Солнечный рисунок
Шрифт:
— Скорее, настырность и упрямство, — буркнул Хендерсон, — Простите, что перебиваю.
— Наши достоинства являются продолжением наших недостатков, — скромно заметил я.
— Равно, как и верно обратное утверждение, — поставил точку в дискуссии мистер Майкрофт Холмс. — Кроме того, у вас есть чутьё и хватка настоящей полицейской ищейки.
Он отхлебнул ещё чаю.
— Вам не тесно в рамках обязанностей простого полицейского детектива? — внезапно спросил замминистра.
— Вакансии инспектора пока все заняты, сэр, — дипломатично заметил я, — Приходится довольствоваться имеющимся.
— Мне кажется, вам непросто уживаться с начальством, Джордж. И в Лидсе, и здесь…
— Мистер Холмс, не хотелось бы обсуждать подобные вопросы в присутствии сэра Эдмунда, — тут же среагировал я.
Хендерсон хрюкнул в чашку с чаем и едва не подавился.
— Хотите большей свободы и независимости? — слегка подался вперёд заместитель министра.
Я развёл руками.
— Кто ж этого не хочет… Хороший зачин, но какова будет плата за него?
— Джорджу Лестрейду на время придётся исчезнуть. Вместо него появится…
Холмс положил на стол паспорт.
— Вот… Можете на него взглянуть.
Я с любопытством развернул документ. Описание внешности — соответствовало, но вот имя… имя…
— Бонд? Джеймс Бонд? — я с трудом верил своим глазам.
— Не лучше и не хуже других имён, мистер Лестрейд. К тому же не просто Бонд, а командер флота её величества.
— А почему не Лестрейд… Джордж Лестрейд? — с трудом сдерживая ухмылку, поинтересовался я.
— Я доверяю вам, мистер Лестрейд, поэтому могу сказать. Речь идёт про секретную службу.
— Секретную службу? — возбуждённо подался вперёд Хендерсон. — Никогда о такой не слышал, господин замминистра.
Холмс спокойно посмотрел на него и пояснил:
— А вы и не могли о ней слышать. Она пока ещё в проекте. В рамках нашего министерства.
— Могу я узнать, чем собственно будет заниматься эта новая служба? — спросил я.
— Конечно. У Британии много врагов, но бог на нашей стороне. Там, где не справляются дипломаты и ещё рано пускать в ход военных, будут действовать такие люди как вы: ловкие, умные, хитрые смелые…
— И беспринципные?
— Смотрите в корень, мистер Лестрейд… Да, в чём-то вам придётся поступиться, как будущему агенту. Но всё это ради благого дела — процветания нашей империи. Оно того стоит…
Я уныло вздохнул, и тогда Холмс решил зайти с других козырей.
— Вы любите путешествия, Джордж? Представьте только, весь мир будет открыт для вас, а за вашими плечами будет стоять вся мощь империи! — патетично воскликнул он
Я с трудом подавил эмоции. Вот ещё не хватало — лезть во всю эту шпионскую кухню, и помогать наглосаксам ковать мировое господство… Учитывая, сколько пакостей эта камарилья натворила моей стране… Увольте покорно.
— Мистер Холмс, — прошлая жизнь научила меня не рубить с плеча и не поддаваться первым импульсам, — я предпочитаю служить своей стране не с плащом и кинжалом, а с наручниками и полицейской дубинкой. К тому же я ни бельмеса не смыслю в политике, но готов помогать простым людям. Так что простите меня, покорно, но мой ответ отрицательный.
— Мистер Лестрейд, вы уверены в своём решении? Второго шанса у вас не будет…
— Да, я уверен. Может, из меня получился неплохой полицейский, но шпионом я буду никудышным.
— Жаль… Очень жаль… Вы себя недооцениваете, Лестрейд.
Хозяин кабинета задумчиво выбил дробь пальцами по столешнице.
— Я такой как есть, господин замминстра.
— Соглашайтесь, Лестрейд, — вкрадчиво произнёс мой непосредственный шеф. — Такие предложения бывают только раз в жизни.
— Вы так хотите избавиться от меня? — улыбнулся я.
Вместо ответа на мой вопрос, Хендерсон улыбнулся.
— Мистер Холмс, вы слышали, что говорит мой сотрудник. Да и мне не очень бы хотелось его терять. Несмотря на некоторые недостатки, мистер Лестрейд точно находится на своём месте. Скотланд-Ярду в кои-то веки повезло.
— Мистер Холмс, — я решил ковать железо пока горячо — когда ещё будет возможность побеседовать непосредственно со вторым человеком в министерстве внутренних дел?
— Вижу, вас мучает какой-то вопрос? — осведомился замминстра.
Его, конечно, задел мой отказ, но он удачно скрывал это от посторонних.
— Так точно. Недавно, по делам службы, я столкнулся с деятельность отдельных представителей клуба гуронов…
— Лестрейд! — Хендерсон аж взметнулся в соседнем кресле, едва не расплескав чай.
— Не горячитесь, сэр Эдмунд, — Майкрофт в примирительном жесте вытянул ладони перед собой.
Он посмотрел на меня:
— Джордж, чем вам так не угодили эти сорванцы из золотой молодёжи, «санитары Лондона», как сами себя они называют? Не расскажете?
— Расскажу, сэр.
И я рассказал.
И про убийство Мильчана, совершённое у меня на глазах, и про исчезновение его друга О’Райли.
— Это безжалостные убийцы. И, благодаря безнаказанности, они буквально терроризируют город, а мы словно их покрываем. Мне это крайне не по душе, джентльмены, — закончил речь я.
— Всё, что вы говорите, Джордж, очень интересно, — Майкрофт усмехнулся, — для Скотланд-Ярда разгромить клуб гуронов — не проблема…
— Так в чём же дело? Дайте приказ…
— Не перебивайте меня, — хозяин кабинета предостерегающе поднял руку.
Пришлось прикусить язык, на котором много чего вертелось невысказанного.
— Эти гуроны, конечно, далеко не подарок и творят истинные безобразия. Однако некоторая доля таких безобразий просто необходима обществу.
Хендерсон согласно закивал.