Чтение онлайн

Он чувствовал, что Агата неподалёку, но не предполагал увидеть её под руку с Лирой в этом вертепе. Дети иногда появлялись в трактире, чтобы выторговать дешёвое пойло для занятых делами взрослых, а порой и для себя. Их не обижали, хотя шуточки и руки тянулись к юным девушкам — одной из которых понемногу становилась принцесса, — со всех сторон. Эрид сидел в капюшоне, в самом тёмном углу, но Агату передёрнуло, едва она посмотрела в его сторону. Взгляд скользнул по столику, по лицу, и переместился вдоль стены. Она не узнала его, или сделала вид. Прихватив четыре бутылки с напитком, похожим на ржавую воду, они с подругой поспешили к двери, не обращая внимания на шутки и комплименты подвыпивших посетителей. Впрочем, Лира порывалась отвечать и огрызаться, ей хотелось покрасоваться перед всеми, но Агата упрямо тащила её к выходу.

Эрид узнал её с первого взгляда, хотя в глазах принцессы были голубые линзы, а золотые косы она обрезала и перекрасила. Одежда её высочества сделала бы честь любому бездомному Йэра. Ей бы в таком костюме, да на торжественный приём — глядишь, и трон сам по себе перейдёт к другому кандидату.

Через маленькое закопчённое окошко оборотень проследил за тем, как две тонкие фигурки пересекли двор и направились к смутно знакомой кляче, за которой угадывался силуэт кибитки. Если бы кто-то посмел к ним пристать, его бы ждал неприятный сюрприз — в случае чего дракон готов был сжечь весь трактир и ближайшие окрестности. Но этого не потребовалось. Караван повозок двинулся в путь, увозя с собой клоунов, танцовщиц, факиров и акробатов. А заодно — наследную принцессу.

Она ведь была их гвоздём программы.

Агата забавлялась свободной жизнью, пока королева её не нашла. Девчонка первым делом обвинила дракона в том, что он её предал. Он бы удивился другой реакции.

Планы Сиены он знал. Казнь казалась единственным выходом, но всё-таки слишком жестоким. Иногда разумное решение можно заменить менее эффективным, но более гуманным, только вот Сиена не одобряла полумер. Услышав, что приютившую её семью цирковых акробатов ждёт виселица, принцесса закатила истерику, но мать и глазом не моргнула. Её величество брезгливо разглядывало гардероб наследницы — с таким видом, будто подобный внешний вид не меньшее преступление, чем всё остальное. Она уже решила удивить подданных и оставить жизнь Лире. В самом деле в ней заговорило милосердие, или просто надоело называться Железной королевой? В любом случае, ни оборотень, ни торитт ещё не знали об этом, они думали, что Лира обречена, как и её опекуны.

Королева ушла. Горе размазало Агату по стенке, из фальшиво голубых глаз катились слёзы. Точнее, один уже был золотым — кто-то заставил девочку вынуть линзу. Маленький, забитый зверёк. Ему обкорнали волосы, нарядили пугалом, позволили побегать на свободе, а после снова загнали в клетку. И собирались убить у него на глазах родную стаю. Агата по-настоящему была в отчаянии, ей было плохо — так плохо, что Эрид и сам чуть не падал без сил. Он не сочувствовал ей, разве что бедным артистам. Но почему-то боялся, что ещё немного, и принцесса задохнётся в собственных рыданиях, и не хотел, чтобы фрейлины и слуги увидели её в таком виде. Как всегда, боялся за неё, однако совсем не сочувствовал.

Потом всё шло в замедленном режиме. Дым растворялся в тумане, воспоминания мешались с болью. Отчётливой осталась лишь ярость.

Сиена решила, что возраст не принципиален, и направила мятежную принцессу на Чёрные острова на год раньше положенного — закалять характер и ум. Удачное решение, девочке следовало покинуть замок, а не то воспоминания сожрали бы её душу. Ей была необходима передышка, пусть даже в таком своеобразном виде. Сожалений и так накопилось слишком много, и не только у неё одной.

Итак, она уехала, дракон остался. Чтобы детально ознакомиться с жизнью в королевской темнице.

