Шрифт:
Глава 1
– Есения Борисовна, – обращается ко мне Катюша, моя ассистентка. Смотрит на меня своими огромными голубыми глазищами как на богиню. Хлопает ресницами. Красивая, юная. – А каково это – быть вами?
Мою руки после операции, хмурясь. Не понимая её вопроса.
Я обычная. Работа. Дом. Муж. Работа.
Безуспешные попытки зачать. Слёзы. Боль. Страх. Но всё это за скобками. Сторона медали, неочевидная для посторонних.
Здесь я Калугина Есения Борисовна. Папа, нарекая дочь, явно не рассчитывал, что я выйду замуж за человека с фамилией, совершенно не созвучной с моим именем.
Я прихожу в клинику и окунаюсь в проблемы людей. Забываю о себе. О Володе, который смотрит на меня со смесью жалости и тоски.
Встряхнула головой. Глупости. Всё получится. Будет ребёнок. Обязательно. Медицина не стоит на месте. Я врач. Правда, офтальмолог. Но какая, к чёрту, разница.
– Ты о чём, Катюша? – улыбаюсь, пробуя скрыть замешательство.
– У вас муж такой красивый и загородный дом, – мечтательно сообщает, – я видела фото в журнале «Интерьер». И о вас в журналах пишут! Здорово, наверное, быть удачной на всех фронтах.
Опять колючий укол прямо в сердце. Стараюсь сохранить улыбку, но она выходит холодной и натянутой. До смерти хочется послать Катюшу куда подальше. Но это несправедливо. Девушка ничего плохого мне не сделала.
– Кать, у тебя тоже всё будет, – ободряю, желая избавиться от назойливого общества.
– Ой, Есения Борисовна, я как раз хотела отпроситься. Меня заменит ассистент Коровина, если вы не против. Простите, что в последний момент. Жених очень настаивает на встрече.
Девушка вдруг вновь выглядит нормальной. Влюблённой и воодушевлённой.
Боже, о чём я думаю? Это же Катюшка. Девчонка работает со мной год, а у меня в голове мысли одна противнее другой.
Порой превращаюсь в неудовлетворённую стерву.
Секс не так будоражит, когда его цель не удовольствие, а зачатие.
– Конечно иди. Нет проблем, – выдохнула, в глубине души не понимая, почему так тяготит внимание Кати.
Запираюсь в кабинете, надеясь отдохнуть перед предстоящей операцией.
Откидываюсь на спинку стула. Прямо на меня из стеклянной рамки смотрит муж. Беру в руки фотографию. Сделана недавно. Корпоративная фотосессия для сайта.
С Володей мы познакомились, когда я училась на первом курсе. Он чуть старше. Серьёзный. Взрослый. Такой правильный и основательный, что я сразу поняла – понравится папе. Маленькая девочка во мне, желающая угодить родителю, жаждала одобрения.
Нас свёл мой старший брат. Случайно. Пересеклись в парке, и с тех пор Володя от меня не отходил.
До сих пор утверждает, что я его первая и единственная любовь. Что, как увидел, понял, что перед ним будущая жена и других ему не нужно.
И я его полюбила. Не сразу. Порой думала, что у меня не сердце – льдинка. Но моя холодность его манила. Отказы – привлекали. Должно быть, для перспективного студента нефтегазового вуза я оказалась глотком свежего воздуха. Единственной, кто не бегала за ним, а, ради разнообразия, убегала. Правда, недолго. Ровно столько, сколько нужно, чтобы он не потерял интерес.
Потёрла ладонями лицо. Ещё одна операция – и домой. Усталость накатила неожиданно. Мышцы скручивало, тянуло. В глаза будто песка насыпали. И когда в последний момент позвонил пациент, сообщив, что у него высокая температура, я обрадовалась.
Вечером должны были встретиться с мужем в ресторане. Посмотрев на часы, прикинула, что до нашего свидания ещё есть время и могу заехать на дачу. Пока не поздно и есть шанс миновать пробки. В выходные забыла там свой ноутбук с научной статьей. И маялась от невозможности её закончить.
Володе нравилось, что я деятельная. Правда, меня задевало порой его отношение. Будто я аксессуар. Приложение к его успешному успеху. Не просто симпатичная женщина, но и добившаяся определённых высот в своей области специалист. Врач. А не какая-то там моделька, которых чаще всего выбирали мужчины его круга.
Только одной детали не хватало в нашей идиллии. Ребёнка. Пять лет прошло с тех пор, как мы решили, что готовы стать родителями. Сначала успокаивала себя. Убеждала, что так бывает. Кто в наше время может похвастаться, что зачал с первой попытки? Таких ничтожно мало.
Но год за годом надежды таяли. А страх и напряжённость увеличивались.
Единственное, что меня успокаивало, – поддержка супруга. Он ведь любит. Я знала это. Чувствовала. Володя был для меня тем, кто не давал сойти с ума в одиночестве. Утонуть в собственных страхах.
Бросила взгляд на циферблат на приборной панели. Успеваю. Но всё же прибавила газу. Мечтая скорее ощутить его объятия. Вдохнуть родной запах. И на мгновение забыть о том, что я неполноценная.
Оставила автомобиль у обочины. Не хотелось терять ни минуты. Автоматические ворота последнее время заедали, а руки вызвать мастера никак не доходят. Отворила дверь калитки, испытав недоумение.
«Мерседес» мужа припаркован у входа. Странно. Что он здесь делает? Должен быть на работе.
Зима. Темнеет рано, и я заметила на втором этаже свет.
Сердце неприятно сжалось. Засосало под ложечкой от плохого предчувствия.
Голову посетила трусливая мысль. Может, уехать?
Но нет. Ноги сами понесли меня ко входу. Дверь оказалась незапертой. Сигнализация снята.
В нос ударил знакомый сладкий аромат духов. Женских. Таких приторных, что затошнило.
Каждый шаг вверх по лестнице давался с трудом. До меня доносились слишком понятные, вовсе не двусмысленные звуки. Мозг отключился. Верить не хотелось.
Может быть, Володя кому-то из друзей дал ключи? Такое простое и логичное объяснение.
Сглотнула слюну, ощущая, как она раздражает гортань. Слыша учащённое биение сердца, отдававшееся болью в виски.
Дверь в спальню тоже открыта. Хозяйку дома никто не ждал. Я ведь в больнице.
Вот и моя ассистентка тут. Верхом на моем муже.
Силы будто вытекли из меня. Припала к косяку, пытаясь собраться, чтобы уползти отсюда. Но всё, на что меня хватило, – вцепиться пальцами в тёплую деревянную поверхность.