Чтение онлайн

Мартон впервые засмеялся. Смех был тихим и неприятным.

— Я еще ничего не знал. Короче, мы подписали полис на десять миллионов.

— Вы сказали «мы»?

— Да, поскольку страховка взаимная. Они называют такую «двухголовой».

— Иными словами, в случае смерти жены вы тоже получите десять миллионов?

— Конечно.

— То есть вы настолько же заинтересованы в ее смерти, как и она в вашей?

— Я этого не скрываю.

— И вы друг друга ненавидите?

— Она меня ненавидит.

— А вы ее?

— Не испытываю к ней ненависти. Просто предпринимаю предосторожности.

— Но вы любите вашу свояченицу?

— Я и этого не скрываю.

— А ваша жена — любовница Швоба-Харриса?

— Это факт.

— Вы хотите сказать мне еще что-нибудь?

— Не знаю. Я ответил на ваши вопросы. Готов завтра утром явиться на освидетельствование, о котором вы говорили. К которому часу мне прийти?

— Между десятью и полуднем. Как вам удобнее?

— Это надолго?

— Примерно как у доктора Стейнера.

— Значит, час. Давайте в одиннадцать, если вам это подходит. Так мне не придется возвращаться в магазин.

Мартон неуверенно поднялся, видимо ожидая новых вопросов. Пока он надевал пальто, Мегрэ прошептал:

— Свояченица ждет вас на набережной.

Мартон замер, вдев руку в рукав лишь наполовину.

— Что?!

— Вас это удивляет? Она не знала о вашем визите сюда?

Он замешкался с ответом на какую-то секунду, но это не ускользнуло от Мегрэ.

— Конечно.

На этот раз он очевидно врал. Он вдруг заторопился уйти. Он уже не был так уверен в себе.

— До завтра… — пробормотал он.

И поскольку машинально начал протягивать руку для прощанья, был вынужден довести движение до конца.

Мегрэ ответил на рукопожатие и посмотрел, как посетитель уходит в сторону лестницы. Он закрыл за Мартоном дверь и какое-то время стоял неподвижно, глубоко дыша.

— Уф!.. — вздохнул он в тот самый момент, когда в двери показался Лапуэнт, чье запястье затекло от долгого и быстрого письма.

Он не припоминал такого ошеломляющего допроса, каким выдался этот.

— Люка? — спросил Мегрэ, кивнув на дверь, ведущую в кабинет инспекторов.

Лапуэнт понял не только вопрос, но и то, что в данный момент комиссар не расположен много разговаривать.

— Сменил Торранса на набережной. Поскольку Торранс не в курсе…

Мегрэ разом перескочил с одной мысли на другую, но и тогда инспектор сразу понял его:

— Что ты об этом думаешь?

За исключением Жанвье, с которым он всегда был на «ты», Мегрэ редко «тыкал» сотрудникам — да и то не всем, — лишь в запарке действия либо когда был очень занят. Такое обращение всегда доставляло Лапуэнту удовольствие, потому что создавало впечатление, что между ними двумя вдруг устанавливается особая атмосфера доверия.

— Не знаю, патрон. Я его слышал, но не видел, а это большая разница…

Именно поэтому комиссар и спрашивал его мнение.

Они слышали одни и те же слова. Но молодой человек, спрятавшийся за дверью, не отвлекался на лицо, глаза, руки посетителя, из-за чего рассеивалось внимание самого Мегрэ. Он находился примерно в положении театральных билетерш, которые слышат пьесы из коридора и для которых произносимые реплики имеют совсем другое значение.

— Он произвел на меня впечатление искреннего человека.

— Не с приветом?

— Ему, должно быть, трудно объяснить свои мысли, когда перед ним сидит такой человек, как вы…

Лапуэнт не сразу решился произнести эту фразу из опасения быть неверно понятым, тогда как сам считал ее комплиментом.

— Вы лучше поймете мою мысль, перечитав ваши реплики. Только в конце…

— Что в конце?

— Возможно, он солгал. Во всяком случае, мне так показалось. Свояченица должна была знать, что он пошел сюда. И он в этом нисколько не сомневался. Единственное, чего он не знал, так это того, что она следила за ним и ждет на набережной. Думаю, это его разозлило. Хотите, я распечатаю текст на машинке прямо сейчас?

Мегрэ покачал головой и добавил:

— Надеюсь, тебе не придется его печатать.

Комиссар начал терять терпение, то и дело спрашивая себя, почему не возвращается Люка. У того не было никаких причин вести парочку до авеню Шатийон. Комиссару хотелось поскорее узнать, как прошла встреча, и Лапуэнт разделял его любопытство.

— Интересно, — прошептал инспектор, — с чего это он заявил, будто свояченица не в курсе.

— Для этого могла быть причина.

— Какая?

— Нежелание скомпрометировать ее. Он не хотел, чтобы однажды ее обвинили в соучастии.

— Она может быть соучастницей только в том случае, если…

Лапуэнт осекся на середине фразы и с удивлением посмотрел на шефа. Фраза Мегрэ подразумевала, что должно произойти нечто такое, что поставит Ксавье Мартона в очень неприятное положение. Поговорить об этом подольше он не успел, потому что послышались быстрые и частые шаги. Так ходил только Люка. Тот заглянул в кабинет инспекторов и встал в дверях.

— Можно войти, патрон?

На его черном мохнатом пальто еще виднелись маленькие белые пятнышки.

— Снег идет?

— Начинает. Мелкий, но частый.

— Рассказывай.

— Малышка на набережной небось замерзла сильней, чем я. Тем более, что на ней легкие туфли. Я слышал, как она цокала каблучками по асфальту. Сначала стояла неподвижно возле каменного парапета, избегая попадать в свет уличных фонарей. По тому, как она стояла, я догадывался, хотя видел только силуэт, что она смотрит на освещенные окна. В «конторе» таких было еще много, но они гасли одно за другим. Время от времени под аркой слышались голоса. Я никогда не замечал, что наши голоса, когда мы выходим, разносятся так далеко. Инспекторы, по двое или по трое, выходили на улицу, прощались, расходились…