Чтение онлайн

За пару лет до аварии, папа сорвался, собрал нас, и мы переехали в столицу. Он устроился на престижную работу, снял просторную красивую квартиру. И вроде всё было хорошо, но стало холодно. Он редко проводил с нами время, потому что работал вдвое, а то и втрое больше. Мы перестали гулять всей семьей по вечерам вдоль набережной, есть мороженое и безудержно смеяться. Уставшие от городской суеты и пробок, прятались каждый в своей комнате в поисках потерянного покоя и тишины. Тогда папа до конца осознал, что счастье нашей семьи заключалось далеко не в деньгах, что живя на юге страны, в маленьком городе у моря, мы были в разы счастливее. Поэтому, ещё раз обсудив всё, они с мамой решили вернуться обратно. Я была рада принятому ими решению. Мне было тяжело в большом городе, я задыхалась, но молчала, потому что видела, как горел изначально папа. У него будто крылья за спиной выросли, когда он понял, что способен подарить нам, как ему казалось, достойную жизнь. Но со временем эти крылья опустились и глаза перестали блестеть.

Мы переехали обратно, и они с мамой решили арендовать помещение и открыть продуктовый магазин на деньги, что собрали в столице. Бизнес только начал приносить доход, когда случилась авария. И всё полетело прахом.

Всё это только закрепило в моём сознании, что счастье — это встретить человека, которого ты полюбишь всей душой, с которым будешь проходить все испытания судьбы бок о бок, держа друг друга за руки. Счастье — семья, которая всегда обнимет и согреет, когда на душе холодно, и устроит праздник, когда на душе тепло.

Своё счастье я упустила. Потеряла из-за одного звонка. И изо дня в день терзала себя мыслью, как бы сложилась моя жизнь, если бы в тот день я не попросила Лукаса передать мне телефон.

Я не замечаю, как доезжаю до назначенного места. Вхожу в помещение и начинаю испытывать неудобство. Я оказываюсь в дорогом помещении, среди "дорогих" людей. Всё здесь кричит о высоком статусе и престиже. И я, исхудавшая, стоя в своём поношенном платье, чувствую себя белой вороной среди этого лоска. Я не презираю богатство, но сторонюсь и боюсь его. Всегда, когда мне приходится сталкиваться с ним, чувствую себя робко.

По горькому опыту мамы, кажется, что сейчас меня окинут презрительным взглядом и высмеют. Но никто не обращает на меня внимания, и я выдыхаю с облегчением. Нахожу управляющую, представляюсь ей, и она принимается показывать мне помещение, чтобы я не потерялась в лабиринте из стен, увешанных картинами современного художника, которому был посвящён этот вечер.

Я расслабляюсь и проникаюсь атмосферой. В голове уже вырисовываются красивые снимки гостей, которые потом им захотелось бы пересматривать, а не закинуть в "дальний ящик" или чего хуже — удалить.

В течении часа помещение наполняется гостями. Среди ярких, красивых и дорого одетых женщин и девушек, я стала кем-то вроде моли. Никто меня не замечает, я растворяюсь в пространстве. И если раньше это показалось бы мне унизительным, ломало бы моё женское самолюбие, то теперь я рада такому исходу.

Погрузившись с головой в работу, я и вовсе перестаю воспринимать что-то. Для меня существуют только человек в объективе моей камеры и моё желание поймать запоминающийся кадр, который смог бы передать настроение этого дня.

Не всегда это удавалось сделать, поэтому я работаю втрое усерднее, чем другие фотографы на этом мероприятии. Только по тому, как уверенно они держатся в этом обществе, с какой лёгкостью делают снимки и ведут разговоры с гостями, становилось понятно, что они опытны и давно в этом деле. От того я чувствую ещё большую ответственность. Не хочу подводить мужа Елены, который поручился за меня и за качество моей работы.

— Если вы хотите получить удачный кадр и поймать красивый свет, встаньте правее и возьмите ракурс ниже.

Услышав голос позади себя, я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с мужчиной лет тридцати-тридцати пяти. Первое, что мелькает в голове — это дикое желание сфотографировать его. Высокий, харизматичный мужчина, одетый с иголочки в чёрную водолазку и плащ, а на глазах — очки с прозрачными линзами в чёрной оправе. Очевидно, что они лишь для поддержания образа. Он выглядит так, будто сошёл с обложки мужского журнала GQ. Всё моё нутро горит желанием поднять фотоаппарат и запечатлеть его в кадр, но я сдерживаю себя от такой сиюминутной слабости, понимая, как нелепо буду выглядеть в его глазах.

Проанализировав его слова, я молча следую совету. Сделав пару снимков и посмотрев на них, понимаю, что это именно то, что я представляла в голове, но никак не могла реализовать. Я с благодарностью смотрю на него. Понимаю, как ещё неопытна.

— Спасибо большое, — произношу искренне.

— Покажете?

Я киваю и протягиваю ему фотоаппарат. Он смотрит на фото, улыбается, а после спрашивает разрешения пролистать другие фотографии. Отказать ему мне не позволяет моё смущение.

— Вы молодец, — возвращает обратно камеру, когда просматривает несколько снимков с этого вечера. — Где-то обучались фотографии?

— Думаю, вы мне льстите и сами видите, что я без профессионального образования.

Он достаёт из внутреннего кармана плаща визитку и протягивает мне.

— Всегда можно это исправить. Если захотите, позвоните по этому номеру, скажите, что вы от Итана Майера.

Приняв её, читаю выгравированный текст: «PHOTO SCHOOL SUNSET». Вновь поднимаю на него взгляд:

— Мне, к сожалению, пока не по карману обучение в данной школе, — возвращаю визитку. — Я уже звонила туда.

— Позвоните ещё раз. Представьтесь и скажите, что вы от Итана Майера, — игнорирует протянутую мной карточку, и я опускаю руку.

— Мне достаточно назвать ваше имя?

— И своё.

К нам подходит один из фотографов, тянется к мужчине и что-то говорит ему на ухо. Тот сразу делается серьёзнее. Говорит молодому человеку, что он сейчас подойдёт и решит проблему, и, как только парень отходит от нас, снова обращается ко мне:

— Мне уже пора. Надеюсь, вы воспользуетесь ей, — взглядом показывает на руку, держащую визитку.

— А что им даст моё имя, если я вам даже не представилась? — подозрительно смотрю на него.