Спасатель
Шрифт:
— И у тебя такая капсула, конечно же, есть.
— Нет у меня такой капсулы, но я знаю, кто согласится продать. Капсула «Ништан-6УТ», шестое поколение. На базе сейчас стоит седьмое, только недавно поменяли.
Я уже просматривал данные о капсуле. Что можно сказать? Круто, очень даже. Представьте себе стадион плюс тренажёрный зал плюс полоса препятствий плюс спарринг-партнёры — и всё это запихнутое в три кубических метра, именно столько пространства занимала эта капсула. Кстати, в отличии от медицинских, эта капсула было вертикальной, что позволяло установить в помещении их на порядок больше.
— И сколько же такая радость стоит? И сколько он готов продать?
— Сто тысяч хочет продавец, мне десять процентов. Итого сто десять за капсулу, — быстро ответил Рен. — Есть десять штук.
— Заберу всё по 90 тысяч. Как будешь решать со своими процентами — не моя забота.
— По сто, это уже с моими.
— 95 последняя цена, и бонусами расходники на год.
— Сейчас, — Рен связался с продавцом. — Хорошо, он согласен. Капсулы будут через два часа. Деньги мне.
— Лови, — я перевёл всю сумму.
— Принял. Теперь по поводу «Ратника». Есть один вариант, оплатить надо сейчас, но поставить могу только завтра после обеда — их доставить надо из другого сектора, раньше просто не успею.
— А откуда везти будешь?
— С Катуна, это система в двух прыжках отсюда.
— Вижу. — сказал я, изучая карту систем. — Отлично, это мне по пути, я смогу сам забрать.
— Тогда деньги тоже мне.
— Перевёл.
— Вижу. С тобой приятно иметь дело. Что-то ещё?
— Я так понимаю, за «Ратники» бонусы мне тоже положены?
— Да, но не много, так как продавец не я.
— Тогда так. Интересуют армейские комбезы, скафандры, расходники. Можно устаревшие, но новые — давай сколько сможешь.
— Ты на войну собрался?
— Нет, всего лишь во Фронтир, — улыбнулся я. — А я так понимаю, это почти одно и тоже. Кстати, медкапсулы есть?
— Четвёртое поколение, десять капсул по 150 тысяч.
— Нет, капитан, если бы ты мне за такие деньги предлагал хотя бы седьмое поколение — тогда конечно да. Они у тебя давно списаны и хорошо, если всё в наличии. Четыреста пятьдесят тысяч за все десять.
— Миллион и расходники бонусом отдам.
— Шестьсот тысяч.
— Семьсот пятьдесят за десять капсул, расходники на год бонусом.
— Договорились.
— Через два часа всё привезу. Если вдруг ещё что вспомнишь — обращайся.
— Хорошо, обращусь. Сейчас, наверное, и места в трюме уже не осталось…
Закончив обед и попрощавшись с капитаном, я отправился в свой ангар.
Когда я появился в ангаре, программисты уже закончили работу — нашли пять закладок в искинах, которые должны были сообщать в СБ о моих действиях и отключить щиты, вооружение и систему жизнеобеспечения по кодовой фразе. Техники ещё не всё закончили, но тоже уже нашли восемь маяков в самых разных местах. Причём были как активные маяки, так и пассивные, срабатывавшие по определённым сигналам. До завершения проверки оставалось примерно два часа, так что возможно это было ещё не всё.
Поблагодарив программистов, я принял на искин протокол выполненной работы и дал команду Нику детально его изучить и сделать для меня краткую сводку.
Желание улететь как можно скорее росло со страшной силой. Держало только отсутствие части экипажа и ожидание поставок заказанного и оплаченного оборудования и расходников. В таком настроении я зашёл в трюм, где возился Ганс.
— Привет, Ганс. Как дела? Все расходники заказал?
— Привет, Александр. Да, уже всё доставили. Регенерина заказал с запасом. Если только нам, то хватит лет на пять всему экипажу не вылезать из капсул. Также заказал синтекожи — это на случай, если нет возможности сразу запихнуть пострадавшего в регенерационную камеру, временное решение при ожогах. И целую кучу всего разного. В общем, к небольшой локальной войне мы готовы. Только до конца не пойму, зачем нам столько?
— Понимаешь Ганс, — начал объяснять я. — Там, куда мы летим, большая проблема с качественной медицинской помощью. Там даже старых медкапсул не хватает, не говоря уж о современных. Так что иметь возможность оказать своевременную медпомощь на высоком уровне — дорогого стоит. И это даже если просто немного подлечить. А уж про выращивание потерянной конечности или органа — представляешь какие варианты возможны? И это не только деньги — это связи, нужные люди, нужные решения. В общем, много чего. Так что готовься к тому, что у тебя будет много работы. И это помимо установки имплантов и нейросетей.
— Так я и готов. А где мы сами нейросети возьмём? У нас на борту только небольшое количество нейросетей и имплантов, которые привезли вместе с оборудованием из «Нейросети». А потом?
— Блин, Ганс. Сразу видно, что ты родился и вырос в империи и привык к тому, что нейросети и импланты ставят новые. Во фронтире их устанавливают по несколько раз — до тех пор, пока работают. Так что без работы мы не останемся. Что с установкой оборудования из «Нейросети»?
— Гран заканчивает переоборудование помещения. Через час будет устанавливать капсулы и ментосканер. Часа через три всё будет готово.
— Хорошо. Сегодня, часа через полтора, привезут тренировочные и медицинские капсулы. Лови описание. Их будет по десять штук. Две медицинские и две тренировочные капсулы надо сразу установить и подключить, остальные в трюм. Дальше. Подготовь место для комплекса «Ратник», мы завтра его заберём по пути во Фронтир, вот описание. Их будет три штуки. Надо поставить минимум один, лучше два, если получится. Поговори с Граном. И сегодня мне понадобится медкапсула с разгоном.
— Я приготовлю.
— Вот и отлично. Пойду, гляну что дальше происходит, — я вышел из трюма.
Тонк Трис вышел из шатла одним из последних. Это уже давно переросло в комплекс: ему до сих пор казалось, что все замечают его протезы. Хоть он и ходил на протезах уверенно, он всё никак не мог свыкнуться с ними. На выходе из пассажирского коридора его встретил Кер и крепко обнял:
— Привет, Тонк. Раз тебя снова видеть. Идём скорее, тебя ждёт сюрприз, — с этими словами он потащил Тонка в маленькую забегаловку на другой стороне станционного коридора.