Чтение онлайн

Он сопротивлялся сколько мог, думая о том, что нужно встать, осмотреться, – Андрей ни на секунду не забывал, что часть храмовников бежала от стен цитадели и они вполне могли вернуться, одни или с подмогой, однако любое физическое усилие вызывало резкую боль и дурноту…

Возможно, он так и провел бы остаток вечера и предстоящую ночь, сидя в полубессознательном бреду у каменной стены, если бы в ситуацию внезапно не вмешалась неожиданная сила.

Ромель первым почувствовал неладное – он резко обернулся, сделав это не поворотом головы, а всем телом, будто зверь.

Андрей не смог разобрать его шепота, но движение карлика заставило его насторожиться, на какое-то время мобилизовав остаток сил. Его рука неосознанно нашарила автомат, и в этот миг он увидел смутное движение, которое трудно было распознать на фоне сгущающихся фиолетовых сумерек.

Кто-то, пошатываясь, шел по направлению к ним от дальней стены бастиона.

Пальцы Кречетова сомкнулись на пистолетной рукояти оружия, он неловко упер «АРГ-8», зажав магазин оружия между колен.

Однако стрельбы не потребовалось – смутный контур человеческой фигуры двигался напрямую к ним, и спустя несколько секунд Андрей понял, что это раненая женщина пришла наконец в себя…

Ромель неожиданно встал, выпрямившись, и его шепот порвал тишину сгущающихся сумерек:

– Госпожа… Госпожа Лаонита!..

Андрея обдало жаром.

Он, не отрываясь, смотрел, как она медленно, пошатываясь, брела в их сторону, и наконец их взгляды встретились.

Лана лишь на секунду задержала свой взгляд на Андрее, потом ее взор перекинулся на автомат, зажатый им между колен, затем на карлика и дальше, настороженно, мучительно скользя по заметным даже в сумраке признакам недавно отгремевшего боя, – она не могла не увидеть кубометры вырванной взрывами, раскрошенной в щебень кладки стен, глубокие бреши, дым, который все еще сочился из подбитых БПМ, и этот медленный, мучительный обзор места недавних событий вернул ее внимание к Кречетову.

– Ты принадлежишь Храму? – спросила она, с трудом выговаривая слова.

Проследив за ее взглядом, Андрей понял, чем вызван вопрос, и его раздражение угасло – этот миг настороженного знакомства мог обернуть события любым образом, потому он ответил ей спокойно, без лишних эмоций:

– Я не храмовник. На тебе такая же экипировка, не находишь?..

Лана кивнула, соглашаясь, не став возражать против очевидного довода.

– Кто это? – Ее взгляд остановился на Ромеле.

– Госпожа Лаонита… – уже чуть менее восторженно повторил карлик, но его слова встретили слабый отрицающий жест:

– Меня зовут Ланита.

Ответ был краткий, но емкий. Очевидно, одна буква играла тут какую-то роль…

Эфемерное тело Ромеля всколыхнулось под одеждами.

– Ты сущность? – не отрывая от него взгляда, спросила Лана.

– Да, госпожа.

В ее глазах опять промелькнул протест, причина которого была совершенно не ясна Андрею, но следующий вопрос, обращенный к нему, еще больше озадачил Кречетова:

– Скольких ты убил?

Он откровенно пожал плечами. Ему не нравилось собственное беспомощное положение и те властные нотки, что прорывались в окрепшем голосе едва пришедшей в сознание женщины, но она явно была озабочена ответом, потому что терпеливо ждала, не отрывая от него взгляда мутных от перенесенных ранений глаз.

Пришлось мысленно прикинуть количество жертв дневного боя.

– Человек тридцать, – наконец ответил он. – Приблизительно…

Она нахмурилась, потом посмотрела на стремительно темнеющие небеса и тихо сказала:

– Они скоро будут здесь. Нам не справиться с ними. Нужно где-то укрыться.

Три короткие отрывистые фразы. В них сквозили твердая уверенность, знание, и Андрей вдруг безотчетно поверил едва знакомой женщине. Она стояла в двух шагах от него, такая же изможденная, бледная, как и он, ее боевая броня, очевидно добытая в столь же неравном бою, мало отличалась от той, что носил Кречетов. Такая же тусклая, с выщерблинами от осколков и пуль, местами покрытая пятнами давно засохшей крови.

Если Ромель вызывал в нем двойственные чувства, то она – нет. Древняя боевая броня, когда-то разработанная для нужд космодесанта, отрывистая речь, настороженный взгляд, движения, властность – все выдавало в ней воина.

Она оторвала взгляд от стремительно темнеющих небес и протянула руку Андрею.

– Нужно уходить, – произнесла она. Кречетов принял этот жест.

Ее ладонь была узкой, холодной, пальцы чуть дрожали, но в движении чувствовалась сила, которую трудно было ожидать после тяжелейших ранений, едва не стоивших ей жизни.

Кого она опасается?

Опираясь на автомат, Андрей посмотрел вокруг, но не увидел ничего подозрительного, разве что глаза Ромеля тревожно горели в сгущающейся тьме.

– Где мое оружие? – спросила Ланита.

– Я не смог нести второй автомат, – ответил ей Андрей. – Он остался на соседнем бастионе.

Она повернула голову, пристально, в упор, посмотрев в его глаза.

Говорят, что глаза – это зеркало человеческой души. Неизвестно, что пыталась прочесть Ланита в серых глазах Андрея, но ее взгляд постепенно утратил холодность, будто растаяли две льдинки.

– Ты вынес меня сюда? – внезапно спросила она.

– Да, – кивнул Андрей.

Лана вдруг вспомнила последние секунды своей сознательной борьбы, вновь ощутила близкое ледяное дыхание смерти и отчетливо поняла: он не просто нес ее на плечах многие километры по трудным горным дорогам, но еще и вырвал из объятий неминуемой смерти…

По понятиям Ланиты это стоило дорогого и значило для нее очень много, но сейчас не было времени на изъявление чувств, поэтому она негромко произнесла:

– Спасибо. Нам нужно уходить. – Тут же, без всякого изменения интонаций, она добавила, оборачиваясь к Ромелю: – Ты должен знать, где находится вход во внутренние помещения. Я помню, что под этой площадкой есть еще два этажа.

Карлик, которого поведение Ланиты ввергло в продолжительный ступор, встрепенулся.

– Да, госпожа, – прошелестел он. – Я знаю, где вход.

– Помещения сохранились? В них работает защита?

Ромель беспомощно пожал плечами.

– Мои руки… – тихо ответил он. – Они слабы. Я не мог открыть вход.