Сокрушение

«Опять то же самое!» — было первое, что она подумала.

Эта ель была как две капли воды похожа на ту, где они с Сореном появились на свет. Даже форма дупла, в котором мама с папой устроили гнездо, была такой же: в виде кривоватой буквы «о»!

Эглантина прекрасно осознавала, что спит, но сон ее был слишком похож на явь. Никогда раньше с ней не случалось ничего подобного! Это было так прекрасно, что не хотелось просыпаться.

«А что будет, если подлететь поближе и сунуть клюв внутрь? Вдруг это дупло изнутри еще больше похоже на настоящее? А что, если мама с папой все еще там?»

Глаукс, прошла целая вечность с тех пор, как она в последний раз видела своих родителей! Сорен сказал, что их нет в живых. Он видел их скрумы (души умерших сов). Эглантина сама едва не умерла, когда услышала об этом. Вот и сейчас, во сне, в ушах у нее вновь зазвучали слова того ужасного разговора:

— Ты видел их скрумы? Значит, они умерли, да, Сорен?

— Да, Эглантина, и мы с тобой уже ничего не можем изменить.

А потом Сумрак произнес свой страшный приговор:

— Умерли — значит умерли. «Умерли — значит умерли».

Эти слова кружили над ней, словно стая ворон, готовых к нападению.

— Умерли — НЕ ЗНАЧИТ умерли! — закричала во сне Эглантина. — Умерли — НЕ ЗНАЧИТ умерли!

— Проснись, Эглантина! Просыпайся! — Примула, лучшая подруга Эглантины, яростно трясла спящую за крыло. — Тебе приснился кошмар!

— Ради Глаукса, пусть она еще поспит! — возразила Рыжуха, новая соседка подружек.

Рыжуха была из тех сипух, что напали на остров в прошлом году. Это была ужасная осада. Рыжуха была ранена в бою, но после выздоровления отказалась возвращаться к Чистым, решив навсегда поселиться на Великом Древе. Разумеется, ее не спешили допускать к обучению рыцарским навыкам. В таком деле лучше было не торопить события.

Пока Рыжуха поправлялась, Эглантина взяла раненую под свое крыло и практически заменила ей старшую сестру. За это время совы очень сблизились, но все-таки лучшей подругой Эглантины по-прежнему оставалась Примула.

— Пусть поспит?! — возмущенно повернулась к рыжеватой сипухе Примула. — Ей снится кошмар!

Рыжуха еле заметно вздохнула и ответила:

— Она просто устала. Ей нужен сон — пусть даже кошмарный.

Внезапно Эглантина распахнула глаза.

— Ради Глаукса, зачем вы меня тормошите? Мне снился такой прекрасный сон!

— Прекрасный сон?! «С ума она сошла, что ли?» — подумала про себя Примула. — Да ты орала во всю глотку о каких-то мертвых или не мертвых!

Эглантина смущенно моргнула и взъерошила перья.

— Неправда! — огрызнулась она. — Мне снился чудесный сон, я видела свое родное дупло в старой ели, в царстве Тито, где мы с Сореном когда-то жили с родителями! Я как раз хотела заглянуть внутрь… Вот-вот должно было произойти что-то чудесное, и тут ты принялась меня трясти! — Эглантина хмуро взглянула на подругу.

Повисла неприятная пауза.

Рыжуха, сделав вид, будто ее нисколько не интересует этот разговор, принялась напевать колыбельную, которой научила ее Эглантина.

Теперь пришла очередь Примулы изумленно моргать. Она недоуменно уставилась на Эглантину. В подруге определенно произошли какие-то изменения.

«Она стала словно другой, — подумала Примула. — Или мне только кажется? Ну конечно кажется! А вдруг она больше не хочет со мной дружить?»

Этого ей не вынести! Нет, Примула даже представить такого не могла! Они с Эглантиной были лучшими подругами. Они были вместе с той самой ночи, когда Эглантину спасли патрули Га'Хуула. Примула лично принимала участие в той спасательной операции, разве можно такое забыть?

Саму Примулу, как и большинство совят на Великом Древе, тоже спасли Ночные Стражи.

Она потеряла семью во время страшного пожара, разразившегося в лесу Серебристой Мглы. За считаные минуты ее дупло, ее родной лес, ее родители и даже яйца с будущими братишками и сестренками были уничтожены огнем.

Ночные стражи чудом выходили Примулу и перенесли ее на остров, где она обрела семью в лице воинов Хуула, и дружба с Эглантиной стала чуть ли не самым главным залогом этого нового счастья.

Пусть Примула была щуплым воробьиным сычиком, едва заметным рядом с рослой сипухой Эглантиной, — это не имело никакого значения! У подруг было много общего, они почти на все в жизни смотрели одинаково и чудесно дополняли друг друга. Нет, никогда ей не найти подругу лучше Эглантины!

— Прости, — пробормотала Примула. — Мне ужасно жаль, что я не дала тебе досмотреть этот чудесный сон. Просто мне показалось, что это был кошмар. Я не могла вынести твоих криков.

— Все в порядке, Примула, не волнуйся! Я знаю, что ты хотела мне добра, — ласково прошептала Эглантина и повторила: — Не волнуйся. Сейчас я снова усну и досмотрю свой чудный сон.

Легко сказать — не волнуйся!

Через несколько минут наступят сумерки, потекут таинственные секунды между последней минутой дня и первой минутой вечера. Чудесное время, особенно сейчас, летом.

Солнце уже начало опускаться, окрашивая небо изысканными оттенками лилового цвета. Нежный розовый свет пропитывал каждый листок, каждую травинку, весь мир сиял особой, неповторимой красотой.

Примула вылетела из дупла, села на ветку и стала молча наблюдать, как любимый остров медленно преображается под лучами света.