Чтение онлайн

Меня тоже жаба душит, но мне эти деньги сейчас кровь из носу нужны. А машина и инструмент — дело наживное.

— За беспокойство сколько отсыпать? — задабриваю Витину «жабу».

— Ничего не отсыпать. Не надо мне, — вздыхает.

— Витя, ты меня пугаешь, — смотрю на коллегу большими глазами.

— Да я сам боюсь! — Расхаживает по палате. — Ты в курсе, что мы с женой ребёнка хотим?

— В курсе, — киваю.

— Не получается, — разводит руками. — Моя говорит, что это всё из-за меня. Типа вселенная мне мстит — надо карму чистить.

— А-а-а, понял! — давлю довольную лыбу. — Что бы такое у тебя попросить, чтобы подороже? — подтруниваю над Витьком.

— Не надо! — он принимает всё за чистую монету. — Я ж отказать не смогу, Сань!

— Ладно, живи, — машу рукой.

— Кстати, адресок, который ты просил, я раздобыл, — вынимает из кармана блокнот и выдирает страницу.

Я просил достать мне актуальный адрес Мазая. Но есть ощущение, что Витя надо мной издевается. На листочке два адреса, оба по улице Шахтёрской.

— У меня и так голова трещит, ты ещё ребусы подкидываешь, — ворчу.

— Я объясню, — усаживается на свободную койку. — Обе хаты по факту принадлежат этому Стасу, но записаны на его мать. Купил он их практически одновременно. В этой живёт, — тычет пальцем в строчку с адресом «Шахтерская, 18», — а в этой не живёт, — тычет в другую с адресом «Шахтёрская, 16».

— Логично. Только зачем мне адрес хаты, где он не живёт?

— Да погоди ты! — Витя психует. — Улица Шахтёрская, дом шестнадцать. Во дворе этого дома в машине нашли тело девушки. Она была проституткой, её задушили. Запомнил? — смотрит на меня, будто я ученик, а он учитель, объясняющий условие задачи.

— Допустим. Дальше что?

— Дальше, — Витёк расхаживает по палате, — улица Шахтёрская восемнадцать. Прямо за домом на пустыре нашли тело бомжа. Тоже криминальная смерть.

Витька глаза блестят — азарт в чистом виде.

— Ещё скажи, что Стас — маньяк, которого ты ищешь, — вздыхаю.

— Я пока даже общего мотива в этих убийствах не нашёл. Но он есть. Точно есть. Я чувствую. И Стас этот… Зачем он купил две квартиры рядом с местами убийств?

— Да тут всё просто, Вить. Рядом с элитками людей убили. Угадай, что произошло с ценами на хаты? Скидывали квартиры по дешёвке, вот Стасик и подсуетился.

— Как-то слишком просто, — Витёк хмурится.

— Вить, это просто два разных убийства на одной улице. А Стасом на момент совершения преступлений там и не пахло. Поверь, я был бы не против закрыть его лет на дцать, но это бред.

— Нет, не бред, — упирается рогом. — Я докажу.

— Так, всё… — укладываюсь поудобнее. — Я на больничном.

— Два убийства уже есть, скоро третье будет, — предсказатель-Витя выдаёт неутешительный прогноз.

— Иди, а? — смотрю на него жалобно. — Мне бы поспать часик. Скоро моя придёт, а я не в форме.

— Отдыхай, — Витёк кивает. — На связи, если что.

Уснул и проспал появление котёны в палате. Но так даже лучше. Лежу — изображаю спящего, а на деле подглядываю за Никой одним глазом. Есть на что посмотреть.

И это я сейчас не про сногсшибательную фигурку моей девочки. Ника притащила с собой ёлку. Ёлку, ё-моё! А ещё коробку с игрушками и треногу, которую я так и не забрал у родственницы Витька. Как она только допёрла это всё сюда?

Котёна старается вести себя тихо — складирует, что принесла, на свободной кровати и идёт к столу. Суёт нос в пластиковые контейнеры и хмурится. Понятно, что еда в таре домашняя, а у Ники едва ли не на лбу вопрос бегущей строкой — «Кто она?!» Ревнует котёна.

— Её зовут Лида, — завязываю изображать засоню.

— Блин! — Ника прикладывает ладошку к груди. — Зачем так пугать?! Я думала, ты спишь, — выдыхает взволнованно.

— Прости, — улыбаюсь. — Иди ко мне, — тянусь к любимой женщине.

— Ага, бегу, — она щурится недобро. — Сначала расскажи, кто такая Лида.

— Работает у нас в отделе на общественных началах. Студентка, — закидываю руки за голову и мечтательно пялюсь в потолок.

— Саша, что с лицом? — котёна присаживается рядом. — Жаль, я лимон с собой не прихватила.

— Ладно тебе, — сгребаю котёну в охапку и укладываю рядом с собой. — Лидок — дочь отдела. К ней точно ревновать не надо.

— А я и не ревную, — бурчит моя девочка.

— Витёк заезжал? — киваю на подставку для ёлки.

— Угу…

— А сюда зачем всё это притащила?

— Завтра уже Рождество, а мы ёлку так и не нарядили, — вздыхает и прижимается ко мне. — Хотела создать немного праздничного настроения.

Представляю, как непросто было Нике уговорить медперсонал пустить её сюда с такими «гостинцами». Старалась моя. Мне приятно хотела сделать.

— Ты мой праздник, — целую котёну в сладкие губки. — А ёлку мы обязательно нарядим. Хочешь здесь, а хочешь дома. Как, кстати, устроилась? Всё нормально?

— Э-эм… да. Всё хорошо. Всё отлично, — Ника выбирается из моих объятий.

Суетится — ветки у ёлочки развязывает, а глаза от меня прячет. Так-так, интересно…

— Кис, в чём дело? Ты чего нервная такая?

— Ничего, — торопливо отвечает. — Просто ты меня сегодня по телефону уже раз двадцать спросил, как я устроилась. Нормально всё.

У Ники всегда всё нормально, даже если не нормально. А сейчас не нормально точно. Котёна мне врёт.

Присаживаюсь на матрасе, подтягиваю к себе коробку с игрушками: