Чтение онлайн

— Пожалуйста.

Сняв трубку, Рахманов набрал номер подготовленной для опознания комнаты, продолжая незаметно наблюдать. Вот Клюев отвел взгляд, напряженно ждет, что он, Рахманов, скажет в трубку. Услышав отзыв Саенко, Рахманов нарочито бесстрастным голосом предупредил: сейчас он зайдет вместе с опознаваемым. Положил трубку. Похоже, Клюев в самом деле не знает, кто будет участвовать в опознании. Иначе, с его стороны не было бы такого напряженного внимания. Но раз Клюев ничего об этом не знает, он не знает и о поездке в Сухуми. Что само по себе довольно важно.

Пригласив Клюева пройти в соседнюю комнату, Рахманов напомнил: среди участвующих в опознании Клюев может встать на любое место, по своему усмотрению.

В комнате, подготовленной для опознания, находились Саенко, Инчутин, понятые и подставные. Войдя в комнату вместе с Клюевым, Рахманов попросил двух подставных, блондинов примерно тридцатилетнего возраста, встать к стене. Предложил Клюеву занять место рядом. Хмыкнув, Клюев встал с краю. По знаку Рахманова Саенко выглянул в коридор и пригласил в кабинет Аракеляна. Войдя, тот встал у двери. По предварительной договоренности конвоир в кабинет не вошел. Таким образом, Клюеву при виде Аракеляна оставалось лишь гадать: на свободе тот или арестован. Похоже, появление Аракеляна на Клюева подействовало, хотя он продолжал с легким прищуром разглядывать противоположную стену.

Рахманов сказал, обращаясь к вошедшему:

— Вам предъявляются для опознания три человека. Не торопитесь, посмотрите внимательно. Время есть. Скажите: знаете ли вы кого-то из этих людей?

Аракелян подошел к выстроившейся у стены тройке. Помедлив, показал на Клюева:

— Вот… — Спокойно выдержал долгий скошенный взгляд. — Этого человека я знаю.

— Вы не ошибаетесь? — спросил Рахманов.

— Нет.

— Когда, где и при каких обстоятельствах вы видели этого человека?

— Девятого июля. В Сухуми.

— Когда именно девятого июля? Днем, вечером?

— Вечером. Часов в семь.

— Вы заранее условились об этой встрече?

— Нет. Мне сказали встретить, я встретил.

— Зачем встретить?

— Эти ребята привезли на трейлере товар. Лезвия «Шик», пятьсот тысяч упаковок. Я сел к ним в кабину и показал, где сгружать.

— То есть в кабине этот человек был не один?

— Точно, не один. Их было двое.

— Они были знакомы?

— По разговору… знакомы.

— Имена их вы знаете?

— Они сказали, их зовут Юра и Женя.

— Как назвался человек, стоящий сейчас перед вами?

— Он никак не назвался. Но я понял — его зовут Женя.

— Знаете, как его фамилия?

— Не знаю. Про фамилию не интересовался.

— Что было после того, как вы выгрузили бритвенные лезвия?

— Ничего. Я им дал деньги, и они уехали.

— Сколько денег вы им дали?

— Пятьдесят тысяч. По двадцать пять на брата.

— Кроме этой, у вас были еще встречи с человеком, стоящим перед вами?

— Нет. Я видел его только раз, тогда.

— Может быть, вы общались другим способом? По телефону? По почте?

— Нет. Ни до, ни после я с ним не общался. Один раз увидел и все.

— Опишите внешние признаки, по которым вы опознали этого человека. Что дало вам понять, что это именно он?

Аракелян пожал плечами:

— Да узнал я его. Вот и все. Лицо у него то же самое. Глаза, волосы. Сам из себя он тот же. Что еще надо?

— Может быть, вспомните какие-то особые приметы? В чертах лица? В сложении? В других внешних признаках?

— Особые приметы… — Аракелян довольно долго молчал. — По-моему, наколка у него была на руке.

— Наколка, то есть татуировка?

— Да. Татуировка.

Рахманов посмотрел на Клюева, обе его руки были опущены. Ладони повернуты внешней стороной вперед. Перевел взгляд на Аракеляна:

— На какой руке была татуировка?

— Не помню. И что наколото было, не помню. Помню только место. Вот здесь. — Подняв руку, тронул место между большим и указательным пальцами.

Рахманов сказал, обращаясь к Клюеву:

— Пожалуйста, поднимите руки.

Усмехнувшись, Клюев медленно поднял руки. Между большим и указательным пальцами левой руки была татуировка: чайка, летящая под солнечным полукругом.

— Та самая татуировка? — спросил Рахманов.

— Да. Узнал я эту наколку. Чайка на солнышке.

— Спасибо. Вы свободны.

Подождав, пока Аракелян выйдет, Рахманоь вместе с понятыми подписал протокол предъявления для опознания. Затем Саенко, также без конвоира, пригласил в комнату Азизова. Тот тоже опознал Клюева.

Подписав второй протокол, Рахманов вместе с Клюевым вернулся в свой кабинет. Сели за стол. Подождал, пока сядет Клюев. Сказал:

— Ну что, Клюев? Расскажете, как все было?

— Гражданин следователь, о чем вы?

— Вы знаете, о чем. По-моему, уже пора. Упорствовать бессмысленно.

— Но я ведь все рассказал. А этих, которые тут что-то наплели, я их первый раз вижу.

— Так-таки первый раз?

— Да. Ясно ведь, что они меня раньше не видели. Особенно тот, первый. Наколку даже не мог описать.

Рахманов нарочно выдержал паузу, просматривая протокол. Наконец отложил бумаги:

— Клюев, попробую объяснить некоторые тонкости. То, каким образом была опознана татуировка на вашей левой руке, лишь подтверждает точность опознания.

— Это почему подтверждает? Как это?

— Так. Опознающий видел вас довольно коротко и вряд ли мог запомнить рисунок татуировки. Да и ни к чему было. Опознающий запомнил лишь факт: у вас на руке была татуировка. Вот если бы, допустим, опознающий с предельной точностью описал рисунок, у следствия и суда могли возникнуть сомнения. Понимаете?