Чтение онлайн

В фирме, которой я владел, схватились за голову. У их босса явно поехала крыша.

Сам босс был доволен собой. Прекрасная ловушка. «Проверим его силенки, — говорил он себе, потирая руки. — Раз и навсегда!»

Я попросил детективов быть начеку.

По мере приближения дня подписания во мне росло возбуждение. Я начал пить. Много пить. В основном водку. Во мне вдруг развернулась скомканная здешним менталитетом русская душа. Подзабытая удаль со стократной силой хватила по столу стаканом так, что прогремело до Камчатки. Кстати, у вас не будет сигаретки?

Сделка превратит меня в миллионера. Не просто в миллионера, а в Миллионера с большой буквы. Она не провалится. Она не может провалиться. Гарантом является он. Имя Колотова станет известно в России всем, маме будет кем гордиться на старости лет. На здоровье!

Самое невероятное в этой ситуации было то, что на этот раз я его использовал, я был на шаг впереди, я, а не он. Это меня возбуждало. Политый поливальщик, выходи! Поговорим с глазу на глаз. Он появится, куда ему деваться?

За три дня до подписания контракта я перестал пить и начал приводить себя в порядок.

А за два — получил пакет. В нем были документы, компромат на моего партнера по сделке. Черным по белому, но с цветными фотографиями, железобетонными фактами и неумолимыми цифрами анонимный автор обрисовал результаты предстоящей сделки: через месяц после подписания от моей фирмы не останется камня на камне.

Получалось, что даже чудо не могло спасти Санька Колотова от краха.

Саньку это очень понравилось. Перспектива разориться его даже развеселила. Оказаться на улице с десяткой баксов в кармане драных джинсов. Начать все сначала. Начать без него.

Пакет прислал он — в этом нет никаких сомнений.

Ты просчитался, голубчик, сделка состоится, что бы ни случилось!

Что же такое он может предпринять, чтобы воспрепятствовать подписанию? Не будет же он смотреть, сложа руки, как в одночасье разваливается дело всей его жизни! Как физически он помешает подписать? Еще одна автокатастрофа? Или выстрелит в моего партнера из винтовки с оптическим прицелом? Или выстрелит в меня? А может быть, нальет в ручку бесцветных чернил?

В день подписания по коридорам Kolotoff Inc. гуляла тревога. Слух о пакете таинственным образом просочился вниз, под мой кабинет, и расползся по офисам ядовитым газом. Атмосфера была такая удушливая, что сотрудники дышали с открытым ртом, дамы дули в декольте, а мужчины ослабляли узлы галстуков.

Меня хоть и любили, но немедленно записали в безответственные дураки. С отсутствующими лицами бедняги перебирали в голове все те места, куда можно будет попробовать пристроиться, когда компания объявит о своем финансовом капуте. О работе сотрудники Kolotoff Inc. в тот день напрочь забыли. Все поглядывали то на часы, то наверх, в сторону моего кабинета, выразительно крутя в виске дырку.

Лишь один человек во всей компании не переживал, а, наоборот, чувствовал себя как после пары рюмок неразбавленного адреналина. Он надел новый костюм, собственноручно покормил рыбок и ждал подписания с беспечной улыбкой на лице. Да, в тот момент я почему-то был почти счастлив…

Из всех приготовлений к встрече меня волновали только два пункта: в зале, где состоится подписание, должны быть задернуты шторы и я должен иметь запасную ручку.

Чтобы убить время, я расхаживал по залу для официальных встреч, безупречно вылизанному для торжественного случая, не отвечал на телефонные звонки и пытался мысленно нарисовать внешность партнера по сделке. Лично с ним я ни разу не виделся, только пару раз общался по телефону — формальностями, предшествующими подписанию, занимались секретари и другие доверенные лица, поэтому игра меня забавляла, я гадал: какой он, толстый, худой, лысый, молодой или старый?

Он не опоздал. Ровнехонько в три ноль-ноль секретарша потусторонним голосом доложила, что «они здесь».

— Запускай! — рявкнул я в селектор.

— А-а-ах… — застонала трубка в ответ — возможно, женщина упала в обморок.

Мой помощник-секретарь что-то нашептывал мне в ухо, тыкая в бумажки женским ноготком, наверное, давал последние рекомендации, а я впился в дверь, в ожидании.

А та как будто только этого и ждала — ожила, открылась, впустила.

Мягко открылась дверь, и я привстал, чтобы пойти навстречу. В кабинет вошли трое. Мой партнер был в центре, на шаг впереди своих спутников, было бы странно, если бы он занял другое место.

Я повалился обратно на стул.

Очень невежливо. Вошедшим пришлось самостоятельно вышагивать то расстояние, которое нас разделяло.

Согласен, невежливо. Не то чтобы я не умел соблюдать протокол, просто ноги больше не слушались меня.

Секретарь с натужным оптимизмом принялся что-то объяснять вошедшим, рассаживая их напротив меня, наверное, извинялся за невоспитанность шефа. Промелькнуло что-то насчет колена, которое я повредил, играя в теннис с одним из владельцев «Гугла».

Не зная, как поступить, я все-таки заставил себя привстать и пожать вялую руку. Его руку.

Ведь передо мной сидел он.

Я медленно приходил в себя. Медленно пытался вспомнить, зачем мы все здесь собрались. Сконцентрироваться на том, что меня больше совершенно не интересовало. На этой, как уж ее там, на сделке. А что мне оставалось делать? Сказать, что я его знаю? Вскочить, впившись в него указательным пальцем, и орать до дребезга в стеклах «Это — О-о-оН!!!»? Что видел в толпе? Видел на стройке. Видел на парковке. Видел, видел… Ну и что? Мало ли кто кого видел?

Пока мой помощник из кожи лез, чтобы спасти ситуацию и выдать мое ватное поведение за усталость, я в упор разглядывал его. Впитывал с болезненной жадностью, как будто утолял очень давнюю жажду и никак не мог до конца напиться.

Я наслаждался этой возможностью и особо не церемонился. От внезапности, а также от осознания того, что пришел конец моим многолетним страданиям и что я вот-вот прозрею, у меня слегка кружилась голова. А он не противился. Он даже как будто смаковал мою нездоровую заинтересованность, получал от нее удовольствие.