Чтение онлайн

— Если он будет со мной плохо обращаться, унижать или избивать, то я утоплюсь или повешусь, — твердо решила она про себя и, высушив слезы, обратилась к возвратившейся на командный пункт Урсуле с просьбой, чтобы она "отвела ее к Хозяину".

Перемена, произошедшая в общественном статусе Даши, Павлова сильно огорчила, хотя он понимал, что обращение в гермегону, это — максимальная уступка, на которую могла пойти Агата. В худшем случае Дашу отвезли бы в "факторию", с целью последующей продажи, а, если бы, о ее происхождении узнали старейшины, то запросто бы приказали утопить или задушить. Павлов твердо пообещал Даше, что он и его жена Медвяная Роса будут заботиться о ней, как о родной сестре, и не дадут ее в обиду никому.

Когда на небо высыпали звезды, Клара и Соломка в соответствии с графиком-расписанием караульной службы отправились на наблюдательный пост на Верблюжьей горе, поэтому Павлов и Даша могли спокойно общаться по-русски. Павлов доходчиво объяснил ей, что она попала в доисторические времена и в настоящее время ее жизнь, буквально, висит на волоске. Однако, все не так плохо, потому что орланды — не каннибалы и даже не язычники, а все равно, что древние греки и иудеи в одном флаконе.

Даша оживилась и стала задавать ему вопросы об укладе хозяйственной жизни, здешнем климате, флоре и фауне. Ее интерес оказался не случаен: она два года проучилась на историческом факультете Новосибирского государственного университета и что-то смогла усвоить из курса всеобщей и отечественной истории.

Приблизительно в полночь в шатер к Павлову и к Даше пожаловала Урсула. Она принесла с собой большую кожаную флягу с медовухой, которую выклянчила у Старой Ядвиги. В отряде воинов орландов существовал строгий "сухой закон". Воинам и ученицам дозволялось употреблять только пиво, да и то в особенных случаях, например, при холодной и ненастной погоде, а также для подкрепления сил раненых и простуженных.

— Давай, братец, выпьем по случаю завершения нашего героического похода, да и Дашюте хорошая медовуха, я думаю, не повредит, — обратилась Урсула к Павлову с предложением о нарушении воинской дисциплины.

Павлов не возражал, хотя требования устава в данном случае распространялись и на него. Они начали опорожнять флягу, пустив ее по кругу. Крепкая медовуха ударила по мозгам и разнеслась по кровотоку так быстро, что они захмелели, еще и не осушив половину емкости.

Даша призналась, что никогда в жизни не пробовала напитка более вкусного. У Павлова было такое же мнение. Урсула рассказала о своем новом назначении, которое имело некоторые приятные стороны, например, возможность каждый день видеть своих родственников и знакомых. Они разговаривали вполголоса, чтобы не привлекать к себе внимания. Даша, всхлипывая, начала жаловалась на свою злосчастную судьбу, а Урсула, как могла, стала ее успокаивать. Потом Павлов заметил, что его боевая подруга и подаренная ему рабыня оказывают друг другу очень уж подозрительно нежные знаки внимания, но не рассердился, а посоветовал им перебраться в шалаш к Урсуле, чтобы продолжить без свидетелей свои "амазонские забавы".

— Ты, правда, на меня не сердишься? — спросила его Урсула, чмокнув на прощание в щеку.

— Иди ты в пень, милая! — засмеялся Павлов и признался, что его так развезло, что кроме сна он больше не о чем не мечтает. И они ушли, оставив его одного.

……………………………………………………………………………………………………..

Толемей-хан сидел возле своего шатра и на листе пергамента при свете костра записывал свои впечатления от недавней встречи с Верховным вождем орландов Гонорием по прозвищу Тигриное сердце:

"… На его щеке вытатуирована зигзагообразная линия — символ молнии, а на мочке одного уха висит маленький блестящий камушек. Этот человек известен, как угрюмый, но решительный и храбрый боец, который сам не просит пощады в бою, но и не щадит своих врагов. На его счету несколько великолепно спланированных карательных акций против кайяпо, с которыми орланды сейчас живут в мире, но еще пять лет тому назад воевали за охотничьи угодья, расположенные по течению реки Ипуть севернее Долгого острова. Люди из племени кайяпо, с которыми я разговаривал в лагере беженцев, утверждают, что Гонорий обладает необычайной колдовской силой, принесшей орландам успех на той многолетней войне.

Сегодня мне опять пришлось держать в руках оружие, которым, как гласят легенды, умели пользоваться наши далекие предки. Образец "шайтан агни кирдык" раздобыла Урсула-воительница, убив его владельца метким выстрелом из лука. Кто был сей человек, никому неизвестно. Может он прибыл в Забайкалье из далекой страны на севере, где никогда не заходит солнце?

Я прочистил металлическую трубу "шайтан агни кирдык" холщевой тряпкой, которая после этого стала черной, как уголь, едкой, как селитра и запахла серой. Из этого я делаю вывод: уголь, сера и селитра могут входить в состав воспламеняющегося вещества, которое, мгновенно сгорая, толкает с огромной скоростью по металлической трубе круглые камни или свинцовые шарики. Я очень сочувствую храброму юноше Тибулу из племени орландов, получившим таким снарядом ужасную рану в левое предплечье и искренне молюсь за его скорейшее выздоровление".

Примечание к главе 4-й:

(1) Судя по описанию, Павлов предстал перед Маат — древнеегипетской богиней Правды и Справедливости.

(2) Андрогин — мифическое существо, символизирующее мировую гармонию. В нем происходит соединение противоположных принципов: мужского и женского, активного и пассивного, материального и духовного, космоса и хаоса, неба и земли. В мифах африканского племени догонов утверждается, что каждый человек изначально рождается с двумя душами — женской и мужской — а затем развивается в ту или иную сторону. Окончательный этап этого развития наступает по достижении полового созревания, когда жрецы с помощью обрезания удаляют у мужчин остатки женской души, а у женщин — остатки мужской.

— Итак, господа программисты подведем неутешительные итоги: в результате проявленной кое-кем инициативы один хронопутешественник убит, а двое других скрылись в неизвестном направлении, — мрачно прокомментировал прочитанную новеллу Антон Шлыков.

— Откуда мы могли знать, что у этого парня, убитого Урсулой, не выдержат нервы? — как мог, оправдывался Галыгин.

— Действие стремительно приближается к финалу. И следующий покойник, благодаря нашему неумному вмешательству, наверняка, будет Павлов, — убежденно заявил Шлыков.

— Почему ты так думаешь? — удивился Галыгин.

Его коллега показал свою голову из-за ЖК-монитора, выразительно покрутил указательным пальцем в области правой височной доли и произнес следующее:

— В окрестностях Лопарского водопада произошли невероятные события. Договориться о том, как им правдоподобно врать, Павлов и Урсула не смогли. Да еще нежелательных свидетелей вроде Даши Вороновой за собой на Красные Камни притащили. И, притом, заметьте, по версии мистера Прога, орланды — не дикари, а организованное сообщество, то есть социум, который за триста лет своего существования смог адаптироваться к вызовам внешней среды. Эти люди в экономическом, социальном и бытовом отношении хорошо устроены, и не намерены верить никому на слово. У них демократия в хорошем смысле этого слова, и они мигом в случае разногласий по поводу действий или бездействия своих вооруженных сил проведут объективное расследование, например, создадут парламентскую комиссию под председательством тов. Колывана. Вот, тогда, Павлов, держись!