всего. Она боится что вы бросите её, что не любите и потому держит дистанцию, обезличивая к вам обращения. Но вы должны понимать, для нее вы не учитель, а отец в первую очередь.