Сон кузнеца
Шрифт:
Колард несколько раз оскальзывался и падал, больно ударяясь - ношу он берег больше, чем свое тело. Он смертельно устал и только усилием воли заставлял себя дюйм за дюймом продвигаться вперед. Его силы поддерживало лишь бледное лицо леди Джесинды, оно стояло перед его глазами во время всего этого кошмарного пути. И еще то, что он видел в ее глазах.
Таким образом он дошел до древней гробницы, вырубленной в скале искусными руками людей или существ, живших здесь давным-давно. Над ней тянулась сильно попорченная дождями и ветрами полоса резьбы, и Коларду показалось, что в этих остатках он видит животных из своих снов.
Одернув себя, Колард обратил внимание на камень, лежащий перед гробницей в форме полумесяца. Встав между его рогами, Колард снял ткань со своего зала и поставил его на алтарь. Потом трясущимися руками поставил свечи и зажег. Когда они разгорелись, он бросил на каждую, как велела Дервина, по горстке травы. Его рука так дрожала, что он был вынужден поддерживать ее другой рукой.
Закурился приятный дымок. Наклонившись над алтарем, Колард изо всех сил закричал, хотя вышло это у него не громче кваканья лягушки:
– Таланн! Таланн! Таланн!
Колард и сам не знал, на что надеялся. Мощь Древних была так ужасна, что могла сжечь его на месте, но ничего не произошло. Он упал на землю скорее от мрачного отчаяния, чем от усталости. Древняя Сила... А может, она уже сошла на нет, исчезла?
И вдруг... то ли у него в мозгу, то ли эхом от скал прозвучал глубокий голос:
– Чего Ты хочешь?
Ошеломленный и испуганный Колард не мог и слова сказать, а только произнес бессловесную мольбу за леди Джесинду.
Скорчившись на холодной земле, он в изумлении смотрел на зал, сияющий огнями, словно внутри горели сотни или тысячи светильников. Ему казалось, что он слышит голоса, звуки лютни... Из зала шло тепло, ароматы, жизнь, настоящая жизнь!
Жизнь для Джесинды! Жизнь, достойная ее! И Колард твердо знал: то, что должно быть - будет, только в другом времени и месте.
Тепло... свет... вокруг него. Он не корчится на холоде, а сидит и смотрит вниз, на зал... Нет! Неправда! Это снова сон!
Колард прогнал сомнения. Это его сон! Он мог потребовать, чтобц этот его сон продолжался вечно. Его сон... и ее! Он повернул голову. С приветливой улыбкой на него смотрела Джесинда. Как сияют ее глаза! Он протянул руку, и навстречу протянулась ее рука.
– Милорд...
Он встревожился на мгновение.
– Мы спим...
– Ну и что же? Сон наш, мы видим его вместе, значит, сделать его реальным - полное наше право!
Колард еще не все понимал, а Джесинда отвечала как-то неопределенно; он только начинал забывать прошлое, а она уже совсем забыла.
На алтаре начал плавиться металл. Ручейки стекали на землю, она впитывала их и скрывала навеки.
Тем временем в Башне Дервина и нянька потушили свечи, задернули занавески балдахина и разошлись, удовлетворенно кивнув друг другу.
А в зале работы Коларда продолжался праздник, длился нескончаемый сон.