Чтение онлайн

В городе все знали, что их брак был неудачным, в основном потому, что запросы Лизы намного превышали возможности Мака. В то время как Стефани и доктор Петтигрю процветали и постоянно меняли свой очередной дом на еще больший, Стаффорды глотали пыль далеко позади.

Размышления Джейка прервал очередной неожиданный телефонный звонок. Это был Дюма Ли, пронырливый и настырный ведущий репортер «Форд каунти таймс».

– Какой сюрприз, Дюма, – сказал Джейк.

– Я слышал, что Мак вернулся, – торжественно сообщил Дюма, будто делясь важной новостью. – Что ты можешь мне сказать?

– Какой еще Мак?

– Ладно. Послушай, один источник сообщил мне, что ты с Маком встречался, видел его живьем, лично.

Дюма всегда ссылался на источник, независимо от того, существовал он или нет.

– Без комментариев.

– Да ладно, Джейк, не увиливай.

– Без комментариев.

– Хорошо, я сейчас задам тебе простой вопрос, который требует ответа «да» или «нет». И если ты скажешь «без комментариев», то будет очевидно, что ответ «да». Ты сам видел Мака Стаффорда в прошлом месяце?

– Без комментариев.

– Другими словами, видел.

– Считай, как тебе нравится. Я не играю в твои игры. В чем вообще дело? Мак может свободно приезжать и уезжать. Он не в розыске.

– «Не в розыске». Мне это нравится. Я могу это использовать?

– Конечно.

– Спасибо, Джейк.

– Обращайся.

Судьбоносное решение Мака взять деньги, подать на развод, а затем на банкротство, закрыть офис, переписать все на Лизу, оставить ее и девочек и исчезнуть было вызвано одним-единственным телефонным звонком. Однажды в обеденное время позвонил нью-йоркский адвокат по имени Марти Розенберг и предложил быстрые деньги, чтобы урегулировать несколько уже покрывшихся пылью старых дел, о которых Мак и думать забыл. Мак ответил на звонок сам, поскольку его секретарши Фриды не оказалось на месте. Если бы она была и узнала о предложенном мировом соглашении, то жизнь Мака не приняла бы столь драматический оборот. В течение пяти лет Фрида отвечала на телефонные звонки, печатала документы, общалась с клиентами, вела учет – в общем, делала все, чем обычно занимается секретарь в офисе провинциальной фирмы.

Мак уволил ее в тот же день, и она ушла, вне себя от злости. После того звонка он, выпив несколько кружек пива, вернулся в офис в хорошем настроении. Она ему выговорила за то, что днем он пропустил две встречи. Ему было все равно. Они оба завелись, наговорили лишнего, и он уволил ее на месте, дав тридцать минут на то, чтобы собрать свои вещи и исчезнуть. После наступления темноты Мак вышел из офиса и отправился в бар. Когда он, наконец, вернулся домой, Лиза ждала его на крыльце, кипя от негодования. Он поскользнулся на льду на подъездной дорожке, ударился головой и два дня провел в больнице. Пока он лежал в палате, Фрида вернулась в офис и просмотрела все архивы и файлы. Она не ожидала найти ничего особенного и не ошиблась. Она ориентировалась в бизнесе Мака лучше его самого. Мак, как и большинство юристов в городе, часто брал у клиентов в городских и окружных судах гонорар наличными, которые никак не отражались в бухгалтерской отчетности. Одной из причин просмотра ею записей было желание убедиться, что в них не осталось следов получения гонорара наличными. К тому же ей хотелось знать, нет ли у него в банке счета-другого, о которых Лиза, возможно, даже не подозревала, но ничего такого ей обнаружить не удалось. Фрида всегда вела бухгалтерский учет текущих дел Мака и сделала копию для себя. Список незавершенных дел не впечатлял. Когда Мак сбежал, до нее дошли слухи, что он обманул некоторых клиентов и присвоил средства. В то время он представлял три дела об опеке, и на доверительном счете было в общей сложности 22 тысячи долларов. На его счете условного депонирования находилось еще 350 долларов. Когда Мак исчез, эти деньги так и остались на счетах.

