Чтение онлайн

— Трещина в коленной чашечке.

Без лишних слов, начертал под коленкой исцеляющий символ, наложил компресс с жутко вонючей мазью, замотал всё это дело толстым бинтом и заявил:

— Ногу не сгибать! Два дня лежать!

Я от такого тона поёжилась, а девчонок так вообще передёрнуло.

А потом передёрнуло всех, даже старика-лекаря, потому что в спальню влетела наша мамулечка… Нет, клыков и вертикальных зрачков, какие порой наблюдаются у близняшек, у мамочки не было, но в этот миг она сильно напоминала трёхрогую гидру о которой в прошлом номере журнала "Животный мир Верилии" писали. В чём дело догадались прежде, чем увидели в её руке бумажный квадратик записки…

— Да как вы могли! — воскликнула родительница. И добавила совсем возмущённо: — Соули!

Лекарь спешно откланялся, а мы… мы приготовились к долгой, мучительной смерти.

Два дня, проведённые в постели, были куда ужасней всех походов на кладбище. Но вовсе не потому, что нам влетело, нет… Просто у меня появилось время как следует подумать над случившимся, и чем дольше думала, тем страшнее становилось…

Черноглазый маг с самого начала знал, что никакого умертвия нет. Именно поэтому он нарядился в изысканный камзол вместо пропитанной специальным составом куртки, именно поэтому разрешил проводить до самого кладбища. Он пытался выяснить, как далеко мы готовы зайти ради того, чтобы сохранить лицо. И, видимо, всё-таки рассчитывал выпить чаю с маковым пирогом.

Зачем согласился на эту авантюру? Посмеяться над провинциальными дурочками хотел, не иначе.

И тут… умертвие. Причём не простое, а боевое. О, Богиня! Как глупо получилось! Или… или это всё-таки справедливость? Он ехал, чтобы поиздеваться над нами, а в итоге сам едва не сел в лужу. Впрочем, "лужей" это назвать трудно. Мы едва не угробили нового штатного мага!

Дальше — хуже. Райлен сообразил, кто поднял того тролля. Кто превратил его в боевое умертвие — тоже догадался, причём задолго до трусливого признания близняшек. Райлен понял всё, но… он не арестовал. Более того — ни одного дурного слова не сказал. Ни одного! И улыбался так, будто мы не тролля, а заколдованную лягушку из загашника достали.

О, Богиня! Почему он так поступил?

Когда возвращались с кладбища, я даже смотреть на него боялась. А он пытался завести разговор — не про мертвяков, а так, о погоде, но я отмалчивалась и брюнет отстал. Зато когда доехали до поворота к поместью — заартачился. Мол, не могу одних по такой темноте отпустить. И тот факт, что мы недавно целое умертвие подняли и приручили, как будто не в счёт…

Странно это всё. Невероятно странно. И страшно… потому, что понятия не имею, почему он так поступил. И чем аукнется это приключение — тоже не знаю. Райлен, безусловно, благороден, но мы же использовали запрещённую магию! Он, как штатный маг города, наверняка, должен сообщить куда следует.

А зелье? Ну кто поверит, что три девчонки с домашним образованием и минимальными магическими способностями могли сварить зелье, подчиняющее умертвие? Ответ один — никто. Значит, если начнётся расследование, то обязательно всплывёт имя Линара… О, Богиня!

Я так устала от этих мыслей, от страха, которым даже стены пропитались, что утром третьего дня самостоятельно избавилась от повязки и поковыляла к матушке — просить разрешения съездить в Вайлес.

Жутко боялась, что матушка не отпустит — близняшки рассказали, как происходило знакомство с Райленом, и она знала, что я в этом позоре не участвовала, но всё равно злилась. Очень злилась!

К счастью, обстоятельства сложились даже лучше, чем я ожидала. Родительница встретила строгим взглядом и заявила:

— Ну раз ты уже выздоровела, то сегодня же едем к госпоже Флёр. Она ждёт!

При упоминании портнихи я слегка поморщилась — записка с доносом именно от неё прилетела. Но тут же взяла себя в руки и воскликнула радостно:

— Ой! А я тогда книги для госпожи Жейер захвачу. Завезу после примерки.

Мама скривилась и махнула рукой. Кажется, я всё-таки прощена.

В город въехали… нет, не как обычно.

Кроме пристальных и восхищённых взглядов, нам с близняшками слали не самые приятные улыбки. Этакие понимающие, хитрые, гаденькие. Я старательно изображала равнодушие и искренне радовалась, что лица мамы не вижу — она впереди ехала, в коляске.

На сестёр тоже старалась не глядеть, потому что поддержать нечем, а ругать без толку — они своё уже получили. И ещё получат, когда отец с дальних пастбищ вернётся. Ну и мне, само собой, достанется, причём куда сильней — ведь одно дело подойти на улице и совсем другое искать встречи наедине. А именно такой встречи я желаю.

О моём визите к Райлену, наверняка, узнают. В этом городе от любопытных глаз и длинных языков укрыться невозможно. Разве что на дне выгребной ямы. Впрочем, кумушки и там достанут. Но встреча того стоит. Я больше не могу бояться неизвестности, я должна поговорить с ним и убедить не придавать дело с умертвием огласке. И извиниться должна — за себя, за сестёр, за тролля.

— Соули! — окликнула Мила.

Я вздрогнула, огляделась и только теперь поняла, что задумавшись, проехала мимо лавки госпожи Флёр. Взгляд сам метнулся к гостинице, расположенной на другой стороне площади, щёки вспыхнули — насколько понимаю, именно там остановился Райлен. И именно в гостиницу придётся идти, чтобы с ним увидеться.

О, Богиня! Какой стыд!

— Соули! — голос мамы прозвучал строго.

Я натянула на лицо улыбку и, как не в чём ни бывало, повернула лошадь. Дождавшись, когда помощник госпожи Флёр придержит Грозу, изящно спешилась. Многострадальная коленка отозвалась болью, но я даже не поморщилась — если мамулечка поймёт, что нога всё ещё болит, к "госпоже Жейер" не пустит, а запихнёт в свою коляску и заставит вернуться домой вместе со всеми.

— О, госпожа Далира! — воскликнула госпожа Флёр. Портниха выбежала на крыльцо, чтобы встретить лично. — Девочки!

— Здравствуйте, госпожа Флёр, — хмуро отозвались близняшки. Они снова напоминали отъевшихся к зиме бурундуков — дулись страшно. Будто не понимали, что мама бы всё равно про знакомство с магом узнала. Не от портнихи, так от кого-нибудь другого.

Впрочем, я тоже симпатией не горела, ответила сдержанно и вежливо:

— Здравствуйте.

— О, Соули! Тебе так идёт это платье! — тут же разулыбалась портниха.

Ага. Сколько денег она содрала с родителей за этот тёмно-зелёный атлас, даже вспоминать страшно. Было б удивительно, если бы оно не шло.