Солнечные
Шрифт:
Чтобы остановить дикий балаган, жених принялся ловить ее ноги. А она взялась за подушки – и вскоре тому пришлось ломать целую пирамиду, чтоб оказаться на свободе. От гвалта и невидимой пыли жениху показалось, что он задыхается.
– Не дикарка! Превосходная красотка! – сдался он.
Невеста плюхнулась рядом, запыхавшаяся, но довольная. Международный конфликт исчерпан. Разногласия – тоже.
Однако желания заняться сексом…его так и не появившись, оно вовсе исчезло за горизонтом. Она чувствовала, что не хочет близости с потомком Романовых – и точка…
Навернулись слезы… Это так неожиданно…Господи, что делать…
– Я не подозревал, что ты заводишься при одном лишь упоминании о законе!
Этот укол самолюбию она уже не смогла выдержать. Настроение быстро вернулось в норму.
– Да! Я завелась с пол оборота и сейчас объявлю стране о своем отказе. Да-да – стоит мне только захотеть! Отменят все торжества и ритуалы, вынут грандиозный поздравительный торт из грандиозной печки. Салаты оливье скормят барракуде! Селедки под шубой – маракуйе!
– Не говори так! Приказываю!
Она вскочила с постели да вдруг стукнулась обо что-то невидимое…Больно-пребольно аж искры посыпались из глаз…
Упс. Она вспомнила!.. Совсем недавно, может, всего полчаса назад – ей привелось ощутить тот же самый удар. Удар тараканьего уса… Что было дальше – она не помнит. Какое-то затмение…Неужели привиделось?
Мария огляделась и вдруг увидела на консоли странную антенну, висящую зачем-то самым странным образом. Да и консоль при ближайшем рассмотрении оказалась специфической формы – такой кочергой, какой заворачивались усы у гигантских тараканов ближе к их ужасной малюсенькой голове.
– Ус! – закричала она, – Может быть, он где-то здесь?..
Но Принц, зарывшийся в подушки, не хотел ничего видеть и знать, кроме открывшейся «вдруг» возможности остаться не у дел…
– О женщины, вам имя вероломство…Я отказался от своего имени…а брак так быстро рассыпался?! Проклятая старуха!
Воспоминание Принцессы о таракане сразу выветрилось из головы.
– Но-но, полегче на поворотах!
– Не о тебе речь… – сдавленно проорал Принц из-под подушек. – Драная Полярис нагадала моей матери, что под именем Арнольд я буду иметь недолговечный брак! Старуха Полярис сказала: «Тот, что под именем Арнольд, фуфло. Зато брак под именем Георг должен стать крепким».
– Так вот почему при помолвке ты был Арнольдом, а сейчас Георг! Нет ничего тайного, как говорится…
– Кому нужны печеньки вначале, а потом дерьмо? Моя родня решила обхитрить судьбу Арнольда, сменив его на второе имя Георг. Кумекаешь, моя кисонька?
– Да и я – Мария-Элиза. Значит, там, где меня знают под именем Элиза, я могу не вспоминать о нашем браке… Два имени – две судьбы…
Принц ухмыльнулся.
– Веди. У меня будет повод самостоятельно воспитывать своих детей.
– Наших!
– Моих. Без твоей помощи. Запомнила, принцес-с? Разумеется, после европейского суда.
С этими словами жених отцепил от альковного полога сапфировую брошь и отделил от нее миниатюрный диктофон. Включил.
– «…под именем Элиза я смогу вести себя совершенно свободно, не вспоминая о нашем браке…», – услышала Мария свой собственный голос.
– Ну вот и всё готово, – сказал Принц, помещая дискетку диктофона в секретную пустоту нательного креста.
У невесты слова застряли в горле. Такой взгляд на перспективу отношений испугал её. Он переиграет ее. Он обдуманно и предусмотрительно шваркнет её об асфальт. Она в ловушке.
– Объясни, если несложно, неразумным… – проговорила она тихо. – Зачем ты такой со мной – рассудочный…бессердечный?..
– Объяснять?.. Разумные и так поймут, неразумным знать бесполезно.
Марию словно парализовало.
Неужели это тот самый мальчик, с которым они выиграли соревнования по синхронному сёрфингу? Неужели это тот молодой человек, с которым полтора года назад была заключена помолвка? Правда, под другим именем. И правда, она её фактически расторгла, сбежав от родителей на Эшби, сама того не ведая, подыграв старухе Полярис…
В воображении чередой пробежали образы эшбианских девушек – и подлинные качества «безупречных» женихов в первые дни замужней жизни…
– «Сулма, подай чашку!» «Ребенок на руках…» «Ты жена! Ты слышишь, что я сказал? Иначе…»
– «Мать говорила, чтоб я была послушной». «Хорошо говорила. Включай голову, птица вареная!..»
Мария, прижав руки к лицу, чтоб не видеть вызванные памятью образы, закаталась по ложу. Но вдруг замерла:
– Что делают тут эти овцы! – истошно вопил Принц. – Вон из царской опочивальни!
Мария не верила своим глазам: через спальню шел караван верблюдов…
Неведомо каким образом материализуясь в темном углу спальни за кучей подаренных шмоток, они двигались к французскому окну Спальной башни, которые почти до пола. Ныряли в него, как в прорубь…И слышался лай собаки – откуда-то снизу.
«Песик Керима затянул за собой верблюда, а затем под лед ушел весь караван…» – вспомнила она.
Внезапно безумный поток жертв знакомой ей многовековой легенды прекратился. Замигали, словно свечи на сквозняке, светильники. В краткий миг стало темнее. Стена в удаленном углу спальной залы будто покрылась рябью. Через мгновение она стала шероховатой и седой, как от инея. Потянуло жаром и дымом от тлеющего костра…
Из тумана дымовой завесы выступил человек, облаченный в теплую походную одежду.
Мария уже по силуэту узнала, кто это, и бросилась навстречу, попутно радуясь, что невидимая стена не стукнула ее и не откинула назад.
Магия темпорального пузыря в действии! И она знала, кто запустил её!
– Суперпозиция! – радостно закричала она и повисла на шее крестного.
– Похоже на то, – рассмеялся Кремень обнимая крестницу. – Моя классная ученица!
Он ещё что-то хотел сказать, да и она тоже. Но просто застыли, взявшись за руки и глядя в глаза друг другу.