Заточение — мир разделился на «до» и «после». Разные действия привели к этому, каждое из них заслуживало называться переломным моментом. Но только тюрьма по-настоящему изменила Эрида. Будут ли в его жизни ещё происшествия, подобные по силе этим — убийства, потери, встречи? Хоть что-нибудь, способное затмить полгода за ржавой решёткой.

После казни артистов его окольными путями спровадили в темницу. Пришлось разыграть целое представление, и это оставило неприятный осадок, напоминая о повешенных артистах. Но посторонние не должны были знать, что он отбывает наказание.

Королева пожалела Лиру — эту маленькую акробатку с мельницей вместо мозгов. Сорвиголова, она похожа на Агату, только у циркачки не было тормозящих механизмов вроде воспитания и титула. Конечно же, они подружились, принцесса только и ждала, когда появится кто-то, кто не будет противиться её грандиозным планам и мечтам. Со временем Лира могла вырасти в новую Варгу. Или нет: драконша была слишком агрессивной и циничной, как и всё их племя. Теперь бывшую подругу Агаты ждёт вечный страх за свою жизнь и воспоминания о близких, которых она потеряла по милости принцессы. Королева проявила несвойственное ей милосердие, помиловав её, но вряд ли задумывалась о том, что девочка не будет благодарна. Скорее всего, Лира предпочла бы быть повешенной вместе с опекунами.

Во время казни Агата стояла белая как свежий снег. Эрид подозревал, что ей дали какое-нибудь средство, притупляющее чувства. Не ради того, чтобы избавить от боли, а чтобы наследница не натворила новых глупостей. В его обязанности, — как и в обязанности короля, — также входило предупреждать любое неадекватное действие со стороны принцессы.

Когда Лира закричала, Агата чуть не кинулась на плаху, но сдержала порыв. Эта девчонка могла владеть собой, если действительно хотела. К этому стоит добавить шок и снадобье. Когда всё закончилось, их пути с принцессой разошлись. Её увели зализывать раны и готовится к отбытию на Чёрные острова. Это обставили как нечто само собой разумеющееся, хотя отправиться к магам девочка должна была не ранее, чем через год. А вот самому Эриду, после ещё нескольких дней заточения, королева поручила демонстративно вылететь из замка — так, чтобы все видели, и думали, что на время отсутствия торитт дракон будет где-то прохлаждаться. Так бы оно и было, но Сиена приказала оборотню вернуться в замок, и не на крыльях, а на своих двоих — приложив все усилия, чтобы его не узнали.

Смешно, но оборотню дали денег на дорогу. Транспорт он раздобыл самостоятельно, наняв летающую «рыбу», достал и бурый плащ с капюшоном. Достаточно было заменить этим балахоном чёрную кожу, опустить голову и вести себя тише воды и ниже травы, и больше ничего не потребовалось, чтобы при въезде в Йэр его не признали. А возле дворца уже потирали руки тюремщики.

Он не посмел нарушить слово, данное королеве и поступил в точности, как она предписала. Так, в древности, знатные осуждённые выпивали присланный сенатом яд — добровольно, без охраны и палачей.

Агата была уже далеко, а королева не изъявила желания видеть «змеиное отродье», как в скором времени наречёт его комендант темницы — вечно пьяный и потому бесстрашный. Его подчинённые были сдержаннее на язык, потому как понимали, что этот узник здесь на временном постое и, хоть условия его содержания суровы, но обращаться с королевским драконом следует соответственно его статусу.

Скрипнули решётки, лязгнули запоры. И понеслось, как когда-то, несколько лет назад. Отличие лишь в том, что тогда заточение длилось от силы два месяца, и было целиком и полностью заслугой Эрида — торитт к этому не приложила руку. За небольшой отрезок времени его вымотало так, что после освобождения дракону казалось, что его избивали целыми сутками. Но тогда он знал, чем рискует и сам нарвался по молодости лет. Теперь… А что теперь? Вместо дерзости пришло опустошение, срок наказания вырос в несколько раз, а преступление было таким, что от пролитой крови не отмыться вовек — ни дракону, ни маленькой принцессе. Каждый из них всю жизнь будет прятать клеймо убийцы за улыбками, остротами и равнодушием.