Чтение онлайн

Он закрывает глаза, не желая слушать её логику. Логике нет места там, где дело касается его сердца, а эта девушка стала его сердцем.

Она кладет руку ему на плечо.

— Позволь мне помочь. Я буду рядом. Я буду сражаться, только если меня атакуют. Но не запирай меня. Не сейчас. Не так. Когда я могу помочь.

— Ну хорошо. Будь начеку, — это самые трудное, что ему когда-либо приходилось говорить в своей жизни. Сколько еще он сможет выдержать? — Я должен найти командующего Морга, — перекрикивает он звучащий вокруг шум. — Твоя мать послала чужеземцев, управляющих погодой. Сперва мы должны разобраться с ними, если хотим попасть на корабли и как-то преуспеть. — Он указывает на одного из мужчин в шелковых одеждах, чтобы показать, как тот вызывает молнии из воздуха.

Сепора кричит, когда ранят еще одно Скалдинга, и тот падает в воду.

— Мы проигрываем, — говорит она. Это не вопрос. Но Тарик не мешкает с ответом.

— Так и есть.

Сепора должна понимать на какой риск идет, оставаясь за пределами дворца.

— Что с Тюль?

— Заклинатель ветра отражает её силы.

— Тогда мы должны переместить ее к заклинателю молний, а его самого отвлечь с другой стороны, чтобы у нее появилась возможность. Чем больше Скалдингов мы теряем, тем меньше у нас шансов на выживание.

Выживание. Живот Тарика сводит судорогой. Многие из его людей пали, а Сепора готова умереть, если понадобится. Почему она не осталась во дворце, как он просил? Почему она всегда должна поступать вопреки его желаниям? Что, если сегодня он потеряет ее?

Эта мысль невыносима и ужасно тревожит. Но нет времени волноваться о том, чего не изменить. Единственное, что он может сделать — это защитить ее насколько возможно. Он перекидывает лук через плечо и обхватив ее лицо ладонями, заставляет посмотреть ему в глаза.

 — Ты должна найти для меня Морга, — говорит он. — Сражайся только, если нужно защищаться. Расскажи Моргу о заклинателях. Скажи, чтобы он любой ценой уничтожил их, если он сам уже не понял. Тогда, думаю, мы будем на равных.

Она кивает.

— Я найду. Где ты видел его в последний раз?

— Я не видел его с самого начала битвы.

Она отворачивается, собираясь уйти, но снова повернувшись к нему лицом, быстро целует в губы и делает шаг назад.

— Берегите себя, Ваше Величество.

— Лицемерная просьба, не находишь? — кричит он ей вслед, но она уже ушла.

Не теряя времени, Тарик прокладывает себе дорогу к Сетосу и Тюль. Он рассказывает Сетосу о заклинателях и просит Тюль сжигать как можно больше бойцов и держаться подальше от заклинателей ветра, которые могут направить ее пламя в обратную сторону.

— Передай своим Маджаям, чтобы они целились баллистами в заклинателей. Наверняка, они не смогут отразить сразу десятки стрел, — говорит он Сетосу. — А если всё-таки смогут, то пострадают те, кто их защищает.

Если заклинатель ветра отмахнется от стрел, то направит их в своих защитников. По крайней мере, Тарик на это надеется.

Он собирается уйти, чтобы найти место, где сможет принять участие в битве, используя лук и стрелы, но Сетос хватает его за руку.

— Смотри, Тарик, — кричит он, указывая на море, которое раньше было пустыней. На горизонте видно по меньшей мере тридцать кораблей.

Это плохо. Теория не выдержит еще одной атакующей волны.

— Нет, — говорит Сетос, словно читая его мысли. — Это корабли Хемута. Я узнаю их где угодно. Я обыскал все порты в поисках Сепоры.

— Ты уверен? — спрашивает Тарик, в нем просыпается надежда.

— Абсолютно. Если присмотреться, то видно изображения китов на их парусах. Они определенно из Хемута.

— Да, — Тюль перекрикивает гром. — Отец прислал помощь!

Словно этих хороших новостей ещё недостаточно, ливень прекращается так же внезапно, как начался несколько недель назад. Наверное, Сепора нашла Морга. А Морг, должно быть, нашел способ обезвредить заклинателя дождя.

Если Хемут атакует сзади, а Маджаи уничтожат заклинателей, они, наверняка, победят силы Ханлин. Возможно, единственное, чего не учли враги — это способность Теории приобретать союзников.

Но битва еще не окончена. Тарик целится в человека на ближайшем корабле. Он целится в ногу; лучше обезвредить его, чем убить. В конце он будет стремиться к миру с Серубелем и Пелусией, а, возможно, даже с этим новым королевством. Ведь в конце мир всегда является самым лучшим решением.

Он не успевает выпустить стрелу, как кто-то хлопает его по плечу. Когда он оборачивается, перед ним стоит Рашиди. Совсем никто не подчиняется моим приказам? Он приказал Рашиди следить за Сепорой. Очевидно, она его перехитрила. Теперь он пришел, чтобы забрать ее? Неужели он считает, что это будет так просто?

— Сепора с командующим Моргом, — объясняет Тарик другу. — Вы можете вернуться во дворец.

Это место не для такого старика, как Рашиди. Он не очень подвижен и ничего не знает о битвах. Его сильная сторона — язык, а сегодня он не помощник.

— Не думаю, — говорит Рашиди, но его голос звучит по-другому.

Быстрым движением он бросается на Тарика, быстрее, чем когда-либо двигался Рашиди. Тарик не увидел кинжала в его руке. Он лишь чувствует, как боль пронзает его внутренности и как Рашиди ещё раз поворачивает внутри лезвие.

Тарик падает на колени, вытаскивая кинжал из живота, его рука в крови. Он смотрит на своего старого друга.

— Но почему?

Старый советник вытирает лицо мокрым рукавом своего халата. Появляются черты лица королевы Ханлин. Она тихо смеется.

— Потому что даже если ваше королевство переживёт этот день, то вы — точно нет. А я буду нападать снова и снова, пока от Теории ничего не останется.

Тарик наклоняется вперед, перенося вес тела на руки. Рана глубокая, и он чувствует тепло крови, сочащейся из раны. Она права. Он не выживет.