Единственным возможным источником каких-либо существенных гонораров были четыре старых дела об ответственности за качество продукции, за которые Мак взялся, а затем забросил на долгие годы. Дела о бензопилах, которые Мак некогда считал потенциальным золотым дном. Фрида почти забыла о них, хотя в памяти осталось, как давным-давно она печатала его полные надуманных угроз письма производителю. Когда он утратил к ним интерес, дела были отложены в самый долгий ящик.

Пока Мак находился в больнице, Фрида получила распечатку его телефонных звонков, в которой обнаружились загадочные звонки в юридическую фирму в Нью-Йорке и из нее. На всякий случай она скопировала номера и сохранила их. Примерно через месяц после исчезновения Мака, ее навестили два агента ФБР и задали несколько дежурных вопросов, но было очевидно, что это просто формальность. Хотя Фрида по-прежнему злилась на Мака из-за увольнения, но к ФБР относилась без всякого пиетета и ничего не сказала.

Фрида покинула Клэнтон и переехала в Тьюпело, где нашла работу помощника юриста по недвижимости в преуспевающей юридической фирме. Во вторник днем она была на рабочем месте, когда в офисе появился частный детектив. Узкий спортивный пиджак, галстук с большим узлом, остроносые сапоги, пистолет на бедре. Его профессия не вызывала сомнений. За время работы секретарем по правовым вопросам она повидала таких не меньше сотни и могла сразу распознать в толпе на другой стороне улицы.

Он представился Бадди Хокнером и вручил ей визитную карточку, сказав, что проводит расследование для адвоката в Клэнтоне.

– Для кого именно? – поинтересовалась она. Когда-то она знала их всех.

– Для Уолтера Салливана.

Так что речь шла не о скандальном разводе или обычной автомобильной аварии. Если в этом замешана фирма Салливана, то ставки наверняка высокие. Но что от нее могло понадобиться Уолтеру Салливану?

– Я его помню, – сказала она. – Чем могу помочь?

Бадди без приглашения плюхнулся на единственный стул по другую сторону ее стола.

– Присаживайтесь, – усмехнулась она.

– Вы в последнее время общались со своим прежним боссом Маком Стаффордом?

– А почему я должна вам отвечать, даже если бы у меня имелся ответ?

– Я пришел с миром.

– Все так говорят.

– Мак вернулся. Он на вас выходил?

Это позабавило ее, и она впервые улыбнулась:

– Нет, я ничего не слышала от Мака с того дня, как он меня уволил. Это было почти три года назад. Послушайте, я очень занята и не хочу ничего обсуждать на работе.

– Понятно. А могу я угостить вас в баре, когда вы освободитесь?

– Один напиток. И я не очень разговорчива.

Через два часа они встретились в баре в центре города. Найдя укромный угол, заказали напитки. Бадди выложил Фриде все без утайки и заверил, что ему нечего скрывать. Время от времени он работал на мистера Салливана, которого сейчас семья Лизы наняла порыться в грязном белье Мака. У них имелись веские подозрения, что какие-то деньги были украдены и скрыты при оформлении развода и банкротства.

Фриду огорчило известие о болезни Лизы. Они с Лизой никогда не были близки, но им удавалось ладить, что было немаловажно в мире Мака.

– У Мака никогда не было денег. Воровать было нечего, – сказала она.

Бадди полез в карман, вытащил лист бумаги и протянул ей. Это была копия заверенного чека на 50 тысяч долларов, выписанного в банке в Мемфисе и предназначенного для передачи Лизе. Он пояснил:

– Он приложил это в качестве дополнения к отходящему ей имуществу. Больше ничего существенного она не получила.

Фрида покачала головой:

– У Мака никогда не было таких денег. Он держал порядка пяти тысяч долларов на расчетном счете юридической фирмы, но даже эта сумма иногда заканчивалась. Он платил мне тридцать тысяч в год, я так и не получила прибавки, а пару лет зарабатывала почти столько же, сколько и он.