Чтение онлайн

Она могла бы вспомнить других, кто так же подходил бы друг другу — их родителей, например, — но никого лучше. Она была удивлена и обрадована, увидев, что ее дочь наконец поняла это.

Когда Леиф подошел к ней и Вали, он все еще держал Ольгу за руку. Они не расставались с тех пор, как ее подруга появилась на берегу. Бренна понимала эту необходимость. После всепоглощающего страха и неуверенности, которые она испытывала, спрашивая себя, живы ли ее дети, мысль о разлуке была невыносима.

Однако теперь, когда Леиф присел перед ними на корточки, он, наконец, отпустил свою жену. Улыбнувшись своим друзьям, она подошла к Магни и Сольвейг и села с ними. Ольга поняла, что Леиф хотел поговорить с ними наедине.

Вали поставил Хеллу на ноги и подтолкнул ее и Тову к группе, состоящей из Ольги, Сольвейг и Магни. Бренна не сводила с них глаз, пока они шли.

— В Гетланд на рассвете, — сказал Вали, когда дети ушли. — Мы уничтожим этого узурпатора и всех, кто сражался вместе с ним, чтобы отнять наши дома.

Бренна была ошеломлена, когда Леиф покачал головой.

— У него полторы тысячи человек в Гетланде, Вали. Более чем в три раза больше, чем нас. Элоф сказал, что многие из моего народа не присягнули ему, и он перерезал их, как собак. Женщины и мужчины, фермеры и ремесленники. Он сидит в своем кресле и ждет нас. Мы не победим его. Не сейчас. Сундуки с золотом — это не оружие.

— Ты хочешь, чтобы мы прятались здесь, как деревенские мыши? Может, мне взять в руки сети и научиться ловить рыбу? Нет! — Вали ударил себя кулаком по бедру.

Бренна положила руку на ногу мужа. Ее собственная жажда битвы поубавилась с возрастом и по мере того, как она воспитывала своих детей. В разгар боя она чувствовала себя заряженной и сильной, как никогда, но после приходила усталость. Гибель Илвы и страх за Агнара, Тову и Хеллу измучили ее. Она не хотела больше терять детей. Если у Леифа был другой способ, она хотела бы его услышать.

— Вали. Дай ему высказаться.

Леиф обратил свое внимание на нее.

— В моем плане тоже есть риски. Но выслушай меня. Мы отплываем. На Меркурию. И мы просим наших друзей о помощи. Леофрик объединил большую часть Англии под своим знаменем и собрал могучую армию. — Он снова встретился взглядом с Вали. — С такими силами за спиной мы похороним Толлака. Он будет пылинкой у наших ног. И тогда мы с тобой заявим права на два более крупных владения, и никто не встанет между нами. А когда мы уйдем в Валгаллу, Магни и Сольвейг объединят все это. И только тогда на нашей земле воцарится единство.

— Сейчас уже конец сезона. Мы не успеем вернуться до зимы.

Бренна поняла, что план заинтересовал Вали; он рассматривал уже конкретные пункты, а не сам план. Он уже признал его ценность.

— Ты хочешь сказать, что мы останемся на зиму в Меркурии, — сказала Бренна, поняв весь план в целом. — Чтобы отплыть, когда погода снова станет теплой.

Леиф кивнул.

— Зима здесь будет суровой. У нас есть золото, но его некуда потратить. Наши запасы истощились из-за путешествия во Франкию. Те, кому удалось спастись, принесли с собой совсем немного. Мы отправимся в более теплый мир, проведем зиму с нашими друзьями и семьями в Норшире. Когда снова наступит лето, мы будем сильными, отдохнувшими и хорошо подготовленными. — Злобная усмешка исказила лицо Леифа. Она никогда раньше не видела у него такого выражения лица. — Мне нужна сила, которая заполнит гавань. Я хочу, чтобы Толлак обмочился от страха, когда мы приплывем к нему.

— оОо~

Решение было быстро принято и согласовано. Они отплывут на Меркурию со всей возможной поспешностью и проведут зиму, собирая силы, которые уничтожат Толлака и на долгие годы удержат других от безрассудства нападения на ярла Леифа или ярла Вали.

Деревня была слишком мала, чтобы вместить беженцев из Гетланда и Карлсы, и, конечно же, в ней не было места для сотен потрясенных и усталых налетчиков, высадившихся на берег. Жители Гетланда разбили лагерь на окраине деревни, и налетчики расширили его.

Скейды едва смогли принять беженцев, пожелавших присоединиться. Примерно половина из пришедших решила отплыть, большинство подумывало обосноваться в Норшире и начать все сначала.

В плане Леифа было много рисков. Выходить в море в конец сезона было опасно, особенно при таком длительном плавании. Моря и небеса были наиболее бурными на пороге зимы, когда тепло и холод боролись в облаках. В этом путешествии будут дети, женщины и мужчины, которые не обучены плаванию под парусом. Если они поддадутся во время шторма панике, то могут подвергнуть опасности всех находящихся на борту.

Но Леиф был прав. Это был их лучший вариант и, вероятно, единственный, который вернул бы им их дома. Так что опасности того стоили.

Им потребуется два дня, чтобы произвести ремонт, необходимый скейдам после Франкии, и пополнить запасы провизии, насколько это возможно. Два дня. И потом они поплывут навстречу своему спасению или смерти.

Вали устроился на меху позади Бренны и обнял ее за талию своей мускулистой рукой. От него пахло медом; они с Леифом и Ульвом проговорили далеко за полночь.

— Я думал, ты спишь, любовь моя.

Она подняла его руку и прижалась губами к костяшкам пальцев.

— Размышляю. Вали, ты устал от крови?

Он осторожно потянул ее, и она перевернулась на спину и посмотрела на него снизу вверх. Костер все еще горел в центре деревни, и несколько факелов все еще были зажжены. Свет достиг их лагеря и мягко осветил его лицо.

Он провел кончиками пальцев по ее щеке.

— Ты имеешь в виду битвы? — Когда она кивнула, он ответил: — Нет. А ты?

Удивление заострило его вопрос до предела. Бренна и сама была удивлена, и одновременно нет. Ее страсть к сражениям ослабла с момента рождения Сольвейг, постепенно уменьшаясь, пока она не начала ощущать ее внутри. Со смертью Илвы от нее словно отвалился большой кусок.

— Я бы хотела, чтобы наши дети познали мир.

— Они знают, что такое мир, Бренна. Они всегда знали мир, любовь и утешение. До сих пор в доме, который мы построили, царил мир. Мы сами ищем битву. Она нас не находит.