Чтение онлайн

— Не смотрю.

— Почему, осмелюсь спросить.

— Основных причин две. Во-первых, у меня нет телевизора. А во-вторых, сам формат телевидения у нас в стране сильно не очень.

— Знаете, «во-первых» бы хватило. Но ваше «во-вторых» наводит на вопрос: откуда такое знание специфики и эти ваши сравнения с Западом?

— Творческая я личность. В книжках пишут про «ихнее», а наше перед глазами было до недавнего времени. Вот прямо чувствую, что не так всё у нас. Не, у них тоже не супер, но получше. Прямо обидно, есть в руках у людей офигительный музыкальный инструмент, а на нём только «Кузнечика» исполняют.

— Чем дольше вас слушаю, тем сильнее сомневаюсь, что кто-то нам разрешит показывать в эфире трупы и кровь. Это как раз тот самый случай, когда мы не будем равняться на «них».

— Даже ради воспитательного эффекта?

— Я за свою должность держусь, она мне не с неба в руки упала. Нас просто не поймут. Так что, если у вас нет других более осуществимых идей…

— Да с сегодняшним подходом, что не ляпни, всё равно будет лучше и интереснее того, что по ящику показывают. Сетка вещания такая, что ни один нормальный человек телевизор без крайней нужды не включит. Спасает только прогноз погоды и кино после программы «Время». Ах да, еще же «Спокойной ночи, малыши».

— Вот и ляпните. Вы так ярко рассказывали, прямо сейчас ляпните свою идею для местного вещания.

— Да легко! На что больше всего на свете любят люди смотреть?

— Детективы? — попробовал угадать Тукин.

— Мимо. На себя они любят смотреть. Вот и показывайте горожанам их самих. Назовите хоть «Хорошие новости». Ставите камеру в центре города на улице, ловите прохожих и спрашиваете их про их личные хорошие новости. У кого племяш родился, кто-то день рождения отпраздновал свой или соседа, кто-то пятерку получил по контрольной. Неважно это, важно другое — у людей искреннее маленькое «хорошо» образовалось. И пусть весь город порадуется. А кто-то узнает приятеля или коллегу по работе, потом всем расскажет, как здорово видеть знакомую рожу в ящике.

— Ну да. А привыкнут люди, так и сами будут в нужное время в нужное время приходить и свои новости рассказывать. Чую, может сработать. Отличная идея, Пётр! Слушайте, а недавняя статья в «Знамёнке» про гибнущих под колесами, это случайно не ваша?

— Моя. Случайно.

— Вы действительно творческий человек. Почаще заходите с идеями. Вдруг у нас с вами что-то получится.

Во как. Это он меня вежливо выгоняет так. Да еще и предлагает на него бесплатно поработать. Ловкий малый. Уходил я из редакции с ощущением, что ничего не получилось. Ну я хоть попробовал.

Где-то через месяц Тукин нагрянул к нам на станцию с ответным визитом. Рассказал мне как единственному в городе неандертальцу без телевизора, что мой проект «Хорошие новости» увидел свет. Оказывается, передача не только получила «Добро» в горкоме партии, но и зашла телезрителям.

— Даже немного совестно, что вас никаким боком не удастся связать с этой передачей, а ведь вы, Пётр, у её истоков стояли, можно сказать.

— Нет ничего проще, чем восстановить справедливость в данном вопросе. В титрах, где у вас редактор, оператор, сценарист, укажите «автор идеи — П. Фролов».

— Что, и всё?

— Ну да. Тем самым вы окажете мне уважение, кто-то меня опознает из знакомых. Скажут — молодец Фролов! Через годы я на интервью смогу заявить, что свой первый телевизионный проект осуществил в Новоузловске под руководством заслуженного деятеля искусств Тукина В.

— Ха-ха-ха! Вот же выдумщик вы. А самое смешное, что я так и сделаю.

— Я тоже.

— Что тоже?

— В интервью вас упомяну.

— Замётано! А еще есть в голове что-то такое же простое и гениальное?

— Автор идеи П. Фролов?

— Стопудово.

— «Утренняя почта» у нас есть. Снимайте «Вечерний звон». У вас же эфир вечером.

— Ну да. И что?

— Запустите в эфир местных исполнителей. Только не самодеятельность из ДК, а реально квартирных талантов. Придет на кастинг двадцать, двух отберете. Покажете, придет еще двадцать.

— И снова эффект «смотрим сами на себя»? Ведь хорошо может получиться, Петр! И такое точно разрешат.

— Уверен. Ведь как мир устроен — никто не хочет в ДК на сцену, зато все хотят в телевизор. Особенность психологии. Кстати, если будете не фронтально снимать все три минуты музыкальный номер, а с разных ракурсов, да еще и в разных локациях… да смонтируете как в «Утренней почте» — успех будет обеспечен.

— Петр, у вас такие словечки проскакивают: кастинг, локация. Вы точно по образованию железнодорожник?

— Точно. А сейчас посидите тихо, мне работу докладывать на селекторе пора.

Этот разговор проходил в кабинете начальника станции, который отдыхал где-то на югах, пока коллектив в едином строю продолжал строить светлое будущее и выполнять спущенный сверху план. Исполняющий обязанности начальника Рощупкин сбежал на больничный, скорее всего он узнал про какую-нибудь внеочередную проверку. Есть такое хобби у руководителей предприятий в нашей отрасли — как сгущаются тучи, сразу беги на больничный. Как всё успокоится, приказ о наказании зама издадут, можно возвращаться. Кабинет начальника был в моём распоряжении вместе со всем тем геморроем, который обычно разгребают четверо.

Глотов и я, вот и весь комсостав. График дежурств накрылся ветошью, суббота моя, воскресенье поспокойнее в плане работы, так что это его время дежурства. Утренние планерки все мои, вечерние мои через одну. Чуть ли не живу на станции, хоть семьи нет, пилить меня некому по поводу ненормированного трудового ритма. Зато нарисовалась первая настоящая халтурка. Денежная и профессиональная, а не швейные машинки чинить. Если бы Шафорост был на рабочем месте, фиг бы я подзаработал.

Птица счастья ввалилась в кабинет начальника обычным июльским днем. Выглядела она краснощеко и упитанно, а более всего походила на толкача-снабженца.

— Здравствуйте, товарищ Фролов! К вам можно? Я Рафик Гарипов!

Чего спрашивать, если его секретарь уже впустила? Или это они так налаживает контакт со мной? Демонстрируя дружелюбие и готовность подчиниться? Сорокалетний жучара, по глазам видно — прошел огни воды и медные трубы. А я может тоже прошел, я, может, в космической пехоте с жуками воевал! Или это кино такое было? С памятью моей порой не разобрать, что было прожито, что на экране показывали, а что занесло жестким гамма-излучением при взрыве сверхновой Звезды Смерти.