Специалист
Шрифт:
Это существо пугало Девяносто Шестого даже больше, чем голодный игрем. Бесшумными шагами оно медленно продвигалось по черным, как ночь, коридорам, и только шуршание складок огромного плаща выдавало его присутствие. Еще гомункул ощущал едва уловимый вибрирующий поток, опережающий существо. Внешнее сходство с человеком не могло обмануть Летуна – стоит откинуть капюшон, пронзительная жуть выберется наружу и поглотит тебя. Другие обитатели подземелья называли его искаженным и старались не попадать с ним в один коридор.
Гомункул дернулся, не в силах сдержать желания выбраться поскорее из переговорной пещеры. По своему обыкновению он следил за высоким контролером, но никак не ожидал, что тому придет в голову встречаться с искаженным. Девяносто Шестому с трудом удалось взять себя в руки, он огляделся, пытаясь определить, не услышал ли кто судорожного взмаха его крыльев. Охрана у входов, как ей и положено, не проявляла излишней активности. Контролер опустошил могучие легкие, почти прокричав:
– Здравствуйте, в Свете!
Сердце Летуна застучало, если бы он не скрывался во мраке, то заметил бы, что его кожа из серой превратилась в розовато-коричневую. Наполненная мраком пасть капюшона уставилась прямо на него. Летун был уверен, что искаженный каким-то ему одному доступным способом видит его. Неизвестно, чего гомункул ожидал и боялся больше – мгновенной смерти или разоблачения.
– Все шутите, повелитель правды? – Искаженный как ни в чем не бывало повернулся к собеседнику. Гомункул поспешил переползти за спину жуткому существу.
– Нам нужно ваше вмешательство. Вы…
– Мы ничего не должны, а ваши бестолковые интриги очень скоро ударят по вам самим. Нас это НЕ УСТРАИВАЕТ. – Гомункул явственно ощутил усилившуюся вибрацию искаженного, он с радостью провалился бы сквозь землю в адское обиталище игремов, только бы оказаться подальше от этой странной силы, но подземному командиру, похоже, все было нипочем.
– Послушай, мастер Я-знаю-что-вам-нужно-де-лать, ваше соседство многим доставляет неприятности. Даже я начинаю думать, что пора прижечь все язвы на теле великого города. Выбирайте…
– Мы решили, что выполним ваше требование, но вы перешли границу обязательств, и будущее непредсказуемо. – Это походило на угрозу. Контролер кивнул искаженному, развернулся и зашагал прочь, неопределенно махнув рукой.
– Даже угрожать как следует не умеют, а все лезут с советами. Ну их к демонам! – дал он волю своим чувствам.
Гомункул поспешил вслед за высокой фигурой. Страх остаться наедине с искаженным так сильно толкал Летуна в спину, что ему с трудом удавалось держаться позади контролера. Прошмыгнув мимо охранника в безопасную тень, Девяносто Шестой обернулся. Искаженный все еще стоял посреди пещеры и смотрел вслед, гомункул очень надеялся, что все-таки вслед контролеру.
Сон никак не шел к Шадугинуру. Несколько часов он проворочался на своей жесткой циновке. Буйные фантазии бежали в его голове наперегонки, предлагая одну за другой захватывающие возможности. Ночные улицы Города Тысячи Алтарей. Вот он ведет Этжель по дорогим магазинам. Отдает детей в ученики. Вуали прикрывают их лица. Через пару лет новой жизни солнечная порча окончательно сойдет с их лиц. Вердуг пытался успокоиться, напоминая себе, что до осуществления этих грез еще очень далеко. К тому же от мастера Дашира можно было ожидать чего угодно: честной благодарности, нового задания, быстрой смерти, медленной смерти. Наконец упало глухое беспробудное забытье.
Заверещал магический будильник, собственность компании «Долбак и Рыжебородый». Шадугинур выглянул за окно. Оранжевые отметины на пухлых белых облаках подсказали, что проклятущая штука опять сработала вовремя – за час до заката. Вердуг все надеялся, что дасская игрушка когда-то даст сбой и он сможет понежиться еще часик до смены.
Дорога на фабрику шла по застроенной мелкими мануфактурами набережной. Местное производство умирало, задавленное конкуренцией со стороны предприятий нового порядка. В половине окон не было стекол. Древние глиняные мазанки крошились, выставляя напоказ белые тростниковые остовы. Отвратительное место.
Вдруг Шадугинур застыл как вкопанный – ему навстречу двигалась процессия из десятка паланкинов. Не слишком роскошных, но с отличными носильщиками. Агент внимательно следил, как колонна преодолевает полузаброшенную улицу. Как брызгает из глубоких выбоин в мостовой мутная, настоянная на отбросах вода. Что может обозначать подобное паломничество? Насколько было известно Шадугинуру, нармротская верхушка – маги и контролеры – передвигалась по воздуху на немощных демонах и зачарованных лодках. Носильщиков часто нанимали гномы, правда, карлики предпочитали богато украшенные паланкины, демонстрирующие достаток и сомнительный художественный вкус хозяина. К тому же у гномов были совсем другие маршруты, в районе старых мануфактур они предпочитали не показываться. Агент попытался незаметно присоединиться к процессии – может, удастся увидеть какую-либо значимую деталь. Нет, бесполезно – плотные темные шторы надежно скрывали пассажиров.
«Обязательно следует выяснить, в чем тут дело», – решил вердуг.
Вот уже последний паланкин поравнялся с ним. Черная занавеска чуть приоткрылась, и Шадугинур смог разглядеть серый стариковский палец на ткани и скрытый капюшоном профиль. Медленно голова стала поворачиваться к нему. Еще мгновение, и свет упадет на лицо.
«Вряд ли это важно», – подумал вердуг, отвернулся и зашагал своей дорогой. Внезапно и необъяснимо он потерял всякий интерес к странной процессии. Нет, он помнил ее, и даже собирался разузнать, кто это был, куда, откуда и зачем направлялся, но не сейчас, потом. Слишком много более важных дел.
Трарген Колотун, полномочный посол совета маарбагских кланов и предводитель нармротской общины гномов, вынужден был жить в роскошном особняке с фонтаном и мозаичной лужайкой. Он, как и большинство гномов, предпочитал уютные подземные жилища. Но положение обязывало. Гномские залы и тоннели строились согласно древним традициям и не предусматривали особого удобства для существ более высокого роста. Трарген подозревал, что потолки именно потому и делали низкими, чтобы никто из наземных жителей не позарился на города гномов, а дойдет "дело да драки, так не смог бы в полную силу биться, согнувшись в три погибели.